Дикарь - Долгий путь в Миртану

Несколько рабочих как раз закрепляли широкий трап, готовя кораблик к погрузке. Фернандо поблизости не наблюдалось, а из здания верфи доносились голоса остальных двух компаньонов и чей-то ещё, заунывный и до боли знакомый.

Лестер и Победитель Драконов вошли в просторное деревянное помещение, пол которого был засыпан утоптанными стружками, обрывками канатов и клочьями пакли. Они увидели там Кантара и Гербрандта, о чём-то отчаянно торговавшихся с купцом Бальтрамом, тайно состоявшем, как было известно Избранному, в Кольце Воды.

— Бальтрам, с кем ты связался! Они же тебя до исподнего разденут и по миру пустят, — вместо приветствия заявил Избранный.

— А, это ты! — отвечал купец. — Видел, как ты несколько раз по рынку пробегал. Хоть бы зашёл к старому другу, поговорили бы…

— К тебе зайди! Опять жаловаться начнёшь… Что эти проходимцы тебе впарить пытаются? Надеюсь, не корону Миртанской империи?

— Нет, я подумывал верфь снять на некоторое время — построить пару грузовых лодок. Но, видно, придётся отложить постройку. Нет у меня таких денег, чтобы этим живоглотам хватило!

— Будет прибедняться, Бальтрам! — вставил Кантар. — Не хватает собственного золота — займи у Лемара. Ты же на своих лодках небось хлеб и вино в Рудную долину возить станешь, а назад руду доставлять подрядишься. Окупишь все расходы за полгода.

— И сколько они хотят? — спросил Лестер.

— Восемь тысяч просят! И это только за аренду. А мне ведь ещё лес закупать, нанимать рабочих…

— Может, сделаете скидочку по старой дружбе? — обратился Избранный к Кантару.

— И сюда он влез! — процедил сквозь зубы Гербрандт. Но на него никто не обратил внимания.

— Может, и сделаем, — хитро сощурившись, ответил Кантар. — Мы, видишь ли, скоро отправляемся на Южные острова — Рю, Лесмор, Жемчужные отмели… Так что верфь нам пока без надобности. Но на полный груз добрых хоринисских товаров у нас тоже не хватает золота. Впрочем, если найдётся желающий проехаться с нами за хорошую плату…

— А что, желающих совсем нет?

— Есть, конечно. Но заплатить столько, сколько нам нужно, никто не соглашается.

— И сколько это? — напустив на себя равнодушный вид, полюбопытствовал Победитель Драконов.

— Тысяч пять, думаю, вполне достаточно, — сказал Кантар.

— Пять?! Да мне всего за пятьсот не так давно предлагали прокатиться на отличном когге, а не на вашей длинноносой лоханке!

— Вот и ехал бы на когге! — буркнул Гербрандт. Но компаньон остановил его нетерпеливым жестом и спросил:

— А ты сколько готов заплатить? И учти, мы предоставим отдельную каюту и не потребуем никакой работы на судне. А гукор у нас крепкий и быстрый, мы на нём уже пробное плавание совершили вдоль побережья.

— Ну… — Избранный прикинул, сколько у него осталось от награды за принесённые из-под земли Весы Аданоса, выданной магами Воды, — скажем, тысячи две, не больше. И ежедневный обед за ваш счёт!

— О боги! — вновь заволновался Гербрандт, однако Кантар опять его осадил.

После этого они долго торговались, но, в конце концов, сошлись на трёх с половиной тысячах и существенной скидке для Бальтрама.

— Отлично! — заявил Кантар, после того, как они с Избранным заключили сделку. — Теперь мы подкупим ещё товаров, загрузим воду, припасы, завершим все дела здесь и дня через два-три можем выходить в море.

— Кстати, капитан у вас кто? — спросил Лестер, окидывая взглядом тонкую мачту небольшого судёнышка.

— Йорген. Он бывший китобой, настоящий морской волк…

— Странно, с нами он идти отказался, — удивился Избранный.

— Так одно дело самому лезть в пасть к слугам Белиара, и совсем другое — совершить далёкую, но выгодную поездку в приятном обществе уважаемых негоциантов! — не моргнув глазом, заявил Кантар.

— Это вы-то уважаемые? — фыркнул Победитель Драконов. — Ладно, мне тоже надо закончить кое-какие дела до отъезда. Поэтому ждите меня через два дня. А чтобы у вас не возникло соблазна смыться по-тихому, золото я вам пока отдавать не стану.

— Эй! А на что же мы товары купим? — возмутился Гербрандт.

— У Лемара займёте, — злорадно ответил вместо Избранного Бальтрам и поспешил за друзьями, уже направившими свои стопы в сторону таверны.

На перекрёстке напротив Кардифова заведения они расстались с Бальтрамом и остановились у причала, глядя на играющее мелкими волнами море и колышущиеся над пирсом мачты рыбачьих лодок. Лёгкий, пахнущий водорослями ветерок ласково ерошил волосы. Усевшиеся на портовый кран чайки, склонив носатые головы набок, прислушивались к ленивой перебранке каких-то мелких торговцев, остановившихся неподалёку.

Так они стояли некоторое время и дружно молчали. Потом Избранный покосился в сторону "Красного фонаря", хмыкнул и проговорил:

— Знаешь, старина Лестер, когда мы сидели за Барьером, немногие находившиеся там женщины казались мне какими-то неземными существами. А здесь!.. — он устало махнул рукой.

— Всё недоступное обычно кажется особенно привлекательным, — хмыкнул Лестер. — Хотя, надо сказать, красавиц баронам поставляли отменных. Да и Ю-Берион не дурак был по этой части. Правда, и мы не промах!

— Ты о чём?

— Ну, встречались мы с Хани иной раз, пока Просвещённый полоскал мозги гуру и стражам Братства.

— Ловко! Слушай, Лестер, никогда тебя об этом не спрашивал… Чем ты занимался до каторги? Я к тому, что о других мне хоть что-то известно, а ты — личность таинственная. Да и в Братстве был на особом счету: простой послушник, а к главе секты входил, как к себе домой, хотя даже Кор Галом иной раз целых полдня приёма дожидался…

Лестер исподлобья взглянул на Избранного, почесал голову, которую он, по приобретённой в Братстве Спящего привычке, продолжал гладко брить, и ответил:

— Вообще-то, я не должен этого рассказывать ради своей и твоей безопасности. Но теперь, наверное, уже всё равно. Видишь ли, раньше я служил королю Робару. Служил преданно и честно, за что и поплатился, на два с лишним года угодив на каторгу…

— Так ты был паладином, уважаемый граф Лестер Бергмар фон Минненталь? — насмешливо поднял брови Избранный.

— Тьфу! Далось же тебе это графское завещание!

— А что? Место как раз освободилось — самозванца Бильгота, говорят, недавно нежить разодрала… Но, извини, я тебя перебил. Как ты стал паладином?

— Я никогда не был паладином. Ни родом, ни рылом не вышел. Моя служба заключалась совсем в ином. Я был одним из тайных королевских слуг.

— Что это значит?

— Тайные слуги при Короне — примерно как Кольцо Воды при магах. Только там всё было без этих ваших театральных обрядов, тайных знаков, аквамариновых перстней и прочей мишуры…