Сергей Раткевич - Наше дело правое

— Цыц! — прикрикнул лекарь. — Я уж сам решу, как помирать, все равно недолго осталось. Или ты думаешь, я способен только гонцов святых братьев допрашивать да раны заговаривать? Эх, сколько раз я смотрел в треклятое небо и молил о мести… И накликал-таки, старый дурень! За все надо платить. — Старик задумчиво повертел в руках кружку. — Я был никудышным учеником и трусом к тому же. Когда мне стукнуло шестнадцать, дочка зеленщика из лавки по соседству волновала меня больше всех наставлений учителя. Это меня и спасло. — Майло горько ухмыльнулся. — В ночь, когда за нами пришли, я удрал из дома кружить голову своей горожаночке стихами собственного сочинения. Весьма паршивыми, надо сказать. Мы дошли до поцелуев, мне хотелось большего… Толпа схватила кого-то похожего на меня, беднягу разорвали на части, тем и успокоились. Я… я не пришел смотреть, как жгли моего учителя… Зеленщика с дочерью тоже сожгли — на всякий случай. Какая-то сволочь донесла, что к ним подозрительно часто ходил ученик колдуна, а я ничего не сделал… Потом я вволю порыдал, посыпал голову пеплом и приказал себе забыть. У меня с собой были книги и свитки — я сам их уничтожил, сам! Я прожил глупую, никчемную жизнь, но сейчас я вспомнил каждую страницу. Хватит мне бегать от себя, в моем возрасте это просто смешно.

— Майло, прости, но я не дам тебе пойти с нами. Ты должен учить других. Может, ты последний маг Арринора!

— Я — недоучка, Рикаред! — покачал головой старый маг. — Я знал очень мало. Полвека спустя я кое до чего дошел сам, на ощупь, криво, коряво, но все это жалкие крохи. А знаешь, сколько я успел проучиться к своим шестнадцати? Десять лет! Пять лет уходит на то, что вбить самые простые основы. У тебя есть десять лет или хотя бы пять? Нет? Тогда разговор окончен. Все, что я знал, я записал и отправил принцу, и довольно об этом.

— Теперь, когда снегоголовый мудрец очистил свой дух, может, мы перейдем к менее важным вопросам? Например, как мы будем убивать наших врагов? — невозмутимо протянул эльф.

— Сначала снегоголовый мудрец прибьет нахального эльфа! — фыркнул старик.

— Ладно, хватит вам. Майло, что ты можешь предложить?

— Невидимость, — веско сказал старик. — Я сделаю нас невидимыми.

— Что же ты раньше молчал? — не выдержал Рикаред.

— Не все так просто. Я могу скрыть себя и еще двоих, ну, может, троих. Чары длятся долго, но спадают при первом же резком движении. Так что сидеть придется тихо, поменьше шевелиться и молиться, чтобы чих не напал. И предупреждаю, я их никогда не пробовал! Так что если нам повезет, нас сразу разорвет на куски, и наши души не достанутся на растерзание демонам. Идеи лучше есть? — Маг строго оглядел на собеседников. — Значит, решено.

— Решено, только я с вами пойду. — Из-за стойки высунулась взъерошенная голова.

Сбежал, паршивец! Рикаред мрачно посмотрел на Воронье Перо. Наверняка эльф знал, что мальчишка тут прячется, но молчал. Вот и теперь сидит, улыбается, спокойный, как тотем его племени. Поди пойми этих вечноживущих!

— А ну-ка марш отсюда! — стукнув кулаком по столу, сурово сказал кондотьер. — Дуй туда, куда отправили. Или помочь?

— Я все равно убегу! — Мальчишка торопился, глотал концы слов. Знал, что с Рикареда станется посадить его в мешок и так отправить вслед за отрядом. — Не возьмете с собой, я сам на них пойду! Мне… — Риккен задохнулся от волнения.

И что с ним таким делать? И правда, сунуть в мешок, догнать Рольфа, просить уволочь силой? Так ведь мальчишка снова убежит! И пойдет охотиться на демонов в одиночку. Тогда зачем унижать парня? Ладно, Риккен, проверим твою удачу.

Рикаред тяжело вздохнул.

— Хорошо, пойдешь с нами. Но сначала обещай слушаться меня беспрекословно.

— А ты меня не отошлешь? — совсем по-детски всхлипнул Риккен.

— Обещаешь или нет?

— Да…

— Упрямый осел, старый хрыч, сопливый щенок и бессмертный, которому жить надоело, — подвел итог Майло. — Знали бы демоны, кто придет по их шкуры, небось сами померли бы… от смеха.

— А мы им поможем. — Эльф важно кивнул и начал наносить на лицо боевую раскраску.

В углу тихо всхлипывал абсолютно счастливый Риккен.

Майк Майлз, корреспондент Отдела Пропаганды, предвкушал свой звездный час. Начальство наконец-то выдало разрешение на прямые репортажи с планеты, и он будет первым, кто выйдет в прямой эфир. Его оператор уже настроил камеру, рядом возвышался дуболом-сержант, у которого предстояло брать интервью.

— Начали, — скомандовал корреспондент, отсчитал положенных пять секунд, растянул губы в профессиональной улыбке: — Я веду свой прямой репортаж из лагеря второй дивизии нашего доблестного Десанта, который выполняет важнейшую работу по очистке нашего нового дома от, хе-хе, несознательных вредителей. Рядом со мной — старший сержант Том Рипли. Том, поприветствуйте наших зрителей.

Сержант кое-как кивнул в камеру. Огромный бугай робел как дитя.

— Замечательно. Мой первый вопрос: Том, как вам нравится Новая Земля?

— Хорошая планета. Большая, — заученно улыбнулся дуболом, — только порядка мало. Подкрасить, подстричь, бетоном залить — будет самое то…

— Очень тонко подмечено! Том, говорят, два дня назад наши храбрые десантники разгромили орду дикарей, не желающих сосуществовать с нами в мире и согласии, соблюдать наши Права и Свободы, так ли это?

— Ну, мы им дали хорошего пинка под зад, — выдавил из себя сержант.

— Замечательно, но ведь большинство населения планеты встретило вас с воодушевлением?

Десантник зачем-то покосился на противоположный край лагеря, где его сослуживцы играли в футбол отрезанной женской головой.

— Мы… это… несем им свет наших Прав и Свобод.

— И как, они понимают?

— Ну, во всяком случае, никто не жалуется…

Интервью продолжалось. А чуть в стороне от камеры возились двое десантников из технической службы.

— Ты только посмотри, спутник передает, что внутри периметра четверо неопознанных существ с довольно крупной массой тела, — недоуменно сказал первый.

— Не подтверждаю. — Второй уставился на ручной сканер. — Никого тут нет.

— А со спутника идет сигнал, что есть.

— Да где?

— Прямо тут, перед камерой, — первый техник ткнул пальцем в пустоту. — Может, это у головизионщиков фонит.

— Ты же сам видишь, что никого тут нет! Опять на спутнике неполадки. Что там себе думают эти уроды-фабрикаторы! Сегодня свихнулись сенсоры, а завтра по нам шарахнут с орбиты, как по врагам!

— Не говори… — успел согласиться первый техник. Его коллега не ответил. Он падал на землю, а из его глазницы торчало древко черной стрелы…