Светлана Борисова - Колыбельная для вампиров

— Кошка, не сходи с ума. Наверняка на ней уже есть первичная привязка к Мику. И она слишком старая для феникса.

— Девушка чиста, на ней нет его привязки. Поверь, я провела тщательный осмотр. А поскольку она уникальна как феникс, то стоит рискнуть. Может, она выживет после инициации. Ведь моя Мари выжила. Но я это лишь предложение, а ты поступай, как знаешь, — высказавшись, Багира в человеческом обличье устало прикрыла глаза.

Мужчина задумался и неожиданно рявкнул так, что Лиза подпрыгнула на месте и снова чуть не описалась от страха.

— Ну-ка рассказывай все по порядку! Где и когда ты познакомилась с Михаилом? Учти, посмеешь что-то либо скрывать, пеняй на себя!

Под его пронзительным взглядом Лизу на мгновение скрутила невыносимая боль, и по спине струйками потек ледяной пот. Трясясь мелкой дрожью от пережитого ужаса, она уже через полчаса изложила все, что от нее требовали. Она рассказала в подробностях не только о знакомстве с Михаилом, но и практически обо всех мало-мальски значимых событиях своей коротенькой жизни, включая начало менструации в пятнадцать лет. Мужчина еще немного подержал её под прицелом серых глаз и, убедившись, что она выжата досуха, повернулся к своей безучастной спутнице.

— Думаешь, стоит попробовать? А вдруг, она еще нужна Мику?.. Хотя вряд ли. Разумней всего было бы её ликвидировать, если действительно ей сложно стереть память. Во всяком случае, точно не следует оставлять девчонку без привязки подчинения, — задумчиво произнес он и коротко приказал Лизе: — Подойди.

Перепуганная девушка подошла ближе и он, пребольно схватив её за волосы, неожиданно впился в шею острыми клыками. От острой боли она вскрикнула. Не выдержав всех ужасов, свалившихся на неё этим вечером, Лиза первый раз в своей жизни рухнула в глубокий обморок.

Штейн равнодушно посмотрел на лежащую девушку, и повернулся к Рени:

— Зря Мика оставил ее без привязки, это опасно. Будь девчонка хоть трижды влюблена в него как кошка, она должна быть под контролем. Люди есть люди, и мало ли что случается в жизни. Будь на его месте кто-нибудь другой, не миновать бы ему хорошей головомойки…

— Наплевать! — перебила его Рени. На её лице отразилось нетерпение. — Ну, что? Инициируешь девочку? — спросила она с любопытством.

— Только если объяснишь, зачем тебе это нужно.

— Ты преувеличиваешь мою заинтересованность в этом деле. Просто жалко ребёнка.

— Прости, дорогая, но я не верю в твой альтруизм.

— Ну и зря! Солнце мое, тебя совсем испортила служба. Томас, тебе просто необходимо жениться в ближайшее время, а то твои свидания скоро будут напоминать допросы с пристрастием! — воскликнула Рени и с мягкой укоризной посмотрела на Штейна. Привыкший ко всему Глава СБ не дрогнул.

— Хорошо-хорошо! Я скажу, если ты так настаиваешь. Во-первых, посмотри на нас, ничего не замечаешь? Просто, как в рекламе, добавь человечку вампирские признаки, — Рени хихикнула, заметно оживившись. Болезнь отступила, и она явно почувствовала себя лучше. Штейн бросил на неё испытующий взгляд и, вздернув бровь, иронично произнёс:

— Заботливая жинка решила подобрать себе замену?

Рени рассердилась.

— К чертям! Я ему не нянька и тем более не сводница! Все что в моих силах я сделаю, что смягчить боль расставания, но так далеко я не захожу. Сердце должно быть свободным в своем выборе, — ответила она и быстро опустила голову.

Штейну показалось, что на её глазах выступили слезы. Ругая себя, он дернулся подойти, но Рени остановила его взглядом, её глаза были совершенно сухими и холодными.

