Елена Асеева - Сквозь Пекло

— Тише, тише, — встревожено зашептал воевода. — Чего ты кричишь, кого ты вызываешь на бой, горячая голова! Это же не Ерку, не Сатэга, это же Чернобог.

— Эх, Вий, — тяжело задышав, ответил наследник. — Сатэгу, Семаргл и Перун смогли победить только с помощью Бога Сварога… Он был очень силен… я видел это своими глазами.

— Я знаю… знаю, — очень мягко добавил воевода.

Святозар прислонился спиной к стене темницы и почувствовал слабость в теле, да прерывисто задышал. Воевода наверно, увидел, что наследник слабеет, еще раз огрел колдуна хлыстом и зашипел. Маргаст тут же опустился рядом со Святозаром, протянул руки вперед, прямо к наследнику и зашипел-запищал тихо, тихо, да провел по лицу, словно мягкой материей.

— Шепчи, шепчи свои шептания Маргаст, — пропыхтел Вий. — А то если он не превратится в прежнего, я схожу к Чернобогу и поведаю ему, как ты бросил человека, один на один с ощерой, поведаю, как нарушил его повеленье и все мне рассказал.

— Ох… ох…ох, — заохал колдун, и, залебезив, пискнул. — Сейчас, сейчас, ваша мудреность, еще одно шептание, и все пройдет, — и сызнова зашипел шептания.

И точно, лишь дошипел Маргаст шептания, Святозар сразу почувствовал себя бодрее, а с лица, рук, ног и тела, везде, где касались его черные воронки ощера, перестала течь кровь. Наследник ощупал лицо, и к своему удивлению обнаружил на месте не заживающей раны от кнута дасуней, плотный рубец. И хотя Святозара еще немного покачивало, но он поспешно оторвал спину от стены, и, засунув под рубашку руку, нащупал и там, и на руках в тех местах, где разорвалась материя и кожа ощера коснулась ран, плотные рубцы.

— Смотри воевода, раны от кнутов почти закрылись, — радостно сказал наследник и придерживаясь за стену, поднялся. — Осталась небольшая рана на спине и левая рука, а остальное покрылось рубцом, может, стоит ощере меня еще раз обнять.

Вий шагнул к наследнику ближе, поднял его лицо за подбородок, и провел пальцем по рубцу, и, обращаясь к колдуну, спросил:

— Маргаст, как это понимать? Почему у него пропали раны, а появились рубцы.

— Слюна, покрывающая ощеру хорошо лечит, все незаживающие раны, — поспешно отозвался колдун, и провел своим маленьким пальцем по рубцу на щеке наследника. — Но только, когда она выделяется во время боя… когда ощера злиться. — Маргаст замолчал, и чуть тише добавил, — ваша мудреность, Чернобог, наверно хотел, чтобы человек излечился от ран. Потому что я ему рассказывал, как человека мучает боль, когда властитель Пекла, за ним наблюдает… Он повелел мне выпустить ощеру, уже давно… но потом запретил, потому что Пан обжег глаза человека своим посохом. А нонче вызвал меня к себе, передал чашу и повелел выпустить ощеру…

Вий отпустил подбородок наследника, и какое-то время хранил молчание, а после также тихо спросил:

— Зачем ему все это нужно, а Маргаст?

— Наверно хочет, наблюдать все время за человеком, — пропищал колдун. — И при этом не хочет, чтобы человек терял сознание… Он сам мне сказал: «Что ты за колдун… не можешь снять с него боль, не можешь закрыть раны. Стоит мне на него посмотреть, он от боли теряет сознание… А мне совсем не нужно, чтобы он слабел…Он должен быть сильным… сильным, чтобы выполнить то, что нужно мне».

— И не подумаю я, — раздраженно откликнулся Святозар, словно обращаясь к Чернобогу. — И не подумаю выполнять то, что нужно Чернобогу. — Наследник тягостно задышал, и гневно дополнил, — Вий, отдай меня Горыни… Лучше погибнуть от Горыни, чем ощущать на себе заботу Чернобога.

— Угомонись, угомонись, чего ты в самом деле, мальчишечка, — успокоительно заметил Вий и переступил с ноги на ногу. — Надо быть мудрее, мудрее, мальчишечка… Не нужно злить Чернобога, он тебя проверяет… проверяет…, только проверяет. Если бы он хотел, что-то тебе предложить, уже бы предложил, поверь мне… Ты главное не изменяй своей душе, слушай ее наставление, слушай ее… и все будет хорошо, поверь мне.

Вий погладил своей широкой ладонью наследника по волосам, и громко зашипел, а после взяв Святозара за плечо, мягко толкнул в угол темницы, сказав:

— Постой там мальчишечка, дасуни поменяют у тебя покрывала и подушки, а то тут все в слюне ощеры, даже противно стоять, не то, что жить. Да и еще принесут тебе чистую одежу, а то и вещи твои не лучше, чем покрывала.

Когда покрывала поменяли, и наследник переоделся, Вий вышедший из темницы, продолжил шипение на дасуней и Маргаста. Святозар придерживаясь за стену, подошел к накиданным справа подушкам и сев на них, начал взволнованно тереть свой рубец и думать о том, что же надо Чернобогу от него. Вий наверно увидел озабоченное лицо наследника и заметил, обращаясь к нему:

— Ну, хоть одно хорошо, раны теперь не будут тебя изводить. Да, и еще, теперь в твою темницу, никто кроме меня не войдет, ключ будет у меня.

— Вий, — откликнулся Святозар. — Но если Чернобог захочет моей смерти, тебе меня не уберечь.

— Нет, — успокаивающе протянул воевода и переступил с ноги на ногу. — Ему не нужна твоя смерть… И я же тебе сказал, он тебя проверяет… просто проверяет. Наверно Маргаст прав, ему нужно, чтобы ты был здоров и силен.

— Да, да, ваша мудреность, — поддакнул колдун, влезая в разговор. — Чернобог не хочет смерти человека, он нужен ему сильный… Столько сил вложено в этого человека… Столько для него сделал наш властитель Пекла… и все это только ради того, чтобы…

— Замолчи…,- грозно зарычав, прервал рассуждения Маргаста, воевода. — Замолчи… ты это не здесь должен говорить… — досказал Вий, тяжело задышал, и наверно стукнул хлыстом колдуна, потому как тот громко пискнул.

— Воевода, — немного погодя, молвил Святозар. — Убери дасуней, от темницы. Может Джюли удасться излечить мне ногу, и он уйдет… и… и… может и твое тогда беспокойство уляжется.

— Уляжется? — проронил воевода. — Эх, теперь оно не скоро уляжется, — вздыхая, отметил Вий, да тяжело переступил с ноги на ногу, он вновь зашипел и гулко ступая, направился к себе во дворец.

Глава сорок седьмая

— Святозар, — радостно воскликнул Джюли, лишь только смолкли шаги воеводы. — Открывай глаза, Вий ушел и увел с собой дасуней. В камне осталось пробить не больше половины локтя, и пока никого нет. — Джюли оглянулся, и испуганно, добавил, — ах, нет!.. Пан и дасуни идут, и ведут черную душу, чтобы замкнуть ее в темнице. — И Джюли поспешно повернул свою голову к валуну. — О… и дасуни Вия возвращаются.

Святозар заинтересованный словами Джюли по поводу черной души, поднялся со своих подушек и подошел к решетке, да оперся руками об прутья. И тут же прибежали дасуни воеводы, тяжело дыша, они заняли свои посты возле темницы, распустили кнуты и злобно уставились на дасуней Пана.