Серая сестра (ЛП) - Лоуренс Марк

— Мы должны пересечь ее, — сказала Джула, ее голос казался маленьким в огромном пустом пространстве. Судя по голосу, ей этого не хотелось.

Кетти пометила стену мелом и нарисовала на полу стрелку.

— Мы должны идти вдоль стены. Так меньше шансов заблудиться, — сказала Дарла.

Ара повела их влево, держась поближе к стене. Сталагмиты поднимались, образуя небольшие изысканные рощицы, сталактиты опускались, образуя занавеси там, где пещера изгибалась вниз, все они сверкали радужным блеском, как панцирь жука.

— Стойте. — Рули повернулась и уставилась в темноту за пределами досягаемости фонарей. Нона остановилась, остальные тоже.

— Что? — Джула подняла фонарь.

— Разве вы не слышите?

— Нет. — Дарла возвышалась рядом с ней, ее тень качалась.

— Что-то там есть, идет к нам, — сказала Рули, широко раскрыв глаза.

— В этих пещерах нет ничего живого, — сказала Дарла. — Мы бы увидели кости или навоз. На что это было похоже?

— Сухое. — Рули вздрогнула.

— Сухое?

— Я хочу вернуться, — сказала Рули.

Ара продвинулась вперед на несколько ярдов, высоко подняв фонарь:

— Здесь что-то есть.

Нона сделала пару шагов вперед вместе с остальными, оставив Рули в сгущающейся тени.

— Что это? — Кетти нахмурилась.

Ноне показалось, что пол пещеры покрыт темным лесом бесформенных сталагмитов, некоторые из которых изгибались так, как не полагается таким наростам.

— Кости. — Джула поняла это первой.

В одно мгновение сцена изменилась, замешательство перешло в ужас. Скелеты, окаменелые, как те, что лежали в нише, но их были намного больше: дюжины.

— Некоторые из них находятся здесь уже целую вечность. — Ара указала на каменную грудную клетку, из которой свисали тонкие, как солома, сталактиты, и на череп, покореженный тяжестью растущего на нем сталагмита, похожий на свечу, из которой вытекла половина воска.

Джула наклонилась, чтобы рассмотреть что-то у стены.

— Нам действительно нужно уходить! — крикнула им Рули, не двигаясь с места. — Разве вы не чувствуете?

— Я не... — Но тут Нона почувствовала это и прикусила язык. Что-то царапнуло по краям ее чувств, сухое прикосновение, от которого ее разум в ужасе отшатнулся.

Холотур.

Что?

Нона почувствовала, как Кеот шевельнулся у нее под кожей. Обычно в пещерах он молчал.

Тебе надо бежать.

Ты всегда говоришь мне драться.

А теперь я говорю тебе бежать.

— Мы должны вернуться. Сейчас же! — Нона повернулась, чтобы последовать за Рули, которая уже побежала туда, откуда они пришли, в слепую темноту.

— Чего вы боитесь? — крикнула им вслед Дарла. — Здесь ничего нет. — Она рассмеялась. — И ни у кого из вас нет фонаря.

Нона остановилась на краю освещенной площадки, охваченная бестелесным страхом.

Что там такое, Кеот?

Чего-то выведенное Пропавшими. Что-то голодное. Беги!

— Нам нужно бежать. Поверьте мне, — В пустоте пещеры голос Ноны показался слабым. Слышались звуки спотыкавшейся в панике Рули.

Ара нахмурилась и последовала за ней.

— Я тебя не понимаю, но верю. — За Арой Джула. Дарла, от которой теперь удалялся свет, раздраженно зарычала и поспешила за ними.

Шестеро послушниц ускорили шаг, вокруг них замелькали тени. Нона разглядела впереди Рули, нащупывающую дорогу. С каждым мгновением казалось, что позади них что-то собирает себя, словно пространство, наполненное эхом шагов, втягивало в себя их жизнь. Нона почувствовала, как ужас пробежал у нее по спине. В темноте таилось что-то ужасное. Что-то древнее и ждущее. Необходимость бегства заставила ее сердце бешено колотиться, дыхание стало прерывистым.

— О, кровь! — Сейчас даже Дарла почувствовала это, ее лицо побелело.

