Галина Романова - Тайна лорда Мортона

Хорошо, что ступени были каменными – ни скрип, ни шорох не выдавал моего присутствия, хотя для привидений нет ничего невозможного. Затаив дыхание, я одолевал пролет за пролетом, приостанавливаясь только у дверей, которых в башне было много, и уже начинал задумываться, что будет, если я дойду до самой вершины, а никто мне не встретится. Вызывать привидения самому? Но я не обладал необходимыми навыками!

И вдруг я услышал голоса. И замер.

– Мне страшно, Крис, – девичий шепот. – Пойдем отсюда.

– Сейчас пойдем, – ломающийся мальчишеский басок.

– Зачем мы пришли сюда?

– Здесь нас никто не застукает. Иди ко мне.

Легкая возня, сопение. Я почувствовал, что краснею, и уже повернулся, чтобы уйти...

– Нет, Крис, я не хочу, – снова девушка. – Что? Ты обещала!

– Я не обещала, что это будет ЗДЕСЬ!

– А где тебе хочется? В кабинете директора?

– Не знаю, но... тут как-то... страшно!

– Плевать! Привидений в замке больше нет!

– И все равно. Там, внизу, гробницы...

– А, так ты хочешь на чьем-нибудь гробике? Оригинально! Пошли!

– Нет! Я... пусти, Крис, я пойду к себе.

– Что? – в голосе парня послышалась злость. – Так ты что, решила меня надуть? Нет уж, Вероника! Обещала, так давай!

Опять возня и звонкий звук пощечины. Я понял, что пора вмешаться, и кашлянул.

От двухголосого вопля, казалось, должны были пробудиться все мертвецы в округе. Любители острых ощущений ломанулись вниз по лестнице и налетели на меня. Визг, крик, ругань! От неожиданности завопили все трое.

– Вы что тут делаете? – напустился я на ребят, подкрутив фитиль фонаря.

– Мы... это... это... мы. – Парень, еще недавно бывший таким смелым, затравленно озирался по сторонам. Я узнал в нем Кристиана, не дававшего мне открыть рот на первой лекции. Девушка тоже была мне знакома – она училась на том же шестом курсе в параллельном потоке.

– Жить надоело? – продолжал я наступление. – Тут же обосновались привидения!

– Их тут нет! – осмелился возразить Кристиан.

– Ты уверен?

Парень не успел открыть рот. Совсем рядом послышалось сдавленное мычание. Такие звуки мог издавать тот, кому заткнули рот кляпом. Стена сбоку от нас озарилась призрачным светом, в котором проступил силуэт человека, спеленутого по рукам и ногам, как египетская мумия. Человек отчаянно извивался, пытаясь избавиться от веревок.

– Закладная Жертва, – прошептал Кристиан и, заорав что есть мочи, ринулся вниз.

Жертва выступила – проще говоря, вывалилась – из стены. Надо было бежать, но я понимал, что мы не успеем сделать и шага. У меня оставалось единственное средство. Торопясь, пока безумно вытаращенные глаза призрака не нашли нас, я наклонился и очертил на камне круг. Девушка Вероника прижалась ко мне.

– Мама, мамочка, – всхлипывала она.

Закладная Жертва рванулась на звук ее голоса. Я еле успел закрыть девушке рот ладонью – и тут призрак наткнулся на невидимую стену.

Меня словно ударили бичом – такой силы был толчок. Я понимал, что должен молчать и задавить в себе страх, иначе призрак доберется до нас. Жертва отпрянула от круга, забилась, пытаясь освободиться от пут, застонала сквозь кляп. Вероника вцепилась в меня, зажмурившись, а я не мог отвести взгляда от пляски призрака. Умом я понимал, что, пока стоим неподвижно, мы недоступны для Жертвы. Но сколько времени нам придется так стоять – неизвестно. Ведь начертить круг мало – надо еще и произнести определенный заговор, а я его не знал. Все-таки моя специальность – магические животные, а не духи иного мира.

Жертва металась по площадке, с легкостью проходя сквозь стены и меняя траекторию, только когда натыкалась на мой магический круг. Она не видела нас, но чуяла, что мы тут. Она – да, это была молодая женщина, я это видел вполне отчетливо, – была просто вне себя. К многовековому ужасу, боли и ненависти к своим мучителям, приговорившим ее к такой страшной смерти, примешивалась злость на неуловимых нас.

Стоп! Осенило меня! Жертва! Закладная Жертва! Строители замуровали ее в стене замка при закладке школы. И Неугомонный Строитель был одним из них.

Сделав знак Веронике молчать и не двигаться, я передал ей фонарь, присел на корточки и вонзил нож в пол, стараясь выломать один камень.

Неугомонный Строитель ревностно относился к своему детищу – замку и терпеть не мог, когда зданию наносили повреждения, да еще и умышленно. А тут я сижу и ломаю пол!

И Строитель возник, зависнув в воздухе у меня за спиной. Я ощутил его появление по внезапному дуновению холодного воздуха. Коленка вздрогнувшей Вероники больно ткнула меня в плечо.

– А ну, кто тут давно камни не таскал? – рявкнул он, замахиваясь киркой.

Закладная Жертва среагировала на звук голоса, развернулась в его сторону и...

Теперь можно было кричать, топать ногами и петь песни – призраки не обращали на нас внимания. Жертва нашла одного из своих мучителей и ринулась на него. То, что перед нею такой же призрак, ее не остановило. Строитель ретировался сквозь стену, а яростно мычащая мумия ломанулась следом.

Путь был свободен. Схватив Веронику за руку, я через три ступеньки кинулся вниз.

Опомнились мы только на пороге третьего этажа. Младшие курсы и учителя жили на втором, а старшие – на этом. Причем левое крыло было отдано под залы рекреации и спальни девочек, а правое – мальчиков. На этаже царила сонная тишина и темнота – горели только факелы у поворотов, и в высокие окна коридоров заглядывал молодой месяц.

Как-то само собой разумелось, что дальше я пошел провожать свою ученицу. Мы оба молчали, глядя в пол. Я вспоминал Закладную Жертву и думал о привидениях. Что было на уме у Вероники – не знаю.

У решетчатой двери своей рекреации девушка остановилась.

– Пожалуйста, – прошептала она, и глаза ее засветились в темноте, словно у кошки, – не говорите даме Моране о... ну, вы понимаете, о чем? Вы же знаете, что бывает с теми, кто видел Закладную...

– Да, знаю. И советую тебе больше не встречаться с Кристианом.

– Это я уже поняла. – Вероника грустно вздохнула. – Я могу идти?

– Иди, – сказал я и ушел первым.

Два дня спустя было занятие с одной из девчоночьих групп шестого курса. В нашей школе обучение раздельное, классы соединяют только на лекции, что происходит не чаще одного-двух раз в неделю. Вместе ребята занимаются и в различных кружках, а вот в столовой стоят отдельные столы для мальчиков и девочек.

Программа занятий предусматривала различные темы для обеих половин класса. И сегодня была как раз тема, которой у мальчиков быть просто не могло.

Несколько дней назад я все-таки добился для школы разрешения, и к нашему одинокому самцу единорогуприслали самочку. Теперь у нас была пара этих животных, и характер самца сразу испортился. Он стал вспыльчивым, пробовал кусаться, если я хотел его почистить, и непрестанно колотил копытами в стенки стойла, требуя простора. Но на дворе начиналась зима и я не решался выпустить единорогов побегать.