Отступник. Изгнанник. Воин - Сальваторе Роберт Энтони

Красный блеск в глазах Кедлиндила указывал на то, что он видит Дзирта в инфракрасном спектре. Дров скрестил на груди руки, приняв позу, которая в Подземье обозначала мирные намерения.

– Наконец-то мы встретились с тобой, мой темный собрат, – хрипло прошептал Келлиндил на языке дровов, еле сдерживая гнев и угрожающе прищурившись. С необыкновенной быстротой он обнажил висящий на поясе меч прекрасной работы, клинок которого сверкнул огненной молнией.

Когда изумленный Дзирт понял, что эльф говорит на его языке и что эти слова произнесены недостаточно громко, чтобы взбудоражить лагерь, в его душе родилась надежда. Наземный эльф оказался одинакового с Дзиртом роста и с такими же резкими чертами лица, но его глаза были более узкими, а золотистые волосы-не столь длинными и густыми, как белая грива дрова.

– Я Дзирт До'Урден, – осторожно начал Дзирт.

– Мне нет дела до того, как тебя зовут! – выпалил Келлиндил. – Ты дров. И это все, что мне надо знать! А теперь давай, дров, начинай, и мы узнаем, кто сильнее!

Но сабля Дзирта по-прежнему оставалась в ножнах – он не собирался доставать ее.

– Я не хочу сражаться с тобой.

Голос Дзирта затих, когда он понял, что слова бесполезны против сильной ненависти, которую наземный эльф испытывал к нему.

Дзирт хотел все объяснить этому эльфу, рассказать историю своих злоключений и таким образом заручиться его поддержкой. Если бы кто-то другой, а в особенности наземный эльф, мог узнать о выпавших на его долю испытаниях и согласиться с его решениями, признать, что он всю жизнь поступал правильно, вопреки всем ужасам, тогда бремя вины упало бы с плеч Дзирта. Если бы только ему удалось найти понимание среди тех, кто так же, как и он, ненавидел нравы его темного народа, тогда Дзирт До'Урден смог бы обрести покой.

Однако острие меча эльфа не опустилось ни на дюйм, а гримаса ненависти не исчезла с его красивого лица, которому больше подходила улыбка.

Вряд ли Дзирта примут здесь сейчас или хотя бы в отдаленном будущем.

«Неужели обо мне всегда будут судить превратно?» – подумал он. А может быть, он сам превратно судит об окружающих, приписывая людям и этому эльфу добрые качества, которыми они на самом деле не обладают?

Раздумья над этими двумя тревожащими его вопросами Дзирт отложил на другой раз, потому что терпение Келлиндила истощилось, и эльф пошел на дрова с мечом наизготове.

Дзирт не был удивлен, да и с чего бы ему удивляться? Он отпрыгнул назад, за пределы досягаемости немедленного удара, и призвал на помощь природные магические способности, послав навстречу надвигающемуся эльфу шар непроницаемой темноты.

Будучи не новичком в магии, Келлиндил разгадал хитрость дрова. Он изменил направление движения, вынырнул с задней стороны шара и снова ринулся в атаку.

Однако лиловые глаза исчезли.

– Дров! – закричал Келлиндил, и весь лагерь тут же всполошился. Собака Родди залаяла, и эти возбужденные угрожающие звуки еще долго преследовали уходящего все дальше в горы Дзирта, словно приговаривая его к дальнейшему изгнанию.

Келлиндил прислонился к дереву. Он не терял бдительности, но сомневался в том, что дров по-прежнему находится поблизости. Дзирт и не догадывался, что его слова и последующие действия – бегство вместо боя, заронили крупицу сомнения в душу доброжелательного и непредвзято мыслящего эльфа.

– С рассветом он лишится преимущества, – бодро сказала Дав после нескольких бесплодных часов погони за дровом.

Они спустились в чашеобразную каменистую долину, а след дрова уходил все дальше, к высокому и очень крутому противоположному склону.

Фрет, едва ковылявший от усталости рядом с Дав, не замедлил ответить.

– Преимущества? – застонал он, посмотрел на очередную гору и покачал головой. – Мы все умрем от изнеможения, прежде чем найдем проклятого дрова!

– Если выдохся, то падай и умирай! – огрызнулся Родди. – Мы не позволим вонючему дрову сбежать и на этот раз!

