Владимир Васильев - Ведьмак из Большого Киева

Ознакомительный фрагмент

Примерно через полчаса в дверь постучали. Вольво улыбнулся и выразительно поглядел на Парда, словно бы говоря: «Ну? Ты ведь хозяин!»

— Да! — хрипло отозвался Пард.

Вошел хольфинг Мина. По совместительству — сапер. Он вопросительно поглядел на Вольво и, безошибочно угадав мысль хозяина, обратился к Парду:

— Там гоблин в кепочке пожаловал. Назвался Гонзой. Говорит, к тебе, Пард. Звать или как?

— Ну, если в кепочке, — вздохнул Пард, — тогда зови…

Мина кивнул и удалился, а спустя пару секунд в комнату вошел худой и высокий гоблин Гонза Аранзабал. Старинный приятель Парда, Дюши и Судера. Пард шагнул ему навстречу, и они обнялись.

— Знакомься, — сказал Пард. — Это Вольво, специалист по диким грузовикам, потенциальный партнер. Это — Бюскермолен, гном. Тоже специалист, но скорее практик.

Гонза пожал руки виргу и гному и покосился на девчонку, молча отсиживающуюся в углу.

— Это моя секретарша, — пояснил Вольво. — Присаживайся, Гонза. Полагаю, разговор предстоит долгий.

Пиво с шумом хлынуло в чистую глиняную кружку.

— Шеф, — сказала вдруг девушка. — Налейте и мне, пить что-то хочется.

Пард ожидал, что Вольво отмахнется или цыкнет на секретаршу, но тот просто наполнил доверху еще одну кружку и отпустил гребень дракона. Краник в виде несуществующего зверя.

— Ну, — сказал Вольво коротко, — за взаимопонимание.

Пять кружек с тихим стуком встретились над уставленным закусками столом, и темно-рыжие капли с белесыми точками пены ненадолго взвились в воздух.

Выпили, закусили. Вольво и гномы приглядывались к Гонзе. Гоблин держался прекрасно: непринужденно, раскованно и спокойно. Даже Пард немного успокоился, хотя утро все же стоило ему немалых нервов.

— Итак, живые, — поторопил Вольво, — займемся-ка делом. Я вас самым внимательным образом слушаю.

Гонза снял кепочку и задумчиво почесал между ушами. У гоблинов, если вы не знаете, потрясающие уши. И размерами потрясающие, и формой, и даже цветом — они черно-зеленые, как ряска в стоячем осеннем пруду.

— А могу я сначала задать несколько вопросов, судари хорошие? — осторожно и достаточно обтекаемо поинтересовался Гонза.

— Только коротких. И чтоб не требовались ответы на полчаса.

Тон Вольво возражений не допускал. Исключал тон всякие возражения, с ходу и начисто.

— Ладно, — согласился Гонза. — На что мы можем рассчитывать, если доверимся вам?

— На сотрудничество. И, понятно, на покровительство с самого верху. Но вообще-то вопрос расплывчатый.

— Ответ тоже, — достаточно нагло отозвался Гонза, но Вольво стерпел наглость молча и без эмоций.

— Ты что скажешь? — спросил Гонза Парда.

Тот пожал плечами:

— Не все ли равно, с кем начинать? Если контора серьезная, я — за. Без риска все равно не получится.

— Понял, — вздохнул Гонза, нахлобучил кепочку и полез в карман.

Достал он самые обычные наручные часы на серебристом металлическом браслете.

— Вот, — он протянул часы Вольво, — полюбопытствуйте.

Вольво мельком глянул на часы, повертел их в руках. Непонимающе уставился на Гонзу:

— А что в них особенного?

Вольво выглядел озадаченным.

— Они не ходят. Стоят.

Вольво пригляделся, брови его медленно уползли вверх.

— То есть как — стоят?

Он внимательно оглядел часы еще раз, потряс их, пострекотал колесиком, поднес к уху, задумчиво хмыкнул, отколупнул ногтем крышку и тупо уставился на механизм, на таблетку — источник техники.

— Не понимаю, — протянул Вольво, хмурясь. — Как часы могут не работать? Они же целые, неразбитые…

Он взглянул на гномов, на девчонку-секретаршу, но те молча следили за происходящим и явно ждали продолжения.

— Эти часы, — внятно и раздельно сказал Гонза, — сделаны живыми. Техниками и учеными.

Лицо Вольво приобрело презабавнейшее выражение.

— Живыми?

— Да, сударь. В месте, где живые сами мастерят машины. Не приручают дикие, а делают сами. Именно такие, какие хотят, и эти машины умеют не только то, что умеют, а то, что в них вкладывают живые. Понимаете? Если им нужен грузовик, они делают грузовик, если экскаватор — делают экскаватор. Если нужно — сделают одну машину, которая будет уметь и ямы рыть, и грузы возить. И эти машины не нужно приручать, они заранее приручены.

Вольво молча сглотнул слюну. Почему-то он поверил сразу. Сразу, с первого слова. Впрочем, неработающие часы могли убедить кого угодно.

— Но, — продолжал Гонза, — смешно думать, что самодельные машины не имеют недостатков.

— А что, имеют? — осторожно спросил Вольво и покосился на Бюскермолена. — По-моему, любые недостатки таких машин окупаются с лихвой.

— Как сказать. — Гонза пожал плечами. — Что ты скажешь, например, на такое: чтобы эти машины работали нормально, за ними нужно постоянно следить. Как за больными. Ухаживать. Лечить. Но все равно они спустя какое-то время умирают. Поработают — и умирают.

— Как живые? — Бюскермолен даже привстал и отодвинул бокал с пивом. — Болеют и умирают? Высокое напряжение! Поверить не могу.

Вольво задумался.

— Трудно ли делать машины? — спросил он с некоторым сомнением. Он подозревал, что на этот вопрос Гонза и Пард могут и не знать ответа. Но Гонза ответил:

— Достаточно непросто. Впрочем, если есть место под названием «завод», где все для этого приспособлено и подогнано, — не очень. Но хитрость заключается вот в чем: чтобы сделать машину, нужны другие машины, которые изменяют металл, пластик, дерево — любые части любых машин. Но ведь эти изменяющие машины тоже нужно сначала сделать и тоже с помощью других изменяющих машин… В общем, получается замкнутый круг.

— Погоди, — вмешался Вольво. — Но кто же тогда создал самую первую машину? Ту, на которой стали изменять металл и пластик?

Гонза развел руками:

— Откуда я знаю? Это, кажется, один из вечных вопросов. Я думаю, ответить на него просто невозможно.

Вольво крепко задумался.

— М-да… Ошарашили вы меня, скажу честно. Но почему-то я вам верю. Ну и где это ваше научное место находится?

Гонза и Пард переглянулись.

— А нельзя ли сначала уяснить ваши планы? Обрисовать, так сказать, ближайшую перспективу?

Вольво не колебался ни секунды:

— Планы? Попасть туда и научиться строить машины. Вы-то сами хоть понимаете, насколько это уведет вперед науку? Ё-мое, да это же просто новая эра!

— Это-то мы понимаем. А вот… более конкретно?

— Ну, — протянул Вольво, — добраться до этого вашего места. Сколотить команду живых из двадцати, чтоб по городам без помех ходить, — и вперед. Ну и на месте уже разбираться.