Сверхъестественный отбор (СИ) - Юраш Кристина

Огромные двери актового зала распахнулись. Я уже мысленно прозвала его не тронным, а актовым. Ибо в нем свершались акты с нашими нервными системами.

- Итак, все участницы в сборе! – торжественно объявил камердинер, листая списки.

- Я долго думал, - наконец произнес принц, поглядывая на нас. Его взгляд скользил по нам, а я чувствовала, что жить мне остались считанные секунды. Все-таки мне кажется, то был не сон!

- Начнем, наверное, с хорошего, - улыбнулся принц, опустив глаза. – С подарков… Я решил сделать подарки каждой. Вы и так пользуетесь в этом замке безграничной властью, но я решил, а значит… 

- Неужели? – переглянулись девушки. Они были заинтригованы.

Принц подошел к первой девушке. В его руках появилась коробочка.

- О! Ожерелье! Именно такое, о каком я мечтала! – осела красавица, дрожащими руками принимая подарок.

- О, кольцо! Я точно такое же потеряла в детстве! Это было матушкино! – тряслась над своим подарком вторая красавица, тут же примеряя кольцо на палец.

- Неужели? – охала третья, поднимая глаза на принца. – Вы шутите?!! Это же… золотой гребень! Точно такой, какой был у моей мачехи! Я все детство смотрела на него и мечтала о таком же!

Принц двигался в мою сторону. Интересно, а что он подарит мне?  Факел, чтобы я подожгла банк? Голову другого прекрасного принца, завернутую в справку о его доходах? Снижение процентной ставки по кредитам?

- Вот, - послышался голос, я подняла глаза и увидела простенькое зеркальце.

- Пасибо! – уныло заметила я, глядя на девушек, которые уже сверкали драгоценными обновками. Вот так всегда! Подругам дарят золото – бриллианты, а ты шуруешь домой с зеркальцем.

- А теперь переходим к грустному. Одна из участниц сегодня покинет нас навсегда, - произнес принц, поменявшись в лице.

При слове «навсегда» у меня побежали мурашки. Я закусила губу и опустила голову.

- Нас покидает … Анхелика! – произнес принц.

Что? Анхелика? Это вообще кто?

- Нет! – всхлипнула красавица, роняя на пол подарок принца. – Нет! Ваше высочество! Это какая-то ошибка!

Согласна! Либо у принца со зрением проблемы, либо я что-то непонимаю. Анхелику можно смело фотографировать на обложку журнала. Я на всякий случай высунулась еще раз и посмотрела!

- Королева должна уметь держать себя в руках! – заметил камердинер.

Точно, принц плохо видит! На секунду я представила, как близорукий принц с астигматизмом ходит мимо расплывчатых пятен! А потом тянет глаз за веко, пытаясь определить степень красоты каждой участницы.

- Это та, которая приказала сжечь замок вместе с врагами? – послышался шепот среди девушек.

- Дорогая Анхелика. Ты умная, красивая девушка. А еще милая и очаровательная! – ласково произнес принц, глядя на всхлипывающую красавицу. – Ты обязательно встретишь своего принца… Принца, который готов будет за тебя продать душу демону! Вот так сильно он тебя полюбит… А сейчас, не надо плакать…

Конечно не надо! Тебя в комнате ждет нечто ужасное! Я с тревогой смотрела вслед уходящей красавице. И мечтала сводить принца к окулисту!

Все выдыхали с облегчением, а я смотрела на зеркальце. Оно было черным. И ничего не отражало.

- А теперь, дорогие участницы, - произнес камердинер. – Мы решили провести внеочередное испытание!

… наших нервов! – вздохнула я, глядя как посреди комнаты появляется столик с хрустальной чашей.

Я присмотрелась, а в вазе лежали бумажки.

- Настоящая королева должна быть везучей! Жизнь при дворе опасна и полна коварных интриг. За всеми, как говорится, не уследишь! Как бы странно это не звучало, но иногда спасает только везение, - заметил камердинер, пока я пыталась понять, что нужно делать! – В вазе лежат бумажки. На всех, кроме одной бумажке написано: «Вы остаетесь!». А на одной: «Вы покинете нас сегодня ночью!».

Это что? Лотерея? Что это за «лохотрон»? Трон вижу, а теперь пытаются определиться с лохом?

