Елена Лирмант - Огенная Лисица и Чёрный дракон

— Чтобы мне голову свернули?

— Мы прикроем, скажем, что ты опять напилась.

— Но тогда получилось само собой…

— В этом весь и фокус, и сейчас сделай так, чтобы выглядело как в прошлый раз естественно и непроизвольно. Фин согласен?

— А что можно попробовать! Что не сделаешь для друга? — радостно откликнулся наследник Владыки воды.

Я оглянулась, и заметила, что тритоны и нереиды поглядывают на меня в ожидании потехи, видя как мы, стоя друг перед другом с Фином шепотом ругаемся.

— Я не шут, — зашептала рассержено.

— Трусиха! — обиделся Фин, — я для тебя стараюсь. Ты же сама хочешь остаться здесь.

— Хочу, но быть посмешищем не желаю.

— Тогда сама придумай, что-нибудь! Малявка!

— Кто малявка? Опять? Я запретила тебе так себя называть!

— А кто ты после того, как показала свою несостоятельность! Испугалась, что отшлепают по попке, в угол поставят?

— Я не наказания боюсь, — шипела я как змея, — ты посмотри, все смотрят на нас и ждут, что мы опять с тобой поругаемся!

— Дура, в этом-то и дело! Где твоя хваленная воинская хитрость? Противник ожидает от тебя удара в живот, а ты ему в челюсть.

— Ладно. Я вызываю тебя на дуэль!

— Ты? Да, что ты можешь? Ты совсем свихнулась?

— Боишься? Трус!

— К барьеру.

— Эй, вы, что — тритон уже был не рад, что так неосмотрительно напомнил нам с Фином о том давнем проступке.

Я только несколько дней по просьбе отца пробыла в Скрытне, когда появился Фин. Он тогда мне ужасно не понравился, так как обозвал сразу малявкой. И в отместку, я обозвала его моллюском, не зная, что в Скрытне это считается самым страшным оскорблением. Дело кончилось тем, что мы устроили забег по всему замку, так переполошив всех домочадцев, что двое из них три дня лежали с нервами в постели. Сам Владыка долго держался за грудь, у него разболелось сердце. Нас заперли в разных комнатах. Но после этого мы стали друзьями, а Фин стал звать меня «старушкой», на что я милостиво согласилась.

Мы вышли, сопровождаемые тритоном на берег океана. Разошлись на тридцать шагов, драться решили магией. Первым ударил он, волна поднялась из океана и полетела в мою сторону, но на ее пути встали деревья и приняли удар на себя. Водяная плеть поднялась над головой Фина, но я ударила огненной плетью. Все покрылось паром. Вода заливала берег, я взобралась на дерево и оттуда прицельным огнем стала сбрасывать орехи на Фина. Он красиво увиливал от их ударов. Когда вода поднялась ему до пояса, из нее сложилась большая рука, и стала выдергивать мои деревья с корнем. Но я была уже готова к этому, поэтому перепрыгнула на лестницу и встала около вздыбившихся коней. У меня за спиной слышались голоса, это перепуганные гости выбежали посмотреть, что там за шум?

— Что опять случилось? — закричал Уитун.

— Фин, Мэриэллу малявкой обозвал, она его на дуэль вызвала — громко ответил тритон, а потом закричал, — сто к одному — за Мэриэллу.

Народ тут же стал делать ставки. Краем уха я слышала, что домочадцы во главе с Уитуном были на стороне Фина, за меня только тритоны, голос Энлиля не прозвучал. Моя задача была сделать так, чтобы бой выглядел натуральным, и положить наследника на обе лопатки. Уитун обожавший своих сыновей, тут же запрет меня в своей комнате на четыре дня. Это была его любимая цифра. И не подпустит ко мне никого. Но Фин, нашел лазейку, и в первый мой приезд сюда мы с ним спокойно гуляли, пока довольный Владыка Вод, думал, что я размышляю над своим непристойным поведением.

Я стояла на лестнице, Фин на берегу, он махнул рукой и из океана вылетели медузы, но я нырнула между коней, и студенистые существа врезались в толпу смотрящих. Раздался вопль и крики.

— Плетью ее, — закричал Уитун.

— Уже была. Она ее огненной плетью отбила, — прокомментировал тритон.

Следующий удар был мой, и я приготовилась, из сада поползли на берег плети винограда, и пока наследник высматривал меня, обвили его, и упаковали как куколку.

— Ура! — заголосили тритоны!

— Ну, негодница, теперь со мной сразись, я тебе покажу, как моего сына обижать, — взвыл Уитун, ему в голову ударил нектар.

— Отец, не надо! — закричал Фин.

Владыка Вод подошел к коням, выискивая меня среди них. Я выскочила из своего убежища, обежала их, и, прячась, за спинами наблюдателей, сделала полукруг, и встала около другой скульптурной композиции. Он не заметил этого, и ударил водной струей между чугунных торсов этих прекрасных животных. Они полетели вниз, и у одного из них отлетела голова. Все притихли. Владыка удивленно смотрел туда, где только что стояли его любимые морские кони. Мне показалось, что он сразу протрезвел. А я вскочила сзади ему на плечи, и обняла за шею.

— Сдаешься? — крикнула я. Домочадцы дружно ахнули. Одна из нереид от страха потеряла сознание.

— Да я тебя, — зарычал Уитун, и попытался стянуть меня со своих плеч, но я спрыгнула вниз, нырнула между толпы зевак и бросилась бежать в замок. Мой смелый побег с поля боя, привел всех в восторг. Особенно веселились тритоны, которые выиграли пари.

На всякий случай, чтобы не попасть под горячую руку Владыки Вод, я спряталась в комнате Фина. Скоро ко мне пришли все двенадцать сыновей Уитуна. И сказали, что он в ярости, и выгнал их всех с праздника. Энлиль сидит рядом с хозяином Скрытня, и вид у него такой будто он взял в рот живую каракатицу. Поздравив меня с победой, и посмеявшись над моим внешним видом (одежда нереид представляла собой узкие серебристые штаны, и из такого же материала длинное платье с разрезом с двух сторон, от самого бедра, а чтобы мне было легче сражаться, я оторвала оба подола) они торжественно переименовали меня в океаническую змею. А потом мы все вместе направились в тайный грот, прихватив корзины с провизией, кувшины с нектаром и подружек тритонов. Этот вечер был великолепен. Давно я не чувствовала себя такой спокойной и счастливой. Не надо было скрываться, не надо было притворяться. Я была я.

В замок мы вернулись далеко за полночь. Идти по коридорам было опасно, мы не знали каково настроение Владыки Вод, и встречаться с ним не хотели, и Фин предложил влезть в окно, как в давние годы. Моя комната была на втором этаже. Легко забравшись по лепнине, я пошла вдоль стены к своему окну по карнизу. Проходя, мимо одного из освещенных окон застыла от увиденной картины, на пастели лежала обнаженная парочка. На груди Энлиля покоилась голова прелестной нереиды, и что-то тихо рассказывала. Владыка неба смотрел в окно, устремив глаза куда-то вверх, и поглаживал девушку по голове.

— Ты чего застыла? — прошептал снизу Фин, — что-то случилось? Тебе помочь.