Нона с холодной уверенностью знала, что за пределами света фонарей тянутся окаменевшие кости — бесчисленные жертвы лежат в тщательном порядке, ярд за ярдом. Сколько веков они наблюдали за тьмой? И она знала, что среди костей бродит ужас. Теперь она чувствовала его, разумного, сгущающегося из ночи, обретающего форму. Возможно, он примет облик человека. Возможно, станет ею. И если он когда-нибудь поднимет к ней лицо, она утонет в кошмаре.

К тому времени, как они добрались до комнаты, в которой выбирали между тремя неисследованными проходами, все бежали. Рули уже висела на веревке. Джула не стала дожидаться, пока она сойдет. Ара стояла спиной к утесу, высоко подняв фонарь, и смотрела на вход в туннель. Кетти и Дарла присели на корточки у края, подталкивая остальных вниз. Нона едва удержалась, чтобы не протиснуться между ними и не схватиться за веревку.

— Предок! Быстрее! — Крик сорвался с ее губ.

Рули и Джула вместе добрались до дна и растянулись под грохот сыплющихся камней. Кетти начала спускаться. Темнота в туннеле, казалось, сгустилась, отвергая свет фонаря Ары.

— Он приближается! — Дарла соскользнула с края обрыва, ее побелевшие руки вцепились в веревку, а ноги были всего в ярде над головой Кетти.

— Мы не можем остаться! — Нона изо всех сил старалась не кричать. Страх наполнил ее, сотрясая каждую клеточку тела, заставляя трепетать воздух в легких. — Ара, вперед!

Они спускались по веревке друг на друге, их фонари висели на ремнях, они скользили от узла к узлу, обжигая ладони.

За ними последовала путаница раскачивающихся фонарей, острых камней и мелькающих теней. Крики, тяжелое дыхание, проблески меловых символов, бег, карабканье, последний отчаянный бросок через горловину, и они оказались в невероятной яркости дня. Задыхаясь, они легли, растянувшись на Пути Безмятежности.

Здесь, на свету, с дующим холодным ветром и равнинами, простиравшимися под ними к далеким дымам Истины, их полет внезапно показался глупым.

— Я больше туда не пойду. Никогда. — Дарла перевернулась на спину, ее ряса была порвана и перепачкана грязью.

— От чего мы бежали? — спросила Кетти.

— Первый раз, когда безмятежность действительно бы нам помогла... — Ара села, качая головой.

— И мы побежали! — Нона не могла поверить, что она не потянулась к своей безмятежности. Некоторым послушницам все еще требовалось время, чтобы погрузиться в транс, но многие могли вызвать этот настрой сознания за несколько мгновений. Страх охватил ее прежде, чем она успела подумать о том, чтобы отгородиться от него стеной.

— Предок! Посмотрите на себя! — Джула расправила свою рясу. Серая нижняя юбка просвечивала сквозь прореху длиной с ладонь. Нона оглядела себя. Пятна грязи прочертили ее горизонтальными линиями там, где она столкнулась со стенами во время безумного рывка.

— Сестра Колесо убьет нас! — Рули с ужасом оглядела себя.

— Сестра Швабра, ты имела в виду, — сказала Ара.

— Обе так и сделают! — Кетти вскочила на ноги. — Давайте возвращаться!

— Ты беспокоишься о Колесе и Швабре? — Нона указала на темную щель, скрытую в глубине скалы. — А как насчет этого?

Джула нахмурилась и провела грязной рукой по волосам.

— Я больше туда не пойду. — Она снова посмотрела на расселину. — О, у нас теперь столько неприятностей.

Дарла последовала за Кетти, бормоча что-то себе под нос. Джула и Рули двинулись по тропе следом за ними.

— Ара? — Нона застыла в изумлении. — Что там произошло? Почему они просто уходят?

Ара выглядела озадаченной. Пятно грязи под правой скулой, казалось, только делало ее еще красивее. Она прищурилась, словно пытаясь что-то вспомнить, потом покачала головой.

— Я не думаю, что нам стоит возвращаться. — она бросила взгляд в сторону расщелины, вздрогнула и повернулась, чтобы уйти.

— Что это такое? — Нона указала на блестящий предмет среди камней у ног Ары.

— О. — Ара даже не взглянула вниз. — Это всего лишь нож. Джула подобрала его в... — Она пожала плечами и повернулась, чтобы уйти.

— Подожди. — Нона взяла Ару за руку. — Эта штука там... это чудовище. Ты помнишь его? Да? — Их пальцы переплелись. Голубые глаза Ары встретились с темными глазами Ноны, и на мгновение она узнала... что-то. Каждая сделала шаг навстречу другой.