Марфа Метель - Мастер (СИ)

Илиан отпил из бокала и поперхнулся, услышав:

— Между прочим, она мне сегодня предлагала сексом заняться, — с коварной ухмылкой поделился Марку.

— Что? — сипло взревел Илиан, приподнимаясь.

— Сексом заняться, говорит, не хватает очень… тебя как объект она не рассматривает.

— Это ещё почему? — обиделся Илиан.

— Брат мужа… потому что, — пояснил Маркус, не упоминая, что его тоже не рассматривает.

— И кого же рассматривает?

— Мужа, на одну ночь, а потом в бега… но, подумав, и его вычеркнула из претендентов.

— И что? Остаёшься ты? — глаза Илиана зло сощурились.

— Не-а, я тоже отпадаю — друг… потому что, — сознался Маркус, допивая бренди.

Помолчали.

— А ты не знаешь, где она была эти две недели? — задал ещё один важный вопрос.

— В каком смысле, где была? — удивился Маркус. — Разве она не жила здесь, с тобой?

— Нет. Она исчезла в первый же день, вернее, вечер.

Илиан помнил то разочарование и отчаяние, что испытывал все эти дни. Он перезнакомился и втёрся в доверие ко всем обитателям этого дома. Милена и Леон по его просьбе начали обучать Илиана языку глухонемых, особенно старалась Милена, чувствуя вину за удар сковородкой. Ирма- кухарка так его вообще обожала. Дарк то пропадал, то появлялся вновь, когда появлялся, то всё время был рядом с Илианом. Только Эмиль был холоден и неприступен. И все становились каменными, немыми истуканами, стоило задать вопрос про Манон. Ни слова о госпоже.

— Может, у неё ещё есть логово? — предположил Маркус. Про хитрость этого дома он не знал. — И она там живёт… ты же тут подглядываешь и обнимаешь, и волосы у тебя шелковистые… — поддел графа Маркус.

— Где? — растерялся Илиан.

— Где, где… На голове! — ответил хохочущий Маркус, вспомнив разговор с Манон. — И ей от этого так волнительно, что жить с тобой под одной крышей не может, и поэтому сбежала от тебя. Не везёт вам, Аландеры, сбегает от вас любимая женщина, и удержать не можете.

— А от тебя не сбегает? — Илиан начал злиться, понимая, что этот брюнетистый гад прав.

— Ко мне прибегает, — улыбнулся Маркус.

— Но тебя-то она не любит, — поддел Илиан.

— И тебя не любит, — вернул Маркус

— А кого любит? — задал вопрос Илиан

— Тиграна? — предположил Маркус.

Задумались.

— А давай проверим? — предложил Илиан.

— Как?

— У тебя есть влюблённая женщина?

— Предположим.

— Вот, когда ты ночью начинаешь её ласкать, она твоё имя произносит?

— Допустим.

— Во-о-от, — Илиан поднялся пошатываясь, скомандовал: — Пошли.

— Куда? — не понял Маркус.

— Э-экс-пер-рименти-ровать, — выговорил Илиан.

Пошатываясь, они вышли в холл. Встали перед лестницей. Посмотрели на неё, потом друг на друга, не сговариваясь, поняли, что вдвоём преодолеть лестницу будет легче. Обнялись за плечи и начали подъём. Дарк сидел внизу и наблюдал за парочкой смертничков, упорно карабкающихся к логическому концу… пока лестницы.

Успешно преодолев подъём, прошли до комнаты, в которой спала Манон. Открыли дверь, ввалились, дошатались до кровати и замерли, любуясь.

Жаркие летние ночи.

Манон скинула одеяло и спала по диагонали, раскинув руки и улыбаясь.

Смертнички стояли, забыв, зачем пришли. Дарк прошёл мимо них и лёг у кровати. Вспомнили. Переглянулись, обниматься перестали и полезли на кровать с двух сторон от Манон. Дарк заурчал, но не тронул, только встал и наблюдал.

Мужчины смотрели на спящую женщину. У обоих замелькали мысли где-то на задворках сознания, что, может, и зря они затеяли такой эксперимент, но исследовательский дух одержал победу над чувством самосохранения.

Одновременно они взяли её руки в свои, легли рядом, глядя на лицо Манон. Илиан переплёл свои пальцы с её, поглаживал и целовал косточки. Маркус ласкал губами раскрытую ладонь, целуя и покусывая. Она улыбалась во сне и подхихикивала. Но произносить имени упорно не желала.

— Скажи, скажи, кто из нас, Манон, скажи… выбери… одного из нас… Манон.

Руки мужчин одновременно накрыли груди Манон, она застонала и выгнулась навстречу. А что вы хотите, у женщины давно не было секса.

Мужики переглянулись зло, сглотнули, и шепотом стали требовать друг у друга, чтоб другой убрал свою конечность. При этом даже не подумав убрать свою, а наоборот, поглаживая и сжимая. Соски напряглись и проступили сквозь ткань. Илиан не выдержал первый, въелся горячим поцелуем в торчащий сосок. Маркус рыкнул и принялся за «свою» грудь с не меньшей страстью. Временами они сталкивались лбами, рычали друг на друга, словно два пса, не могущие поделить сахарную косточку. Манон стонала и выгибалась навстречу их ласкам.

Маркус сообразил первый, что губы у Манон свободны, и поспешил занять территорию, пока ушлый граф не опередил. Зачем они затеяли это всё, оба уже забыли. Рядом была любимая, желанная женщина… и не грозящая убить… А что будет потом, этим двум потенциальным расчленённым покойникам было плевать.

Маркус впился требовательным поцелуем. Столько лет, о чем он думал, надо было давно сделать эту женщину своей! Но барон «переломаю руки-ноги» и лекарь со своей «ампутацией» как-то отбили в нём желание подбивать клинья под Манон. А потом их отношения устоялись, сформировались, и нарушать идиллию не хотелось. Завтра он пожалеет, но сейчас пьяный мозг отключил ограничения.

Илиан, увидев нагло целующего Манон Маркуса, оттолкнул его.

— Обнаглел? — прошипел Илиан.

Дарку надоело это безобразие, он запрыгнул на постель, прошёлся по Маркусу, наступив на самое выдающееся место. Мужчина зашипел от боли, выругался, откатываясь в сторону. Дарк занял его место, лизнул пару раз в щёку Манон.

— Дарк, — проговорила, не просыпаясь Манон, вырвала свои руки из мужских, обняла собаку за шею и… продолжила спать.

Мужчины сумрачно посмотрели на Манон с Дарком, потом друг на друга.

— Вот и ответ, — объявил результаты эксперимента Илиан.

— Неожиданный, но логичный, — пробурчал Маркус.

— Ладно, иди спать, по коридору направо комната Манон, — дал направление Илиан, устраиваясь удобнее.

— А ты что? Здесь останешься? — возмутился Маркус.

— Конечно, это же моя спальня, — осклабился довольный Илиан

— Это спальня Манон, а направо спальня барона, — возразил Маркус.

— Сейчас, спальня барона стала спальней Манон, а спальня Манон — моей, — уточнил Илиан, взбивая подушку и подвигаясь вплотную к Манон.

— А гостевая? — не сдавался Маркус.

— Стала музеем барона, там его вещи, книги, оружие… она в той комнате медитирует, в ней нет кровати. И даже не предлагай разделить с тобой кровать в спальне Манон, бывшей барона… Я женщин предпочитаю, — Илиан поцеловал Манон в плечо, обнял за талию, уткнувшись носом в шею. Вдохнул любимый запах…