Юлиана Суренова - Книга 7. Дорога в бесконечность

Она, почувствовав на себе взгляд, вскинула голову, заметила бога солнца, потянулась к нему всей своей сущностью, мечтая подбежать, прижаться… Но в последний миг остановилась, в глазах радость смешалась с отчаянием, а надежда со страхом.

Его улыбка стала еще шире, чуть сощуренные на солнце глаза залучились ярче снегов.

- Здравствуй, малыш, - негромко проговорил он.

- Ах! - вскрикнула та. - Ты видишь меня? Действительно видишь?

- Да, - кивнул тот. - А я не должен?

- Не смейся надо мной, Шамаш! - губы поджались в обиде, а взгляд стал несчастный-несчастный, как у беспричинно наказанной собаки. - Ты же знаешь: плащ Нергала…

- Малыш, малыш, - он качнул головой. - Неужели ты до сих пор веришь в эти сказки?

- Это не сказки! - от нервного взмаха ее рук заволновались ветра, закрутились у самого полога снегов, не зная, что делать, куда лететь. - Это… - и тут она, наконец, поверила: - Ты действительно меня видишь! Ты… - она рванулась к нему, вспрыгнула на край повозки, села рядом, так близко, что излучаемое им тепло окутало ее со всех сторон сладкой истомой, а затем, заглянув в огромные, лучистые глаза, утонула в них, словно в черном ночном небе.

- Я, - он смотрел на нее, широко улыбаясь, затем приобняв за плечи, притянул к себе.

- Ох, Шамаш, - всхлипнув, прошептала она, уткнувшись носом ему в плечо, - как же долго я тебя искала, как долго ждала…!

- Я всегда был с тобой рядом, малыш. И всегда буду. Я ведь обещал, что никогда тебя не покину.

- Но ты… Ты ведь знаешь… Ну… Кто я, - она с огромнейшим сожалением чуть отстранилась от него, со страхом ожидая чего-то плохого, когда события последнего времени разучили ее даже надеяться на хорошее.

- Конечно, малыш.

- Нет, Шамаш, не "малыш"! И перестань улыбаться! Я серьезно! Ты знаешь, кто я на самом деле?

- Да, Альматейя.

Девушка вздрогнула. Он впервые назвал ее по имени. И, все же, это было не то имя, которое она ожидала услышать, одновременно боясь и мечтая.

- Айя, - глядя ему прямо в глаза, стараясь не упустить и тени перемен, вкрадчивым голосом проговорила она, - меня зовут…

- Малыш, конечно же, я знаю твое имя. Только какое оно имеет значение, когда главное, что это - ты?

- Да, Шамаш, - кивнула девушка. Ей совсем не хотелось об этом говорить. И она прекрасно понимала, что, если не закончит столь трудный для нее разговор сейчас, то больше уже никогда не вернется к нему. "Нет, нужно довести все до конца, завершив рисунок символа - слова. Иначе все разрушится, рухнет, как дерево без корней", - имя не имеет значение. Главное, что я… - в последний миг комок подкатился ей к горлу, останавливая.

- Повелительница снегов, - придя ей на помощь, закончил за нее бог солнца. Он произнес это так легко, словно речь шла о чем-то обычном, неважном.

- Так ты действительно знаешь! - ее широко раскрытые глаза горели удивлением, сомнением, радостью и облегчением: "Неужели все позади? Наконец-то!" Он кивнул, задумчиво глядя на нее глазами, в которых искрилось яркое полуденное солнце.

- Прости меня, - чуть слышно прошептала Айя, уткнувшись лбом ему в плечо. Она всхлипнула, сдерживая рыдания.

- Ты ни в чем не виновата. Это была не ты. Уже не ты, еще не…

- Нет, - нервно прервала его Айя, - Я! Это я все… - не договорив, она нервно дернулась, прижавшись к богу солнца еще сильнее. - Надо же было придумать такое - пытаться обмануть тебя, судьбу, все мироздание! Лаль прав: я недостойна тебя, и…

- Ну, ну, хватит, перестань! Забудь. И нечего вспоминать о Лале, который, и ты знаешь это лучше меня, только и мечтает о том, чтобы побольнее тебя ранить. Не доставляй же ему радости своими слезами!

- Не буду, - она провела ладонью по лицу, смахивая капельки росы, скатившиеся с век на щеки. - Но ты… - она обратила на него полные отчаянной мольбы глаза, - ты простишь меня за обман?

Несколько мгновений он глядел ей в глаза - с теплотой заботы и задумчивостью грусти, а потом кивнул: -Да, -поняв, что для нее сейчас этот простой ответ нужнее и целебнее всех объяснений и заверений.

- Спасибо! - Айя облегченно вздохнула, спрятав лицо у него на плече. - Шамаш, я изменюсь, стану послушной, такой, какой ты захочешь… - через миг поспешно заговорила она.

- Но я не хочу, чтобы ты менялась! - он осторожно взял ее за подбородок, поднял лицо, заглядывая в глаза. - Я люблю тебя такой, какая ты есть!

- Ты… любишь меня?! - Наконец-то! Ее душа торжествовала, трепеща от счастья, людское сердце, которое еще мгновение назад бешено стучалось в груди, остановилось, замерло, боясь спугнуть свое счастье.

Она так мечтала об этом! И вот ее самая заветная мечта исполнилась. Не во сне, не в городе демонов, а наяву! Ей хотелось в одно и то же мгновение кружить, танцуя над землей дикий танец ветра, и сжаться в комочек крошечным волчонком рядом с Шамашем и замереть, растягивая мгновение на целую вечность. Но и вечность имеет конец. Потому что даже когда время останавливается, мысли не замирают на месте.

- Шамаш… - глядя куда-то в сторону, прошептала Айя и умолкла, прикусив губу.

- Что, малыш?

- Я хотела спросить… Я… - она не знала, какие именно подобрать слова, чтобы выразить свои чувства. - Ты говорил, что не раз изменял мою судьбу. Это что же, выходит, я на самом деле была смертной?

- Часть тебя - да.

- И если бы я умерла… Та моя часть, которая могла…?

- Маленькая караванщица заснула бы вечным сном, оставив Айю одну. Прежнюю Айю.

- Прежнюю… Но ты этого не хотел?

- Не хотел, - спокойно подтвердил он, а потом спросил: - А ты?

- Наверно, тоже… Нет, не наверно - точно! - она и теперь не хотела никаких… резких и значительных перемен. Вот было бы здорово, если бы можно было жить, как прежде… Во всяком случае, какое-то время… Пока… Пока перемены не станут само собой разумеющимися, пока все не произойдет… Как-нибудь само собой…

Это было одной из причин, по которой она сохранила людское тело. Но оно - далеко не все и отнюдь не самое главное.

- Я осталась этой девочкой не только внешне.

- Я вижу. "Эта девочка" - и есть ты.

- Большей частью. Душою, сердцем… Разве что память другая. Чуть полнее. Да еще сила. А так… Это плохо? - подняв голову, она испуганно глянула на своего бога.

- Конечно, нет. И вообще… Помнишь, я говорил тебе: в моих глазах ты всегда будешь той маленькой девочкой, которая встретила меня в снегах пустыни?

- Ну и хорошо… - она сладко потянулась. - Приятно время от времени чувствовать себя малышкой… Шамаш…

- Да?

- Можно еще один вопрос? Я понимаю, что уже надоела тебе…

- Ты не можешь надоесть. Ты в каждый миг - новая, особенная.

- И при этом - такая же, как пять лет назад? - она улыбнулась, таким забавным ей все это показалось. Но уже через мгновение ее лицо стало серьезным, в глаза забрели тени беспокойства. - Курунф заставил меня вспомнить. У драконьего города, ты сказал отцу, когда он спрашивал тебя об опасностях, которые могли мне угрожать, что у меня только один враг. Шамаш, ты имел в виду Лаля?