Наталья Самсонова - На пути в легенду

- Видишь ли, у нас, у рэймар и у эльфов, полукровки всегда наследуют магическую силу. Если ребенка не обучать, то он может зачахнуть и умереть просто от того что силы много, а выпустить ее он не может. Я предполагаю, что твоя болезненность, и худоба это все следствие скрытого магического таланта.

- И что это значит?- мальчишка затаил дыхание, он боялся и хотел, чтобы ему предложили стать магом. Я чуть улыбнулась, наверняка ведь мечтал о чем-то подобном, а теперь, когда мечта так близка к исполнению испугался.

- Я могу попробовать развить твои способности, вместе с ясной Ниан. Не обещаю, что ты станешь высококлассным магом, все-таки мы не профессиональные учителя, но сможешь творить волшбу на достойном уровне.

- Здорово,- восхитился мальчишка и тут же сник,- отец не позволит, наверное. Он ведь не позволил мне остаться в храме. Да и ваш будущий муж тоже не будет шибко доволен,- последнюю фразу ребенок произнес едва слышным шепотом.

- Знаешь, "будущему мужу" я посоветую порадоваться, что в семье будут маги, посмотри на это с такой точки зрения. А насчет храма подумай сам, многого ли бы тебе позволили достичь там?

- Полукровок не любит никто, но жрецы относятся терпимо,- весьма размыто ответил мальчик. Я кивнула своим мыслям, всю жизнь провести, прислуживая старикам, смотреть как твои сверстники, которые ничем не умнее и не лучше тебя продвигаются по храмовой лестнице, а ты стоишь внизу. Нечто среднее между прислугой и младшим храмовником. Даже если родному отцу наплевать на жизнь ребенка, он не может позволить своей крови прислуживать другим. Честь семьи не позволит.

- Я сама поговорю вечером с твоим отцом, думаю, он согласится, если ты мне скажешь кто он. Можешь на ухо шепнуть,- смущенный мальчишка ткнулся, носом мне волосы и прошептал "ясный Адалберт", что ж, ожидаемо.

Взбудораженный новостями мальчик весь искрутился на сиденье, то открывая, то закрывая глаза. Представлял себя то на коне, то без коня, как это знакомо, я тоже представляла себя сильным боевым магом, когда ехала в цитадель. Но для меня это кончилось пшиком, посмотрим, что за дар у мальчика. Наконец он замер, и Ниан быстро провела у него над головой ладонью, погружая ребенка в сон.

- Пусть поспит, а то голову сломает, или надумает что-нибудь этакое, в чем мы и разобраться не сможем. Да, мы, он явно сильный маг, а чему травник его сможет научить? Поэтому и я помогу, чем сумею,- фыркнула Ниан, а я не стала ее разочаровывать. Мне есть чему поучить и ее, и еще с полсотни вот таких скороспелых магов. Одна беда, мне доступна лишь теория, практика большой кровью ложится мне на плечи.

- Тяжело придется, все-таки мы не учителя,- я прикусила губу, сдерживая улыбку, Ниан пожала плечами.

- Зря вы на себя наговариваете ясная Арталанд, да и на меня тоже. Мы же помним, как нас учили? Что-то да получится, я помню медитации, вы до сих пор используете дыхательную гимнастику. Я забрала все свои конспекты.

- Меня зовут Алдит,- я сама поразилась, как легко удалось пойти против правил этикета и приличий,- я была не права там, в цитадели. Просто цеплялась за формальности, не замечая, что привычный мир рухнул.

- Вы...ты права Алдит,- Ниан легко улыбнулась,- а мне и сказать-то нечего, имя у меня одно.

- Ничего, глядишь и обзаведешься на чужбине вторым,- я улыбнулась возмущению, проступившему на лице шаэл.

Ниан затемнила полог, убрав солнечные лучи, и держать глаза открытыми в полумраке стало невозможно.

Я открыла глаза от резкого толчка под руку, и едва удержала вскрик. Не было саней, мои спутники тоже куда-то пропали. Я стояла в корнях огромного дерева, дальше за ним располагался заснеженный лес, а прямо передо мной простиралось замерзшее озеро. По его берегам росли исполинские деревья, запорошенные снегом и украшенные крошечными льдинками. Солнечные лучи причудливо подсвечивали все это великолепие, ясное небо отражалось в чистом и прозрачном льду озера.

Сделав несколько шагов вперед, я оглянулась на дерево, у чьих корней открыла глаза, рядом с ним, на большом заснеженном валуне сидела тоненькая хрупкая девчонка, совсем подросток. Светлые волосы и прозрачные голубые глаза, она казалась частью этого уголка мира, неотъемлемой частью. В тоненьких пальчиках девочка вертела обледенелую веточку неизвестного мне кустарника.

- Я не вмешиваюсь в дела смертных,- тонкий голос донесся до моих ушей, я в ошеломлении распахнула глаза, как, ведь она не открывает рта,- обернись.

Позади меня стояла все та же девочка-подросток, в простом платье, босая, по-зимнему отстраненная и чуждая. Я невольно улыбнулась, вот кто вызвал бы восторг у моей матери и всех преподавательниц этикета.

- Не бойся, там позади вчерашняя я, иногда мы встречаемся, для богов нет прошлого и будущего, в своих мирах, своих сезонах мы можем пересечься,- она легко рассмеялась, и тут же поднялся ветер, бросил мне в лицо горсть снежной пыли и помчался дальше, разнося смех своей маленькой госпожи дальше по лесу.

- Ты нашла дорогу в мой сезон, ты часть моего мира, не ясная, а снежная. Ледяная и холодная, почти как я, у меня мало таких,- девочка надула губы, и недовольно тряхнула головой, ветер притих.

- Тебе понадобится это, когда будешь решать свою судьбу, спрячь, пусть ее никто не видит,- она протянула мне ветку, ту самую что вертела в пальцах.

- Куда я могу ее спрятать?- мое платье в этом странном сне почти копировало одежду богини. Девочка снова засмеялась и, схватив меня за правую руку, заставила сжать пальцы на ледяной веточке, оказавшейся обжигающе горячей. От боли я прикусила губу, стараясь сдержать всхлип. А она продолжала смеяться и сдавливать мою ладонь. Я потеряла счет времени, и очнулась, лишь когда без сил простерлась на земле у босых ног богини. Ни в ее, ни в моих руках не было маленькой ледяной веточки.

- Посмотри на свою руку,- я покорно перевела взгляд на руку и едва не вскрикнула, бледная кожа на руке, была покрыта серебряно-голубым кружевом, как перчатка обтягивает ладонь, так эти странные завораживающие узоры покрыли мою руку до локтя.

- Это мой тебе подарок, снежная, моя снежная, ты ведь согласна? Будь моей, снежная, храни свой лед, и я буду рядом, пусть недолго, лишь зимой, но я присмотрю за тобой и твоим домом. А теперь просыпайся,- Девочка резко хлопнула в ладони и ветер, протащив меня по заснеженной земле, впечатал спиной в каменный валун.

Очнувшись, первым делом проверила свою левую руку, на которой нашел пристанище Золотой цветок. Принявший вид браслета, он подмигнул мне бликом, проскользнувшим по его граням, и шевельнул изящным янтарным листиком. Только после этого я обратила внимание на возрастающую боль, чем бы ни был этот сон, сомнений в его реальности не осталось. Рука начала гореть огнем, я запретила себе смотреть, что там происходит.