Феликс Крес - Королева войны

Застигнутый врасплох рыцарь не знал, что ответить. Сидящая на подлокотнике трона женщина, которую он видел впервые в жизни, почти в одной и той же фразе спрашивала его о причинах, по которым он не пошел на войну, и говорила о каких-то подарках. Он не был хорошим оратором, в отличие от предшественника, а Эзена это знала и сознательно сбила его с толку. После короткой паузы, когда он наконец решился ответить, княгине ответ уже не требовался, она разговаривала со следующим гостем. Молчание его благородия К. Д. Р. Васенена заметили все. И все восприняли его одинаково: рыцарь не сумел ответить, почему он не отправился на войну…

— Ваше высочество, — обратилась княгиня к статному мужчине средних лет, которого подробно описала ей Анесса, ибо он был верным, хотя и тайным союзником, — а почему ты не поехал воевать? Или ты тоже ждешь подарка?

Тот ответил ей смелым и даже слегка многозначительным взглядом.

— Не именуй меня высочеством, госпожа, поскольку новокняжеские короны раздали в Дартане столь многим и столь разным людям, что стыдно признаваться в том, что ею обладаешь. Мне всего хватает, госпожа регент, так что подарка я не жду. Но я давно тебя поддерживаю и могу это доказать. Мало того, я хочу служить тебе и дальше, но при одном условии.

Дом А. Б. Д. диктовал свою политику трети родов Дартана. Его благородие Байлей стоил пяти рыцарских званий. Почти никто не знал, что этот человек — тайный приспешник княгини.

— И условие это?..

— Только одно: ты не станешь приказывать мне служить с мечом в руках. Мне безразличны рыцарские традиции, и я не боюсь этого сказать. Меч ни разу не принес мне счастья. Но я коренной дарт, регент, моих отцов породила из этой земли сама Шернь, они ниоткуда сюда не прибыли. Я отдаю тебе все, что у меня есть, ибо не хочу, чтобы на этом троне сидел чужой, а сам я сесть на него не сумею.

Четкие, спокойные слова доходили до всех. Ясно было, что рядом с княгиней-регентом стоят самые знаменитые семейства. Близок был момент, когда человека, который выступит против нее, назовут изменником… Почти никто из всех собравшихся в тронном зале, еще просыпаясь утром, не дал бы и серебряной монеты за будущее этой никому не известной женщины. Но женщина эта сразу же доказала, что она у себя дома, в своем собственном дворце, а другие это лишь подтверждали.

— Ваше высочество, — сказал К. Д. Р. Васанен. — Я все же хотел бы ответить на вопрос, почему я не поехал на войну.

Гордый рыцарь думал и говорил не спеша, но ничего не боялся. Он был готов рявкнуть на весь зал: «Потому что ты узурпаторша!», начав таким образом скандал. Эзена не могла допустить скандалов, подрывающих ее еще не окрепший авторитет.

— Можешь ничего не говорить, господин, я и так знаю. Но я обещала тебе подарок. Земли Ан Селле Моэна и еще… — Она снова заглянула в пергамент, который держала в руке. — Еще Берег Храбрых. Кажется, это за межой? Десятка полтора деревень, какие-то пруды, красивые леса… о, и даже городок с правом торговли! Я купила все это у империи и могу сделать с ним что захочу. А я хочу их тебе подарить, ваше благородие.

Эзена оглянулась на писарей и кивнула. Тотчас же принесли два опечатанных документа. Она взяла их, поднялась с подлокотника, сошла с возвышения, встав перед ошеломленным магнатом, и протянула руку.

— Вот документы на собственность, — сказала она. — Возьми их, ваше благородие, и никогда больше не приходи в мой дом. Никому не нужны рыцари, которые не стоят ни на той, ни на другой стороне. Можно ценить друзей или уважать врагов, с тобой же непонятно что делать. Прошу, господин, вот твои новые земли. Или… — задумчиво добавила она, убирая руку, — или я дам тебе кое-что другое.

В зале царила гробовая тишина.

— Я дам тебе возможность пойти на войну в моем войске. Явишься на коне, в доспехах и со свитой, с собственными припасами и всей отвагой, какую ты носишь в сердце в память о великих предках. Два дара, ваше благородие. Владения, которые у меня здесь и за которыми достаточно протянуть руку… Или кровь, возможно даже смерть на войне, но и моя благосклонность. Простой выбор.

Среди нескольких сотен рыцарей и магнатов трудно было найти человека, который не затаил бы дыхание. Появившаяся ниоткуда королева, державшая в руках документы, похоже, на все имперские владения в Дартане — ибо стол был просто завален свитками, — готова была раздавать их противникам или предлагать взамен свою милость. Такого торга не вел в Дартане еще никто. Но у кого хватало сил, чтобы одарять собственных врагов? Дартанская чистая кровь, порой слегка испорченная, замутненная, все же оставалась чистой кровью. Когда-то рыцарь Эневен прочитал письмо, из которого узнал только, что оно не было написано рукой невольницы. Его благородие К. Д. Р. Васанен мог до сих пор не поддерживать дело, в которое не верил. Но теперь перед ним стояла высокая женщина в королевском платье и говорила: «Бери деньги и уходи или сражайся за меня, и я буду к тебе благосклонна». Прямо и презрительно она предлагала войну или — со всем уважением — перемирие.

У Васанена не было в жилах чуждой крови. Он долго молчал, но на этот раз ему позволили ответить.

— Мне не нужны эти документы, госпожа регент. Ты верно сказала: никому не нужны рыцари, которые не стоят ни на чьей стороне. Так что я встаю на твою сторону — ибо ты показала мне сегодня, что оно того стоит.

В зале поднялся ропот. Княгиня слегка приподняла брови и отступила назад на возвышение. На этот раз она как полагается уселась в большое кресло, положив на колени руки, в которых держала документы, и глядя на собравшихся. Разговоры вскоре стихли, так как видно было, что ее высочество хочет что-то сказать.

— Старые земли Энеи, Речной край, Ванея, Сонейе Ане, Долина Пруда и Кессесе Айе, — перечислила она, мешая дартанские и армектанские названия, данные разным местностям Кирланом. — И много, много других. Все это продано Вечной империей. А этот рыцарь говорит мне, что ничего не хочет! Что, все здесь откажутся принять мои подарки, выбирая взамен мою дружбу? Тогда зачем я их покупала?! — с притворной тревогой воскликнула она. — Может, кому-нибудь все-таки нужны пара десятков деревень в обмен на возможность покинуть этот зал? В самом деле, никому?

Готах смотрел и слушал, то и дело поглядывая на стоявшую рядом Черную Жемчужину. Хайна не сводила с Эзены полного восхищения и обожания взгляда.

Ропот снова стал громче. Ее высочество княгиня шутила над своими рыцарями.

41

Тереза не знала, что вымышленные ею намерения Эневена, о которых она рассказывала командирам легионов, полностью соответствуют действительности. Ахе Ванадейоне все еще не знали о существовании имперской Восточной армии. Эневен шел на Армект тремя походными колоннами, из которых средняя, возглавляемая лично им, имела своей задачей нанести удар по Акалии и уничтожить стоящий там легион.