Однако упал почему-то не Фрет, а другой член отряда. Большой камень неожиданно обрушился на отряд, ударив Дарду по плечу с такой силой, что воин не только потерял равновесие, но и кубарем пролетел в воздухе несколько метров.

Даже не вскрикнув, он упал лицом вниз в дорожную пыль.

Дав схватила Фрета в охапку и откатилась к ближайшему валуну, Родди и Габриэль сделали то же самое. Второй камень, а затем и еще несколько с грохотом скатились в долину.

– Камнепад? – спросил ошеломленный дворф, когда оправился от потрясения.

Дав, слишком озабоченная участью Дарды, не взяла на себя труд ответить, хотя ей было известно истинное положение вещей и она знала, что это не камнепад.

– Он жив! – крикнул Габриэль из-за другой скалы, служившей ему прикрытием, в дюжине футов от убежища Дав.

Еще один камень упал в долину и чуть не размозжил голову Дарды.

– Проклятие, – пробормотала Дав. Она выглянула из-за валуна, разглядывая горный склон и более низкие скалы у его подножья. – Ну же, Келлиндил, прошептала она сама себе. – Дай нам немного времени.

Словно в ответ раздался отдаленный звон тетивы, которую эльф снова натянул на свой лук, а потом послышался гневный рев. Дав и Габриэль переглянулись и мрачно усмехнулись.

– Каменные великаны! – воскликнул Родди, узнав низкий скрежещущий тембр завывающего голоса.

Дав присела и замерла, прислонившись к валуну и держа в руке открытый дорожный мешок. В их сторону больше не падали камни, зато громоподобный треск переместился туда, где прятался Келлиндил. Дав кинулась к Дарде и осторожно перевернула его на спину.

– Немного задело, – прошептал Дарда, явно преуменьшая серьезность своего состояния.

– Тебе нельзя разговаривать, – ответила Дав, нащупывая в мешке бутылочку с лекарством.

Однако запас времени, имевшийся у следопыта, истек. Великаны, заметив ее на открытом пространстве, возобновили атаку на нижнем участке склона.

– Возвращайся за камень! – крикнул Габриэль.

Дав просунула руку под плечо раненого воина, чтобы поддержать Дарду, который, то и дело останавливаясь, пополз к валуну.

– Быстрее! Быстрее! – крикнул Фрет, с тревогой наблюдавший за ними, прижавшись спиной к огромному булыжнику.

Внезапно Дав наклонилась над Дардой, прижимая его к земле, и в этот миг еще один камень со свистом пролетел над их головами.

Фрет начал кусать ногти, тут же осознал, что делает, и с отвращением сплюнул.

– Поторопитесь! – снова крикнул он друзьям.

Очередной камень упал чересчур близко от них. Дав и Дарда почти добрались до Фрета, но тут камень приземлился прямо позади их валуна. Фрет, чья спина плотно прижималась к каменной преграде, от толчка полетел вперед и перемахнул через подползающих товарищей, даже не задев их. Дав уложила Дарду за валуном и обернулась, думая, что ей снова придется выбираться из убежища, на этот раз за упавшим дворфом.

Но Фрет уже поднялся на ноги, ворча и ругаясь, больше озабоченный новой дыркой на своем изысканном одеянии, чем любыми телесными повреждениями.

– Сейчас же возвращайся! – закричала Дав.

– Будь они прокляты, эти глупые великаны! – было единственным ответом Фрета, который направился обратно к валуну, гневно сжав кулаки.

Обстрел продолжался; камни падали туда, где укрылись друзья, и выше их месторасположения. Затем, откуда ни возьмись, появился Келлиндил и проскользнул к их валуну вместе с Родди и его собакой.

– Там не меньше дюжины каменных великанов, – объяснил эльф, указывая на гребень, находящийся на полпути к вершине.

– Это дров нас подставил, – проревел Родди, ударяя кулаком по земле.

Келлиндил вовсе не был в этом уверен, однако решил промолчать.

Дзирт стоял на вершине скалы и наблюдал за развитием сражения. Он прошел по нижним тропам за час до того, еще перед рассветом. Устроившие засаду великаны не были помехой для ловкого дрова: в темноте он без всяких затруднений пробрался сквозь их заслоны.