Александр Шипуля - Альтер

Чтобы занять свободное время, я гулял по залу, прислушивался к разговорам, пытался понять настроение собравшейся толпы. Правда, ничего полезного я узнать не успел, пока я прогулочным шагом сновал между группами собравшихся, кто-то в меня врезался. Удар был несильный, я бы, может, и вовсе не обратил на это внимание, если бы не бурная реакция налетевшего на меня товарища.

— Эй, ты! А ну стой! — тоном обиженного и оскорбленного орал щуплый парень с прилизанными черными волосами. Одето это существо в форму Академии. Куртка полностью застегнута, ну прямо прилежный первоклассник на первое сентября, смотреть тошно. Нашивок на плече у него не было, что, согласно моей теории, означало его недавнее поступление на обучение. — Я требую, чтобы ты принес мне извинения!

Откровенно говоря, я не сразу понял, что вообще происходит. С какой вообще стати этот дрыщ начал качать права.

— С какой стати? — я не хотел нарываться на конфликт уже на вступительной церемонии, но его поведение меня совершенно не устраивало. Поэтому я старался говорить ледяным тоном с добавлением ноток сарказма. — Вообще-то, это ты на меня налетел. Так что не строй из себя оскорбленную невинность и заканчивай орать. Или родители не научили тебя, как правильно себя вести в обществе?

Я только хотел поставить его на место, по моим представлениям, его внешность прямым текстом говорила о семье с высоким положением в обществе, а мое заявление — показать, что его поведение не одобряется, но вместо этого, кажется, задел за больное. Вместо того чтобы заткнуться, он, видимо, пришел в ярость. Точнее сначала впал в шок от моего заявления, несколько раз беззвучно открыл и закрыл рот, а потом уже начал злиться. В какой-то момент он напомнил мне ребенка, которому в магазине не купили игрушку. Я уже представил, как он побежит ко мне, по-детски тряся кулаками, или упадет на пол и забьется в истерике, но нет.

— Да как ты смеешь, — прошипел он. — Да ты хоть представляешь, кто я такой?

— Только поступивший студент-первогодок? — спросил я, демонстрируя язвительную улыбку.

Он уже завелся, так что успокаивать его уже бесполезно, с другой стороны, я могу получить некоторые подтверждения своей теории о знаках отличия, хотя я слабо представляю, какую пользу мне это может принести.

— Я тебе не просто первогодок… — начал он дрожащим от гнева голосом. — Я наследник рода магов Де'Леро. Жан — Мишель Де'Леро.

Пафоса в его словах было немерено, и, наверное, по его замыслу я должен был упасть на колени и молить о прощении. Да прям бегу и падаю!

— Класс! — я демонстративно фыркнул. — Только, знаешь ли, Жан, это мне ни о чем не говорит.

Градус его ярости постепенно рос и уже подходил к критической точке. Не знаю, что он устроил бы дальше, но к нам подошли четверо. Трое парней и девушка, вроде все первокурсники.

— В чем дело, Жан? — спросил один из них, на меня они особого внимания не обращали.

Отлично, они еще и знакомы, проблемы нарастали как снежный ком, до драки на приеме, наверное, не дойдет, но словесные перепалки не являются моей сильной стороной.

— Он… Он… — пресловутый член магической аристократии не мог связать нескольких слов то ли от ярости, то ли в силу отсутствия самой причины скандала. — Он оскорбил мой род! Мы должны непременно его наказать за это!

Лица четверки в раз посерьезнели, двое парней даже двинули на меня, но третий их остановил. Девушка вообще не шелохнулась.

— Тогда наказать его должны не «мы», а именно ты, — голосом, в котором позвякивал металл, сказал он, после чего обратился ко мне. — А что касается тебя, я хочу знать, как ты оскорбил род Де'Леро.

— Ну что касается этого, то я, видимо, нанес ему смертельное оскорбление, — мои слова прямо сквозили иронией. — Я сказал, что впервые слышу о каком-то там роде.

— Мы не «какой-то род»! — взвыл мелкий. — В нашем роду множество великих магов и достижений! Я требую проявлять уважение.

— Требовать ты можешь, что угодно, но с какой стати я должен это выполнять? — теперь металл звенел в моем голосе. — Может, твои предки и добились немалых успехов, но это они, сам ты ничего собой не представляешь.

— Вот видишь, Якс! — это он обратился к тому парню. — Мы должны проучить его.

— Жан, я уже сказал тебе, что не «мы», а «ты». К тому же я не услышал, что могло оскорбить твой род?

— Да что ты несешь! После всего, что мы для вас сделали, вы должны быть благодарны! — орал представитель рода Де'Леро.

— Можешь поверить, мы благодарны твоей семье за то, что они разглядели и не дали зачахнуть нашим способностям. Но согласно правилам чести, которые в нас вбивала твоя семья, мы должны были встать на защиту чести семьи, только если рядом нет ее членов, которые должны сделать это сами. Во-вторых, нас пятеро, он один. В таком неравном бою твоя семья только потеряет честь, даже если победит. И, в-третьих, я не слышал того, что могло задеть честь твоей семьи, — разъяснил свою позицию этот парень.

Кажется он на порядок умнее этого аристократа, это не может не радовать.

— И кончай истерить, Жан, — вставила свое слово девушка. — Твое поведение не соответствует ни твоему положению, ни тому факту, что ты мужчина.

Эти ее слова, кажется, задели за еще одно большое место этого представителя знатной фамилии. Надо же, у воспитанников этой семьи куда больше мозгов, чем у некоторых ее представителей. Мое уважение к этим ребятам довольно быстро росло, во всяком случае, к Яксу и этой девушке точно.

— Ну что? — спросил я после несколько затянувшегося перерыва. — Может, просто извинишься? А потом мы тихо и мирно разойдемся.

Думал над ответом он недолго, но пришел к неожиданным для меня выводам.

— Я — Жан-Мишель Де'Леро — обращаюсь к присутствующим здесь! — громогласно заявил он и продолжил: — Я вызываю на бой! Стоящего передо мной студента Центральной Академии! И прошу содействия в проведении поединка от присутствующих.

На какое-то мгновение в огромном зале повисла тишина. Затем на небольшую сцену поднялся мужчина, на вид лет сорока, одежда темно-красных и оранжевых тонов.

— Я один из мастеров, преподающих в Центральной Академии, меня зовут Лайт, — он декларировал с трибуны лекторским тоном, говорил он, в общем-то, не громко, но слышно его было на большом расстоянии. — Для проведения поединка, согласно традиции, ты должен назвать причину юный Де'Леро.

На какое-то мгновение он заколебался, но отступать было поздно.

— Причина — личное оскорбление! — объявил он.

Человек на сцене кивнул головой и обратился ко мне:

— Назовись, юный маг. Согласен ли ты решить ваш конфликт в честном поединке?