Майя Ахмедова - Ледяная Королева

Лыжи зацепили невидимый под снегом камень, и я, едва успев прикрыть голову руками, с размаху кувыркнулась в глубокий сугроб. Кое-как содрав крепления и отерев с лица колючие льдистые крошки, я уже в нормальном режиме смотрела, как Ворх серым клубком подкатился к сражающимся и, высоко подпрыгнув, зубами ухватил крылатую мерзость за хвост. Гадина изогнулась, визгливо зарычала и забила задними лапами, пытаясь избавиться от неожиданной помехи. Улучив момент, Дин длинным кувырком ушел в сторону и, вставая, вытянул из щедро забрызганного кровью сугроба свой меч. Шурша кожистыми крыльями и продолжая рычать с присвистом, тварь набрала высоту, заложила крутой вираж и снова нацелилась на жертву, но сегодня наверняка случился не ее день. Меч, перехваченный на манер копья, был пущен с такой силой, что молнией промелькнул в морозном воздухе и по самую рукоять вонзился в желто-бурое брюхо точно между двумя гладкими трапециевидными пластинами панциря.

Волк все-таки успел вовремя разжать зубы и с головой ухнул в заметенную до краев яму. Мгновением позже рядом с ним грохнулась истекающая парящей на морозе кровью туша, все еще судорожно дергая располосованными крыльями и загребая лапами по сторонам. Напоследок спиной по сосновому стволу медленно сполз Дин. Я же, с трудом выбравшись из чертова сугроба, успела только перехватить мутнеющий взгляд и уловить едва слышный хриплый выдох: «Шлейф…» Странные глаза парня потускнели, закрылись, и он окончательно затих и обмяк бесформенной грудой в переворошенном снегу.

Я в оцепенении стояла посреди развороченной поляны, в полном смысле слова не зная, за что хвататься. В чувство меня привело тихое повизгивание — Ворх, придавленный верхней половиной поверженного монстра, никак не мог выбраться из ямы. С моей помощью он освободился из плена, и мы бросились к Дину.

Пульс на окровавленной шее, хоть и какой-то странный, прощупывался четко. Я с трудом перевела дыхание и повернулась к волку.

— При чем тут шлейф?

Ворх всполошенно взглянул на меня, на Дина и снова на меня.

— Это особое заклятие, наводится прицельно и действует до тех пор, пока не вытянет из жертвы все магические силы, а потом и жизненные. Так вот почему он не использовал магию!..

— Это плохо? — Я, не теряя времени, осторожно сдирала с пострадавшего лохмотья, в которые превратилась его одежда.

— Хуже некуда! Особо мощное заклятие, даже не каждый амулет поможет… Расщедрился братец, ничего не скажешь — ведь одного химерона вполне хватило бы на всех нас!

— Химерон — это вон та летучая гнусь? — между делом уточнила я, без особых раздумий сдергивая со своей шеи медальон.

— Угу… Ты спятила?!

Вид волка с отвисшей челюстью заставил меня приостановиться.

— Пока не совсем. А что, так заметно?

— Теперь — да. Ты же без магической защиты сама рискуешь попасть под удар!

— Во-первых, ты что, поступил бы иначе?

— Я — это я, мы с детства дружим…

— Ну и дружите дальше на здоровье! А во-вторых, ты что, можешь предложить еще какой-то выход?!

— Нет! — угрюмо признал серый хищник, наблюдая, как я осторожно застегиваю цепочку на шее Дина.

Изящный замочек защелкнулся, медальон моментально раскалился так, что обжег мне руки, а по глазам ударила ослепительная вспышка изумрудно-золотистого света. Когда я снова обрела способность смотреть, то увидела, что затейливая серебряная вещица явственно мерцает в такт ударам сердца того, кто с этой минуты находился под ее защитой. Рядом облегченно вздохнул волк.

— А ты теперь как же? — все-таки спросил он, глядя на меня.

Я отмахнулась:

— Кому я тут нужна в отличие от некоторых… Ты давай-ка заканчивай отсиживать нижние чакры, дуй бегом к нашим и гони сюда Грома. Пусть шушки дадут ему веревки, одеяло и какую-нибудь холстину. Кстати, дракон знает, как добраться до новой пещеры?

— Еще бы!

— Тогда вы уходите, а мы прибудем сразу туда. С вас — костер, постель, кипяченая вода и все для перевязки. Усек?

— Да.

— Вперед и с песней!

Только снежная пыль взвихрилась. Даже странно, что волк ничего не имеет против моих командирских замашек, впрочем, я же у нас «посланница небожителей»… С другой стороны, если он заинтересован в жизни своего друга, то и должен принимать помощь в любой форме! Что ж, теперь дело за мной. Я оглядела распростертое на снегу тело. Теоретически нас, конечно, неплохо натаскали на занятиях по медподготовке, и я даже кое в чем была среди первых — например, гипсовые повязки удавались на пять с плюсом, да и на уколы любой сложности рука у меня была легкой, но вот кто бы сказал, как в заснеженном лесу посреди пустынного ущелья не дать умереть растерзанному в лохмотья человеку, не имея под руками ничего из привычных средств?!

Все это пронеслось в моем сознании мутным вихрем за какие-то доли секунды и исчезло, оставив лишь чувство растерянности и страха. Панического страха за чужую жизнь, которая была мне далеко не безразлична и, кроме всего прочего, теперь от меня еще и зависела. К горлу подкатил горячий ком, защипало глаза. Я встряхнула головой и мысленно закатила себе крепкую затрещину — нашла время нюни распускать! Салонная фифа, да и только, еще в обморок упади! Хватит сидеть!!! Или я немедленно сделаю хоть что-то, или он просто тихо умрет в этом сугробе! До «Скорой помощи» здесь вряд ли додумались, так что придется вспомнить бабушкины уроки…

Я зажмурилась, протянула к раненому раскрытые ладони, плавно повела ими, едва не касаясь кожи и слегка перебирая пальцами. Нет, ничего не выходит… Ну-ка, соберись! Я стиснула зубы, сосредоточилась и старательно закрепила в сознании проявившееся изображение потока энергии, струящегося неподалеку в морозном воздухе. Так, теперь иди ко мне, мой сладкий сахар!.. Переливчато искрящиеся струи плавно изогнулись, коснулись моей головы — меня сильно передернуло, внутри начало разливаться приятное тепло… Сейчас внешний поток уже составлял единое целое с энергией, циркулирующей внутри меня, — полдела сделано! Как там бабушка учила?.. Бережно перенаправляем пульсирующие струйки в нужную сторону — нежное золотистое мерцание и легкое тепло явственно стали смещаться по рукам к моим ладоням, накапливаясь постепенно в пальцах, и вдруг словно пролились искрящимся потоком, пронизывая распростертое передо мной тело. В глазах зарябило, замельтешили цветные пятна, которые стали складываться в плавно меняющуюся «картинку» — словно в мозгу неожиданно заработал встроенный аппарат УЗИ, рентген или еще что-нибудь в этом же роде. Надо же, и в самом деле получилось, да еще так четко!.. Ай да я, ай да… неважно!