Хроники королевств. ледяная принцесса.

Гонцы от императора всегда сразу и без проволочек провожались к регенту, чем бы он не был занят. Дядя может и отменил бы это правило, но таковым было условие древнего договора. Правители получают вести друг от друга сразу. - Регент, Ваше высочество! - поклонился гонец. - Его императорское величество приглашает её высочество Арабеллу Сарнийскую на празднование начала года в свою столицу. И затем предлагает в его сопровождении посетить Магические Игры, которые в этом году принимает у себя Пятое королевство.

Гонец уже склонился готовый выслушать от меня неизменный отказ. - Передайте его императорскому величеству мою искреннюю благодарность, за то что все эти годы не забывает о дочери своего погибшего союзника. Я с радостью посещу императорский двор и Магические Игры. - Бросила я взгляд на опекуна, который от неожиданности даже вилку выронил. Выглядело это так, словно я всё ещё злясь на выходку кузена, приняла так не вовремя доставленное приглашение. Не вовремя для опекуна, для меня-то это было просто счастливым стечением обстоятельств. - Прошу меня простить, аппетита сегодня нет. - Я чуть не начал аплодировать. Правда. - Прошептал мне на ухо резко вскочивший со своего места и поспешивший помочь мне выйти из-за стола Джореф Маргейт.

Уже выходя, я заметила злой взгляд опекуна, который он переводил с меня на Джорефа и обратно.

В свои покои я почти бежала! И так, я обижена на кузена и напугана его действиями, и вообще оскорблена до глубины души! Значит ни о каких ухаживаниях сейчас и речи идти не может. Я совершенно по понятным причинам буду истерить при каждом его приближении.

Остановить гонца, умчавшегося извещать императора о том, что его приглашение принято не возможно. Чревато. Да и гонец всего-то и вышел за замковые стены, откуда вернулся к своему господину порталом.

Я и Хелла отправляемся ко двору, а потом на Игры, которые длятся около трёх недель. Двадцать один день самих игр, день отлежаться победителям и бал в честь этих самых победителей и закрытия игр. То есть больше месяца я буду для дяди недосягаема.

А виноватым в этом выставлен кузен, распустивший руки и язык. Прости, Гарден, но моя шкурка мне дороже, чем твоя. К тому же там возле тебя отирается заботливый поварёнок, который, кстати, только что пробежал мимо меня и посмотрел на меня таким злым взглядом! Ему-то вот я что сделала? Хотя если учесть, что он, как и я, знает о манере дяди убеждать сына, ничего удивительного.

За следующие несколько дней я успела не раз пожалеть о том, что не сдержалась и воспользовалась приглашением. Ведь хотела же только намекнуть, припугнуть опекуна!

Меня не оставляли в покое как в первые дни после похорон отца и брата. Швеи, портные... Мне в срочном порядке готовили гардероб достойный появления при императорском дворе и на Играх. До этого момента моим гардеробом особо никто не озадачивался. Сейчас же приходилось навёрстывать.

Опекун умудрился даже пару раз заявиться среди ночи, по каким-то важным и даже правдоподобным причинам. Так что я практически снова превратилась в узницу в замке. И по хорошему, надо было бы остаться и сегодня ночью, и не рисковать. Но на этот зов я не могла не откликнуться.

Ощущение беды накрыло меня, когда я уже возвращалась. Оберег оставался холодным, но интуиция гнала вперёд. Полученная рана на бедре простреливала болью и сковывала движения. Как назло я оказалась ещё и без целительского артефакта. Хорошо, что сразу несколько были припрятаны в тайных ходах замках. Ими я и воспользовалась.

Но уже в купальне услышала грохот распахнувшейся двери, судя по всему её просто снесли с петель, и голоса, в том числе и дяди. Голоса набирали обороты, превращаясь в крик. Я решительно вышла из купальни, про себя удивилась распахнутому настежь окну, но меня больше интересовал опекун, заявившийся в мою спальню со свитой. Кажется, что он притащил сюда полдвора. - Что здесь происходит? - внутренне я приготовилась атаковать, уж больно похоже было на то, что дядя решил закрыть вопрос с моими правами на трон кардинально. - Почему вы все толпой вваливаетесь в мою спальню? - Принцесса... - прозаикался кто-то из толпы.

Опекун казалось только силой волей удерживается от того, чтобы не накинуться на меня с кулаками. Его взгляд прикипел к чему-то за моей спиной. Я проследила за глазами опекуна, и чуть сама не взвизгнула. Моя постель была смята, покрывало валялось в ногах, а на простыне были отчетливо видны несколько пятен крови. Весьма красноречивых пятен. - Ты... - от ярости лорд Дартан даже не сразу подобрал слова.

Может он и хотел что-то сказать, но он буквально окаменел. И я поняла отчего, даже не глядя. Ночная рубашка, которую я натянула сразу по возвращению и прикрыла халатом, была измазана в крови на уровне бёдер. В комнате мгновенно воцарилась такая тишина, что у нас в родовом склепе было гораздо оживлённее. - Я так понимаю, что смысла скрывать, больше нет, к тому же мы и так собирались всем сообщить. - Вдруг раздался голос Джорефа Маргейта, зашедшего в комнату с балкона. - Лорд Дартан, господа придворные, я и принцесса Арабелла давно любим друг друга, и сегодня её высочество приняла моё предложение. Мы, конечно, поспешили, но простите нам порыв наших чувств.

Я совершенно не понимала, что происходит, растерялась, кивнула невпопад. Но этот кивок все восприняли, как подтверждение слов Джорефа. - Все вон! - Рявкнул лорд Дартан на свою свиту, разом превратившуюся в нежелательных свидетелей, причем тех, кого уничтожить не получится.

Не всех сразу, а ведь привёл их сюда он сам. Если бы взглядом можно было бы убивать, то младший лорд Маргейт уже был бы бездыханным. Но у дяди таких способностей не было. И Джореф Маргейт не был сыном моего опекуна, кочергу в руки не возьмёшь.

И от этой мысли мне стало страшно. Потому что после того завтрака, когда я приняла приглашение, кузен не выходил из своих покоев и никого не принимал. Боюсь, что расплачиваться за неудачу моего опекуна, снова предстоит кузену. - Я хотела бы услышать объяснения! - прошипела я, едва мои покои опустели. - Простите меня, - уткнулась в мои ноги рыдающая Хелла. - Где ты была? - спросила у неё. - Прятались в гардеробной. - Ответил за неё лорд Олидар.