Элеонора Раткевич - Деревянный Меч

Ознакомительный фрагмент

– Так вот почему эту больницу содержат в таком жутком виде, – ужаснулся Кенет. – Чтобы легче спрятать следы.

– Не думаю, – возразил Юкенна. – Казнокрадство само по себе – веская причина. Вряд ли там все поголовно у Инсанны на содержании.

– Человек пять, не больше, – кивнул Аканэ. – Пусть их. Это уже ненадолго. А о парнишке я позабочусь.

– Кстати, о парнишке, – вспомнил Лим. – Ты же собирался погадать на Книге Имен?

– И верно! – хлопнул себя по лбу Юкенна. – Погодите, я сейчас.

На сей раз Кенет не удивился, когда под руками Юкенны одна из стен сдвинулась и обнаружилось, что она и не стена вовсе, а панель, скрывающая за собой изрядных размеров кладовую. Скорее он бы удивился, не окажись там чего-либо подобного. Кенету начинало казаться, что все предметы в этом доме с двойным, а то и тройным дном, все вещи способны превращаться во что угодно и скрывать в себе любой другой предмет любого размера, даже и превосходящего. Если бы столик вдруг оброс шерстью, залаял, запрыгал на своих четырех ногах и попытался лизнуть хозяина в нос, а из чашки вдруг вылез бы, натужно кряхтя, бочонок с солеными овощами, Кенет принял бы это как должное.

В кладовой висело и лежало множество оружия, а также предметов совершенно Кенету непонятного вида и назначения, поблескивали плотно закупоренные бутылки и бутылочки с темными, светлыми и вовсе бесцветными жидкостями, громоздились коробочки и коробки с пряным, сладковатым, острым, едким, приятным и неприятным запахом, а то и совсем без запаха. Все это Кенет успел увидеть лишь мельком. Юкенна приподнялся на цыпочки, достал с верхней полки толстенную книгу и полотняный мешочек и закрыл кладовую. Потом он сел на тюфяк, скрестив ноги, и жестом подозвал к себе Кенета и Кенро. Оба подошли молча. Кенет начинал понимать, отчего молчит обладатель громадного меча. Может, он и не великий воин, вроде Аканэ, однако мастер в своем деле не из последних, опытный не по годам, и молодости своей он стесняется. Старается быть сдержанным, немногословным. Старается скрыть свою юношескую горячность. Хочет выглядеть старше. Кенет и сам дорого дал бы, чтоб иметь за плечами не пятнадцать лет, а хотя бы на пять-шесть побольше.

Юкенна вынул из мешочка другой, поменьше, из него – горсть цветных кружочков и бросил их на пол между собой и юношами. Ближе всего к Кенету оказался синий кружочек, к Кенро – красный, у ног самого Юкенны – пурпурный. Эти три кружочка Юкенна положил один на другой, остальные сдвинул в сторону.

– Сочетание гармоничное, – сказал Юкенна. – Уже хорошо. Сейчас посмотрим.

Из первого мешочка Юкенна извлек продолговатые пластинки, палочку туши и кисть для письма, на одной из пластинок написал знак “кен”, на других – прочие слоги трех имен. Пластинку с общим слогом он положил знаком вверх, остальные пластинки пристроил к ней, словно ветви к дереву, вверх чистой стороной. Кенет следил за его работой как завороженный.

– Сейчас и посмотрим, – бормотал Юкенна, листая книгу. – Синий, красный, пурпурный… есть! Значение слога “кен” в этих символах… река… сила, способность, возможность… осуществление, раскрытие… похвала, радость… в общем, и все.

– Хорошо, но мало, – заметил Аканэ. – А что для каждого из вас?

– Не могу сказать, – развел руками Юкенна. – Сочетание неполное. Как ни складывай, а выходит отчего-то только часть фигуры. В этих событиях должно участвовать не три человека, а больше.

– А ты погадай на отсутствующих, – предложил Аканэ. – На обоих.

– На кого? – нахмурился Юкенна. – А, понял. Но ведь Кенет и Кенро с ними не знакомы.

– Если события будут, – хмыкнул Аканэ, – то познакомятся непременно. А если нет, полного расклада все равно не получится.

– Разумно, – согласился Юкенна. Он взял еще несколько пластинок, написал на них какие-то слоги и начал пристраивать новые ветви к уже выстроенным, тоже знаками вниз.

– Между прочим, ты тоже в этом участвуешь, – сообщил он Аканэ, не поднимая глаз от сложной фигуры перед собой.

– Ты меня не удивил. Странно, что Лим не участвует.

– Ничего странного, – возразил Лим. – Я завтра уезжаю. У сестры сыну месяц исполнился, пора имя давать. Меня только и ждут. Если бы ты не исчез, я бы еще третьего дня уехал.

– Ясно, – рассеянно произнес Юкенна. – Да, вот так, похоже, получается полное сочетание. Сейчас проверим.

Он снова уткнулся носом в книгу. Кенет и Кенро, затаив дыхание, ждали ответа.

– А почему ты для меня цвет не определял? – поинтересовался Аканэ.

– А это не обязательно. Трех цветов для определения достаточно вполне, да и не твой слог стволовой. К тому же я не могу назвать цвет за отсутствующих, так что не стоит и возиться… а, вот, есть, нашел.

– Ну и что там? – сдержанно полюбопытствовал Кенро, не в силах молчать.

– Хотел бы я знать, как это все произойдет, если произойдет, – задумчиво произнес Юкенна. – Для Аканэ в таком сочетании – спасение жизни… ну, это уже сбылось. Для тебя, – обернулся он к Кенро, – поездка. Недолгая и приятная.

– Только приятная или с пользой?

– С пользой тоже, и не только для тебя. Для Кенета – уйма всякого разного. Ученичество… хорошее, хотя и недолгое… подарок… нет, два подарка… важная встреча… что-то еще, не понимаю… хотя нет, понимаю, но это не зависит от сочетания, это его собственное и будет еще не скоро.

– А что будет? – с жадным любопытством спросил Кенет.

– А тебе знать не положено, – отрезал Юкенна. – Чем меньше будешь знать об этом, тем скорее, полнее и лучше оно сбудется. В любом случае я рад, что ты нам на дороге попался. Н-да, если это так, тогда и весь остальной расклад вполне возможен.

– А что там еще? – лениво спросил Аканэ.

– Сгубит тебя любопытство, – рассмеялся Юкенна. – Для тебя – тоже хорошо. Благодарность вышестоящих, успех, упрочение жизненного положения. Для одного из отсутствующих – радость, частичное избавление от забот. Для другого – тоже спасение жизни. Тебе это о чем-нибудь говорит?

– Не очень, – признался Аканэ. – Совершенно себе не представляю, как это может случиться. Но расклад в любом случае просто на диво хорош. Ни одного дурного знака.

– Кстати о знаках. – Юкенна обернулся к Кенету. – Никогда больше не гадай на имя, тем более у хорошего гадальщика.

– А если предложат? – растерялся Кенет.

– Под любым предлогом откажись. Да тебе, собственно, и не нужно. Зловещих сочетаний для твоего знака почти что и нет.

– Ну а вдруг все-таки? – настаивал Кенет. – Не хотелось бы ни в чем не повинным людям вред приносить.

– Этого не будет. Вообще не стоит гадать слишком часто. Тебе что, ближайшей судьбы мало?