— Сиди, где сидишь!.. Извини, Томас, но давай обойдёмся без жалости. Я уже достаточно наелась этого добра, — холодно сказала она и, немного помолчав, как ни в чём не бывало, добавила: — Но мне приятно, что Мика ищет меня в других женщинах, даже если это простые ментальники, а не вампиры. С этой девочкой не знаю, как там дальше сложится, но я даю ей шанс, пусть живет. В общем, ей повезло, что она не вампир, тогда бы я точно в живых ее не оставила. Ну, так что ты надумал?

— Не знаю. Исключительно ради тебя попробую одну девицу уговорить выйти замуж. Если она согласится, тогда покажу ей это чудо менталистики и в ближайшее время мы проведём инициацию, а там уж как повезет. Хотя я слабо верю, что в таком возрасте феникс выживет, — Штейн с сомнением покосился на Лизу, по-прежнему пребывающую без сознания, а затем с тревогой поглядел в осунувшееся лицо Рени. — Дорогая, как ты себя чувствуешь? Отвезти тебя домой? — при виде его озабоченного лица она усмехнулась.

— Домой? Шутишь что ли? — Рени вскочила на ноги и с кошачьей грацией сладко потянулась всем телом. — Не бери в голову, милый, все замечательно! — весело воскликнула она и её черные глаза засветились охотничьим азартом. — Причем настолько, что пойду немного поохочусь, пока настроение не пропало. Пусть твои сразу поставят на вызов ликвидаторов по одному… нет сразу по двум лицензиям с правом на убийство. Гулять, так гулять!

Укрощение строптивой методами СБ. Не приручай тигров, целее будешь!

Прорвавшаяся через секретаршу-цербера Эльза Тероян заглянула в кабинет.

— Вызывали, сэр?

— Садись, дорогая, нам предстоит серьезный разговор.

Девушка без промедления развернулась к двери, и Штейну удалось изловить её только на выходе. Он подвел беглянку к глубокому низкому креслу, из которого было не так-то просто выбраться, и для верности оперся руками на подлокотники.

— Это еще что такое? — раздался его сердитый рык. — Интересно кто это тебе позволил уйти без моего разрешения?

Забравшись глубже в кресло, Эльза с опаской посмотрела в сердитое лицо шефа, но тут же расслабилась.

— Отстань, Томас! Нефиг висеть надо мной, изображая Пизанскую башню, — спокойно заявила она и насмешливо добавила: — Ну-ну! Нечего пилить меня грозным взглядом, а то я не знаю. Когда ты вот так, с ходу заявляешь, «дорогая» и еще добавляешь, что хочешь серьезно со мной поговорить, то это добром не кончается. Вечно какую-нибудь гадость подсунешь, типа последнего избиения младенцев. Но больше я на такое не подпишусь, хоть убей!

Штейн презрительно фыркнул:

— И то верно. Следовало бы тебя прибить на пару кое с кем, да так, чтобы обе подольше мучились. Тогда вы перестали бы действовать мне на нервы.

В руках Эльзы появилась сигарета, и она вопросительно глянула на Штейна. Он неохотно достал зажигалку. Девушка с удовольствием затянулась и, закинув нога на ногу, с вызовом посмотрела на шефа. Усмехнувшись, Штейн сел напротив, причем придвинулся так близко, что касался ног девушки. В изумлении Эльза уставилась на него, и беспокойно заёрзав, попыталась отодвинуться как можно дальше вместе со своим креслом. Увы, оно стояло впритык к стене. Девушке стало не по себе, раньше шеф никогда не фамильярничал с ней ни на службе, ни в свободное от работы время. Пока она лихорадочно соображала, что всё это значит, Штейн придвинулся вплотную. Он сжал её ноги своими коленями не оставляя пространства для маневра и в явной попытке смутить уставился на неё тяжелым взглядом. Но не тут-то было. Девушка вызывающе вздернула подбородок, и ответила дерзким веселым взглядом. Затянувшись сигаретой, она нагло выпустила огромный клуб дыма прямо ему в лицо. Вопреки ожиданиям шеф не разозлился. Вместо этого Штейн криво усмехнулся и, наклонившись вперед, с удовольствием провел по гладкой золотисто-смуглой щеке.