Кэтрин Куртц - Камбер-еретик

Найфорд лежал в месте слияния Эйрианы и Лендоры, там, где двадцать лет назад Имр Фестил заложил свою злосчастную столицу. Недостроенный дворец и окружавшие его административные здания после падения Фестилов были заброшены. Эту землю заселил совсем другой народ-люди и дерини, составившие со временем единую процветающую нацию. Сюда же переселилась школа Целителя и несколько других деринийских общин, включая и ту, что основала церковь и начальную школу святого Камбера.

Развивалась морская торговля, это было предопределено самой природой-Найфорд имел обширную, отлично защищенную гавань в самом устье Эйрианы. Монахи из Ордена святого Михаила организовали обслуживание судов, нанимаясь в качестве лоцманов на корабли, плывущие на север в Ремут, на запад-в Хланнедд, на восток-в Мурин и в воды их родного моря.

Ловкие деринийские предприниматели возвели процветающий речной порт на руинах предыдущей, куда менее удачной затеи дерини. Менее изобретательные соседи из расы людей чувствовали досаду и зависть, переходящую в слепую ненависть и все более жестокие гонения на дерини со стороны священников и высокопоставленных дворян. Симптомы неприятия дерини были заметны и в Гвинедде, но нигде, кроме Найфорда, оно не было так явно. Рознь между людьми и дерини углублялась, упрочивалась вспышками самодовольства дерини, которые и так куда больше преуспевали в торговых и финансовых операциях. Недовольство людей росло. Поселить столько дерини на таком ограниченном пространстве было большой ошибкой. В тот год выдалось особенно жаркое лето, воздух становился все горячее, духота все нестерпимее, а многие умы бурлили от негодования… Огонь насилия полыхнул от случайной искры.

Найфорд горел весь день и всю ночь, но прежде неистовствующие люди убили всех дерини и их сторонников, которых только смогли отыскать. После того как разграбили все корабельные грузы, суда, принадлежавшие или управляемые дерини, были сожжены прямо на причалах. Лавки дерини были разворованы и разгромлены, а их владельцы убиты.

Забив насмерть и перерезав всех учеников и наставников, люди по камням разнесли школу. После кощунственного убийства братьев и сестер Ордена святого Камбера Найфордийского (большинство из которых даже не были дерини) церковь и школу осквернили и подожгли. Огонь быстро распространялся, охватывая груды убитых, дым пожаров неделю отравлял воздух.

Камбер сидел, опустив глаза. Конфликт тлел, бесчисленные столкновения дворян-людей и дерини продолжались. Почти ежедневно Камбера донимали этой проблемой, и, кажется, он истощил свое влияние на короля в разборах затянувшейся распри. Синилу удавалось поддерживать равновесие и порядок в общении между расами только внешне, но и это было благом. Королевские министры-люди были не так разумны. Камбер вздохнул и снова поднял глаза на короля, и в тот момент вся усталость прожитых лет тяжким бременем легла на его плечи.

— Сир, я, безусловно, не мог спорить с историей, — произнес он мягко. — Эти юные смутьяны играют на руку своим злейшим врагам, но они не понимают этого. Они видят только то, что им нет места среди людей.

— Это не так.

— Я знаю. Но они так думают. Они считают Королевские законы законами людей. Они не видят в них места для дерини.

— Лучше бы, черт побери, они увидели, иначе скоро этого места действительно не станет, а может быть, и драгоценных дерини! Ты же знаешь, я не могу вечно сдерживать остальных дворян, И мои сыновья…

Он смолк и отвернулся от них. После секундной паузы Йорам вопрошающе посмотрел на Камбера-следует ли удалиться-и, получив согласие Камбера, поклонился, прижимая к груди плащ, лежащий на сгибе руки.

— Если я вам больше не нужен, сир, я вас покину. Мне нужно посмотреть, как разместили монахов, которые сопровождали нас из Долбана.

— Нет, Йорам, останься… пожалуйста. По правде говоря, то, что я собираюсь сказать, в большей степени касается тебя, а не Алистера. Кроме того, я знаю, что ты сделаешь так, как я попрошу. А насчет Алистера я не уверен.

Удивленный, Йорам взглянул на Камбера, происходящее казалось мистификацией. Устало потерев глаза, Синил закрыл лицо руками; Камбер заерзал на стуле, пытаясь сообразить: о чем может просить король? Что он может не выполнить. Йорам освободился от плаща и положил его в одну влажную кучу с отцовским. Синил поднял голову и так долго смотрел на распятие, висевшее над алтарем, что Камберу и Йораму стало немного не по себе.

— Сир, что-нибудь случилось? — прошептал наконец Камбер.

Синил слегка покачал головой и успокаивающе коснулся руки Камбера.

— Нет, и не называй меня «сир», старый друг. То, о чем мы должны поговорить, не имеет ничего общего с королями и епископами, — Он обратился к Йораму. — С тех пор как мы с последний раз говорили об этом, прошло почти четырнадцать лет, но пришло время, и я должен прервать свое молчание. Я долго думал об этом и должен признаться, что. у меня накопилось множество горьких мыслей о тебе… и о твоем отце.

На этих словах он умолк и окунулся в какой-то неведомый мир, где боль воспоминаний и разочарований все еще жгла и мучила его, затем снова поднял глаза на Йорама.

— Но это уже в прошлом. Я думал, что понимаю причины его поступков, до этого дня ненавидел эти причины, и я не могу отрицать, что конец был… желанен… для Гвинедда.

Неподвижно сидя на стуле, Камбер почувствовал напряжение сына, когда тот встал ближе к нему. Он почувствовал руку Йорама на плече. Йорам настороженно смотрел на короля.

— Сир, вы знаете, что охранять эту землю и ее короля всегда было нашим желанием, И я надеюсь, вам не нужно говорить о том, что ничего враждебного в наших намерениях не было.

— Я знаю, Йорам. Если бы я поверил в обратное, то ни ты, ни один из тех, кто имеет хоть малейшее отношение к тому, что было в прошлом, не остался бы в живых. Боюсь, что с годами я научился не только сострадать, но и быть безжалостным королем, Никто не может сказать, что мои враги преуспевали в эти годы перемен.

Камбер посмотрел на ноги, зная, что не было смысла называть наиболее коварных, скрытых противников, которых Синилу не удалось подчинить себе, — людей, которые сейчас держали в руках будущее могущества Гвинедда, которые несли ответственность за наследников Синила и готовились в регенты, чтобы властвовать в стране вплоть до совершеннолетия наследника.

Синил вздохнул, и Камбер понял, что он прочел его мысли, хотя король и не пытался вступить в контакт. Он никогда этого не делал.

С помощью Йорама Синил; пошатываясь, поднялся на ноги. Его раздражение готово было вот-вот прорваться. Камбер тоже поднялся. Он знал, что эта тема не станет поводом к ссоре. Король уже все для себя решил.