- Помните, вы должны вести себя, как королевы, - заметил камердинер, приглашая каждую по очереди взять бумажку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я опередила  всех в надежде увеличить свои шансы на успех. Засунув руку в вазу, я долго искала бумажку, которую стоит выбрать. Мне казалось, что этот момент я должна что-то почувствовать! Но пока что я чувствовала, что у меня в районе попы скоро заведутся пингвины, а сквозь ледники пойдет ледокол. Я взяла одну бумажку, подержала ее, а потом передумала. И схватила другую и вытащила ее с замиранием сердца.

Осторожно, чтобы не пугаться заранее, я развернула ее и …

- Я прохожу! – радостно крикнула я, прыгая от счастья. – Ура! Ура!!! Какое счастье! Я прошла!

Я целовала бумажку, прижимая ее к себе.

- Показывать? – спросила я, глядя на красавца принца. Он шутливо нахмурился и помотал головой.

- Не стоит! По вашему лицу и так все видно,  - улыбнулся он.

- Поздравляю! Значит, вы можете идти в свою комнату! Следующая! – послышался голос камердинера. Он наклонился к принцу. И я услышала: «Завтра утром все станет понятно! Не переживайте!».

Принц кивнул, глядя на то, как очередная участница прыгает от радости: «Прошла!!!». На ее место ступила следующая, опасливо перерывая бумажки.

Я радостно поскакала к двери, открыла ее и вышла в коридор.

В этот момент меня прошиб ледяной пот. Я дрожащей рукой раскрыла бумажку. «Сегодня в полночь ты покинешь отбор!».

Это звучало, как приговор. Внезапно бумажка исчезла, а у меня на руке появилось что-то похожее на черную метку пиратов. Черная клякса в виде черепа.

- Мамочки! – попыталась ее оттереть я, но она словно въелась в руку.

- Не-е-ет! – послышались рыдания за дверью. – Нет! Умоляю вас! Пожалуйста! Почему я такая невезучая!

Видимо, осталась последняя бумажка и последняя участница! Я побежала в сторону своей комнаты и едва не вышибла двери.

- Как все прошло? – оживился кактус, пока я мылила несчастную руку и терла ее по струей воды. Нет? Совсем никак?

- Если бы ты была в своем мире, то доктор сказал бы тебе, что ты идешь на поправку! Перестаешь разговаривать с кактусом! Но мы не в твоем мире, так что выкладывай! – заметил кактус с эротичным придыханием, а у меня снова все внутренности ушли куда-то вниз.

 Ну нельзя иметь такой голос мужику! Нельзя! А женщине можно и даже нужно иметь такой голос! Особенно, если к голосу прилагается мужик.

- Все х-х-хорошо, - фальшиво ответила я, глядя как вода разбивает пену. Черт-черт-черт! Даже не побледнела! Ой, а сколько сейчас времени?

- Я слышу твое «хорошо», - заметил кактус, пока я закручивала золотой кран и обматывала руку полотенцем.

- Фух! – упала я на кровать, слыша, как урчит от голода мой несчастный желудок.

- Слушай, гроза седалищного нерва, - спросила я у кактуса. – Ты не в курсе, почему у всех есть слуги, золото, платья и еда, а у меня тут хоть шаром покати?

- Хм… Дай-ка подумать! – заметил кактус. Когда он говорил, то не шевелился. Не появлялся смешной рот и глазки. Лишь по интонации я могла угадывать, что он чувствует. – А может попробовать попросить?

- Хочу есть! – крикнула я, но мне никто не накрыл поляну. – Я попросила!

- Нет, не так! Представь себе еду! Представь, что ты ешь что-то очень вкусное… - заметил кактус осторожно.

- И что? Она появится? – спросила я, перебинтовывая руку и пряча ее в одеяла. Сейчас нужно успокоиться и подумать, что можно сделать!

- Но ты должна точно представлять вкус, - предупредил кактус и очень сладко вздохнул.

Вкус, вкус, вкус…  Я вздохнула, пытаясь представить вкус бутерброда.

- И? Где? – спросила я, прикидывая, куда эта сволочь упадет маслом вниз. – Где мой бутерброд с красной икрой?

- Значит, ты плохо помнишь вкус. Попробуй что-то знакомое, - заметил кактус. – То, что ты ела недавно!

Через пять минут я смотрела на манку. Манка смотрела на меня. Прямо как в детском саду. Я терпеливо ждала, когда манка на две секунды превратится в гречку, и тащила ее рот, медленно пережевывая.