Кэтрин Куртц - Сын епископа. Милость Келсона

— Хорошо, — тихо сказал он, легко дотронувшись до точки между бровями Конала; глаза принца были закрыты. Затем Тирцель вынул из пальцев Конала цепочку и, мягко опустив руку ученика, прижал ее к земле, чтобы та отдохнула. — Теперь расслабься и следи за теми образами, которые я буду тебе показывать. Оставайся пассивным, плыви по течению и наблюдай…

Часом позже ликующий Конал уже не только обрел новое для него умение читать, не используя глаза, но и начал придумывать, как бы он мог применить столь полезное искусство в целях собственной выгоды.

— Эй, так ведь можно открывать запертые двери! — радостно говорил принц, и его глаза сверкали от возбуждения. — А может быть, я даже и рассмотрю кое-что за закрытой дверью…

— Ну, это пока что немножко выше твоих возможностей, мне так кажется, — сказал Тирцель, добродушно посмеиваясь. — Хотя кто знает, как далеко ты сможешь зайти, раз уж начал эту скачку с препятствиями!

Конал лишь ухмыльнулся в ответ и сосредоточился на травинках, торчавших между пальцами его руки, лежавшей на земле. Он внимательно уставился на узкий тонкий листок — и тот медленно шевельнулся, обернулся вокруг себя — и завязался узлом.

А Тирцель, развалившийся на расстеленном рядом плаще и следивший за Коналом добродушным взглядом, закинул руки за голову и с удовольствием представил, как он приведет своего ученика на Совет Камбера, и какой это будет триумф.

Тем временем вторжение армии Халдейна в Меару шло своим чередом.

На рассвете следующего дня, находясь у подножия гор к юго-западу от Ратаркина, Келсон и Морган, весьма условно укрывшись от остальных за своими огромными оседланными конями, стоявшими по обе стороны от них, слушали донесение взволнованного и запыленного разведчика Р’Кассана.

— Я точно знаю, они нас не видели, сир, — говорил разведчик. — Думаю, это один из небольших отрядов, тех, что отделились от авангардной части самой меарской армии. Если мы в течение часа вышлем такую же группу, мы сможем отрезать из и захватить, они и понять не успеют, что случилось.

— Сколько их там? — спросил Морган.

— Джемет насчитал около шестидесяти лошадей, ваша светлость. И еще штук двадцать могли спрятаться в ущелье, там, поблизости, нам туда было не добраться, — но уж точно не больше двадцати. И мы совершенно уверены, это все кавалеристы. Ни один командир, будь он в своем уме, не позволит, чтобы пехота так сильно оторвалась от основной части армии.

— То есть ты убежден, что Ител Меарский пребывает в здравом рассудке, — сухо сказал Келсон, вертя в руках хлыст. — Ну, возможно, ты и прав. Так где они, как ты сказал? Как далеко?

— Часах в двух ходу для верховых, сир. И я… я думаю, сир, хотя, конечно, и не мог бы поклясться в этом… но все-таки мне кажется, что этим отрядом командует сам принц Ител!

С лица короля в одно мгновение исчезли все краски, и лишь глаза вспыхнули яростной жизнью, когда король бросил мгновенный взгляд на Моргана.

— Я слышал, мой принц, — мягко произнес Морган.

Он вопросительно поднял брови, король в ответ едва заметно кивнул, — и Морган жестом приказал разведчику подойти ближе и встать так, чтобы лошади более надежно укрыли его от посторонних взглядов; сам Морган тем временем снимал одну из перчаток.

— Полагаю, нам нужно получше разобраться в том, что ты сказал, — небрежно произнес Морган. — Я, конечно, не сомневаюсь в твоем докладе, но если это действительно Ител, нам бы не хотелось упустить ни одной детали, тут все может иметь значение.

Но прежде чем Морган успел приступить к выполнению своего замысла, в его уме возник новый приказ Келсона, хрустнувший, как тонкая веточка под ногой ранней осенью.

«Подожди-ка, я сам прочитаю это».

— Становись между нами, Киркон, — тут же сказал Морган, ловко разворачивая парня так, чтобы он очутился лицом к Келсону; король уже расстегнул пряжку кольчужной рукавицы, снял ее и засунул за пояс.

Киркон не выказал ни малейшего желания сопротивляться, когда Морган придвинулся к нему сзади и положил обе ладони ему на плечи, а Келсон подошел спереди почти вплотную. Все разведчики отлично знали, что когда докладываешь о чем-то непосредственно королю и его наставнику, они вполне могут захотеть прочитать нужные им воспоминания, чтобы уточнить разные детали, — и большинство разведчиков давно научились не беспокоиться по этому поводу, и уж конечно, не боялись этой процедуры.

Разведчики также были убеждены (и это убеждение сознательно поддерживалось самими Келсоном и Морганом), что если Дерини нужно прочитать чьи-то мысли, они должны коснуться этого человека, приложив обнаженную руку к его лбу или к основанию шеи.

На самом деле для прочтения воспоминаний вполне годились и ладонь, или запястье, или любая другая часть тела, и к тому же Дерини могли читать и сквозь перчатки или любую иную одежду, если это было нужно; но Келсон полагал, что если люди уверятся, будто способность Дерини к чтению их мыслей ограничена, это успокоит их страхи и опасения, они не будут чувствовать себя такими уж беззащитными перед Дерини, с которыми им приходилось постоянно иметь дело.

Поэтому и сейчас, хотя разведчик все же немного занервничал, когда его взгляд встретился со взглядом короля, он тем не менее не дрогнул, когда Келсон кончиками пальцев коснулся его висков.

— Вдохни поглубже, Киркон, — пробормотал король.

Все было сделано еще до того, как разведчику потребовалось сделать второй вдох. Он чуть покачнулся, ощутив слабость в ногах, но тем не менее почувствовал немалое облегчение, когда Келсон убрал руки и убрался из его ума.

— Какие будут приказания, сир? — вежливо спросил Морган, потратив несколько секунд на восстановление душевного равновесия разведчика.

Келсон внезапно развернулся в другую сторону, оперся закрытым кольчугой локтем о седло своей лошади, прижал крепко стиснутый кулак к зубам… Пожалуй, в этот момент лицо Халдейна еще более походило на безжизненную маску, чем до того.

— Ты можешь идти, Киркон. Спасибо, — негромко произнес он. Король не поднимал взгляда и не открывал рта до тех пор, пока разведчик не исчез.

— Мне понадобятся все эти новые копьеносцы Нигеля для нашей маленькой эскапады, Аларик, — сказал он наконец неожиданно мягким тоном. — И тяжелая кавалерия твоего Корвина тоже. Думаю, на этот раз мы его достанем.

— Итела? — уточнил Морган.

— Да! — резким шепотом откликнулся король. С каждым произнесенным им словом его глаза становились все холоднее и холоднее. — Да. Это Ител… и возможно, сам святой Камбер станет нынче орудием возмездия!