Елена Малиновская - Игры с богами. (Трилогия)

Мужчина разгневанно вскинул голову и попытался отдернуть руку. Ему было необходимо выполнить свой долг любой ценой. Глашатая приказала, чтобы он следил за этой темноволосой чужачкой, не давая той ни малейшей поблажки. Столько – сколько потребуется. Не его вина, что этой незнакомке приходится страдать от жажды и голода. В конечном итоге она сама виновата – хотя бы тем, что навлекла на себя гнев старших гончих.

Внутренний монолог охранника захлебнулся, как только мужчина случайно посмотрел в почти черные глаза девушки, в которых блуждали зеленые искорки недовольства. Чужачка, склонив голову, с интересом наблюдала, как ее противник внезапно сильно побледнел.

– Помоги мне, – прошептала девушка. Она даже не стала прибегать к магии, вовремя вспомнив слова Далиона о том, что в этих местах колдовство бесполезно. Просто позволила зверю на миг выглянуть из ее души.

– Конечно, – запинаясь, отозвался мужчина. Неловко одной рукой отстегнул флягу от пояса и протянул ее имперке.

– Спасибо, – с легкой усмешкой поблагодарила Эвелина. Затем с жадностью припала к столь желанной воде.

Она едва успела утолить жажду, как дверь резко распахнулась. В комнату ворвались несколько мужчин, которые умело оттеснили ее от порога.

– Лови! – кинула флягу недавнему тюремщику девушка. Тот машинально поймал ее, потом с недоумением потряс головой, еще не совсем понимая, что произошло.

Тем временем строй молчаливых охранников разошелся в стороны, пропуская в помещение глашатую Безымянного Бога. Эвелина с любопытством смерила девчушку взглядом. Казалось, что с момента их последней встречи ничего не изменилось. Глашатая все так же была босой и одета в простое черное одеяние, свободными складками падающее до самого пола.

– Подойди ко мне, – приказала она, уставившись прямо на чужачку невидящими бельмами глаз.

Девушка скептически покосилась на ближайшего телохранителя, который, не скрываясь, держал в руках обнаженный острый клинок. Интересно, если она слишком резко пошевелится, не сочтут ли это попыткой покушения? Эвелина уже давно поняла: людям не привыкать убивать. Главное, чтобы их преступления были хоть чуточку оправданны в собственных глазах. И облегчать жизнь тем, кто желал ей смерти, чужачка не собиралась.

– Не бойся, – словно почувствовав сомнения бывшей ученицы императора, мягко произнесла глашатая. – Тебе не причинят вреда. По крайней мере пока.

Эвелина едва сдержала невеселую усмешку после этих слов собеседницы. Но подчинилась. Сделала несколько шагов и встала рядом с глашатой. Чуть поморщилась, когда та с силой вцепилась ей в руку.

– Ты ведь не откажешься составить мне компанию на прогулке перед началом сбора? – мило улыбнулась девчушка. – Пожалуйста.

– Разве у меня есть выбор? – риторически поинтересовалась Эвелина. Ответа, как она и ожидала, не последовало.

Солнечный свет больно ударил по глазам, когда они вышли наружу. За ночь ощутимо подморозило, и сейчас снег миллиардами острых граней хрустел под подошвами ботинок. Тень Далиона в очередной раз поежилась, увидев, как беззаботно идет глашатая босиком по сугробам. Эвелине было холодно даже смотреть на нее.

– Ты не сердишься на меня? – первой начала разговор вестница, небрежно откидывая прядь светлых волос со лба.

– За что? – спросила чужачка.

– Ну как же, – улыбнулась глашатая. – Тебе пришлось достаточно долгое время просидеть в одиночестве – без еды и питья. Тем более, как ты, наверное, уже поняла, в воздухе, напоенном ароматом жажды.

– Нет, не сержусь, – покачала головой Эвелина. – Правда, я не поняла, к чему было это представление. Вы ожидали, что я наброшусь на охранника с кулаками, пытаясь отобрать его флягу?

– И это в том числе, – кивнула ее собеседница. – Просто я не смогла удержаться от любопытства. Видишь ли, ты сейчас прошла испытание, которому подвергаются все желающие стать старшими гончими. Мне стало интересно, сумеет ли ученица Дэмиена справиться с этим заданием.

– Бывшая ученица, – поправила чужачка, поморщившись от слов глашатой. Затем, заинтересовавшись, задала вопрос: – И как? Я справилась?

– Вполне, – рассмеялась девчушка. – Многих на моей памяти приводили в ту комнату. Кто-то, не выдержав, начинал умолять о пощаде. От этих я отказывалась сразу же. Кто-то пытался сразиться с охранником. Тут все зависело от их мастерства и отваги. Те, что побеждали, становились старшими гончими. Те, что проигрывали, получали второй шанс через какое-то время. Если они доживали до повторной милости, конечно. Обычно жизнь младшей гончей – весьма кратковременное явление.

– А еще какие-нибудь пути выхода из ситуации есть? – продолжила расспросы Эвелина.

– Да, конечно, – пожала плечами глашатая. – Ты ведь нашла. Кстати, до тебя таким способом никто не воспользовался. И никто не вышел из комнаты столь быстро.

– Я польщена, – хмыкнула чужачка.

– Жаль, – небрежно обронила девчушка. – Жаль, что ты не гончая. Я бы с радостью предоставила тебе изрядный кусок владений. Думаю, ты вела бы охоту справедливо и достойно. Я еще раз убедилась, что Дэмиен умеет воспитывать своих учеников.

Эвелина промолчала. Она с тоской огляделась по сторонам. Нет, невозможно бежать. Телохранители хоть и отстали, но все же не так сильно, как хотелось бы. Да и куда убежишь без теплой одежды? Меховой плащ остался в том доме, который выделили им для ночлега. Девушка уже изрядно замерзла, будучи слишком легко одетой для такой погоды. И она не понимала, как глашатая может разгуливать босиком при таком морозе.

– Не беспокойся за меня, – без труда прочитала ее мысли девчушка. – Служение Богу наделило меня множеством способностей. И возможность не чувствовать боль или холод – лишь одна из них.

– Но вы не Высочайшая? – на всякий случай поинтересовалась чужачка, решив перепроверить слова Далиона.

– Ты же знаешь, что нет, – терпеливо повторила собеседница. – Я лишь голос и глаза наместника Бога. И его карающее оружие, в случае необходимости.

– Я не понимаю, – глухо призналась Эвелина. – Почему Высочайшего Безымянного Бога нельзя увидеть? К чему такая таинственность?

Глашатая остановилась и повернулась лицом к бывшей ученице императора. Незрячие глаза ее смотрели без всякого выражения прямо перед собой.

– Разве смерть можно увидеть? – с насмешливой улыбкой отозвалась она. – Смерть приходит во множествах обличий, но для каждого умирающего ее лик по-своему прекрасен. Ты должна это знать. Ведь сама была на пороге обители богов уже трижды. Первый раз – когда тебя ласкала Младшая Богиня.