Семен Слепынин - Паломники Бесконечности

Старпом исчез, будто растворился в корабле. Мы не очень уверенно последовали за ним. Сквозь толстые стенки корабля проплыли как сквозь туман и очутились в коридоре, залитом приглушенным светом.

— Ангары с роботами выше этажом, попробуйте взять их, — усмехнулся старпом и, посерьезнев, продолжал: — Рядом с ангарами рубка управления и кают-компания. Но сначала зайдем в сад.

Под гигантским прозрачным куполом расположился сад, ошеломляющий воображение разнообразием растительного мира. Матросы затихли, с недоумением озираясь по сторонам. И было чему удивляться. В саду не дрогнет ни один листик, не шелохнется ни одна травинка. На цветах сидели неподвижные, будто застывшие навечно бабочки и пчелы. Заколдованный сонный мир. Мы прошли чуть дальше и в беседке, на стульях и в креслах, увидели самих пришельцев — таких же неподвижных, будто замерших навек.

— Ушли в свой долгий сон, — словно опасаясь разбудить людей, прошептал старпом и спросил капитана: — Как это они сделали? Заморозили сад и самих себя?

— Не заморозили, — сказал капитан. — Они остановили в саду время — и все биологические процессы замерли.

Однако не все замерло в сонном корабле. Когда мы были в ангаре с роботами, послышались шаги и голоса людей. Мы вышли в коридор и увидели вдруг пришельцев с какими-то трубками. Матросы решили, что это какое-то испепеляющее оружие.

— Они сожгут нас! Спасайся, братва! — завопили они и, бросившись врассыпную, проскочили корпус корабля и улетели в пространство.

— Крысоед, вернись! — приказал старпом. — Ты мне еще нужен.

Крысоед подскочил к старпому и, спрятавшись за его спину, с ужасом поглядывал на пришельцев.

— Ну и трус, — брезгливо скривил губы старпом. — Не трясись, дурак. Убить нас уже невозможно.

Люди прошагали мимо, как будто нас и не было, и зашли в кают-компанию. Мы за ними. Одну из трубок пришельцы водрузили на подставку и погасили свет. Из трубки вырвался яркий сноп света, и на экране замелькали кадры фильма. Сначала мы увидели шар, похожий "а сильно увеличенную каплю воды. Крысоед тупо уставился на голубой шар, медленно вращающийся среди звезд. Но мы-то уже знали, что это наша планета-океан, в которой рассеяны небольшие материки и множество островов. Старпом с живейшим любопытством прислушивался к спору хозяев корабля.

— Не разберу, — хмурился он. — Капитан, о чем они тараторят? Ты хорошо знаешь их язык.

— Кажется, прежде чем погрузиться в сон, эти двое решили проверить и записать свою гипотезу о происхождении жизни в нашей галактике.

На экране наша планета сменилась звездным небом и космическим океаном. Пришельцы переговаривались и, нажимая на клавиши, что-то записывали в памяти своих машин.

— Невероятно! — воскликнул капитан и замолк: уж не вспугнул ли он хозяев?

Но те на возглас капитана не обратили никакого внимания. Для них его просто не было, как не было и нас. Все же капитан заговорил тихо, почти шепотом:

— Вы представляете, о чем они толкуют? Вон тот, коренастый, утверждает, что двуногие разумные существа появились сначала у нас и добились чрезвычайных успехов в науке и технике. Они могли летать в другие галактики, почти по всей Вселенной.

— И где же они сейчас? — с недоверием спросил старпом.

— Погибли. Все планеты были уничтожены, обращены в пыль и обломки в результате галактической катастрофы. Наша галактика и до сих пор остается космически неустойчивой, с какими-то перевернутыми физическими законами. Отсюда ее странности — области с разным течением времени, штормовые моря и вообще весь межзвездный океан.

Капитан замолчал, вглядываясь в мелькающие кадры фильма и напряженно прислушиваясь к тихому говору пришельцев. _ Вот это да! — воскликнул он и снова испуганно посмотрел на хозяев. Но те продолжали беседовать, и капитан зашептал: — Вот это да. По их гипотезе получается, что чудом уцелела только одна планета. И знаете какая? Наша. Но все достижения цивилизации были сметены и погрузились в океаны — в земной и во внезапно возникший межзвездный. От разумных обитателей планеты сохранилась небольшая горстка. Люди одичали и начали свой путь с первых забытых шагов: с трудом добыли огонь, изобрели каменный топор. Боже мой! Ведь до сих пор мы остаемся на низкой ступени развития. По сравнению с пришельцами мы дикари.

— И от наших умных предков так-таки ничего не осталось? — На губах старпома все еще блуждала недоверчивая усмешка.

— Осталось. В том-то и дело, что пришельцам удалось отыскать рассеянные следы. Ведь наши умные предки расселились на многих планетах, от которых после галактического взрыва до сих пор летают в пустоте обломки. И там кое-что осталось. И это пришельцы нашли.

Ошеломленные и притихшие, мы всматривались в пробегающие кадры фильма. Вот среди звезд, красуясь ветвистым хвостом, медленно плывет комета. Их после мирового катаклизма стало особенно много. Почти каждая из них — горсть камней, оставшихся после взрыва планет. Одна из комет привлекла пристальное внимание пришельцев. Они выслали к ней оптический прибор-разведчик, передающий изображение. Мы Увидели на экране, как комета словно наплывает на нас, увеличивается в размерах. И вот мы уже будто в ядре кометы, среди тучи каменистых обломков, трущихся друг о друга. И вдруг вздрогнули: в хаосе обломков и пыли мелькнули дворцы с покореженными куполами, какие-то расплющенные машины и… раздавленный человек.

— Вот она, художник, твоя красота и гармония. — Старпом метнул в меня насмешливый взгляд и захохотал.

— Нет, это твое любимое зрелище. Твое! — раздражаясь, возразил я. — Как же! Праздник мирового зла! Ты… ты дьявол!

— Ну, это еще неизвестно, кто из нас дьявол, — ответил старпом и вдруг замер, осененный какой-то догадкой. — Видел! Кажется, видел. Это ты, художник, откуда-то пришел и разнес в клочья нашу галактику. Ты же… Сатана! Миленький, вспомни!

— Ты совсем рехнулся! — со злостью бросил я.

— Прекратите! — оборвал капитан нашу перебранку.

Но умолкли мы лишь тогда, когда из корабля пришельцев (это видели, конечно, только на экране) выскочил робот, влетел в грохочущую середку кометы и ухватил цепкими лапами какую-то машину. И погиб, сокрушенный и разгромленный многочисленными камнями.

— Так его! — то ли в пику мне, то ли всерьез злорадствовал старпом.

Другим роботам удалось, однако, кое-что спасти. Дальше замелькали кадры, не слишком понятные для нас. Вот видно на экране, как пришельцы в скафандрах выходят из корабля. Они внимательно изучают облака пылевых планет. Но что они могли выискать в пыли?

Тем временем двое пришельцев, отложивших свой долгий сон, поглядывали на экран, оживленно переговаривались, спорили. Капитан напряженно прислушивался. И вот что он узнал: