Анатолий Нейтак - Камень и Ветра 3. Кости сновидений

"Магия – это искусство невозможного".

– Клянусь своей могилой! Адом клянусь и кровью!..

Голос человеческий и живой. Ответ – голосом мёртвым, нечеловеческим. Мысленным.

"Молчи. Слова имеют свою цену".

– Ты… Игла?!

"Верно".

– Но тогда я…

"И это верно. Посмотри вниз".

– Дерьмо осла и слизь лягушки! Как же это… я же… срань!

Голова костяного дракона склонилась набок, а пасть приоткрылась. Получилась неживая ухмылка – неживая, но весьма выразительная.

"А уж я-то как рада, просто слов нет".

Клин покачнулся, словно ноги его подвели. Возможно, так оно и было: без предупреждения оказаться в женском теле и увидеть у своих ног тело, которое раньше видел только в зеркале – это всё-таки не сливу слопать.

– И что теперь со всем этим делать?

"Для начала выбраться отсюда. Я для этого стала великовата, поэтому потрудиться придётся тебе. Дверь кабинета на третьем этаже башни впустит тебя, потому что заклятье, её открывающее, распознаёт только тело и оттенок магии. Все бумаги, все приборы и вообще всё, лежащее на столе, принесёшь сюда. Мне нужно проверить расчёты и заново свести баланс, потому что я не понимаю, в чём заключалась ошибка".

– Лучше скажи, как вообще могло получиться… вот это?

"А ты сам что помнишь?"

– Ритуал. Ну, его начало. Потом помню, как… это трудно описать… вроде усиливающегося опьянения, только никаким опьянением это не было. Наверно, в тот момент моя душа начала отделяться от тела, но и на смерть это было не похоже…

"Разве тебе доводилось быть при смерти?"

– Да. Дважды.

"Ничего себе. Это надо было учесть…"

– Значит, из-за этого всё пошло… вот так?

"Нет. Это нюансы. Опыт близкой смерти мог сделать связи между телом и душой менее прочными, но повлиять на итог? Нет. Что было дальше?"

– Смутные образы. Скольжение… гул… там была какая-то труба, в которую я падал. В падении я как будто становился всё тяжелее и тяжелее. И всё больше. Но движение, несмотря на это, замедлялось. Потом был… ну, как бы скручивающий удар, не знаю, как сказать точнее. А следом – что-то вообще непонятное. Я сейчас даже не могу вспомнить, что. Сплошное пюре из ощущений в голове, ни единого ясного образа. А потом раздался звук вроде гула гигантской басовой струны, и я оказался здесь. В этом теле. То есть твоём.

Дракон наклонил голову в другую сторону и с клацающим звуком сомкнул челюсти.

Недоумение. Безбрежное и бездонное.

"Пюре из ощущений? Странно. Я чувствую себя не особенно уютно, но и никакого "пюре" не наблюдаю. Всё достаточно последовательно. Костяк слушается, чувства работают… вон, даже разговаривать могу… и это притом, что баланс выстраивался не под мою, а под твою душу! Нет, мне нужны мои рабочие записи, однозначно".

– Хорошо, я… – Клин снова покачнулся, – я сейчас. Третий этаж?

"Да".

Подойдя к двери подвала, вольный охотник толкнул её. Потом дёрнул. Потряс, ухватив ручку обеими руками.

– Заперто!

"Вижу. Не иначе как твой приятель постарался, убегая".

– Зуб сбежал?!

"У него были причины. В обличье дракона ты повёл себя довольно буйно".

– Всё равно это не похоже на него.

"Верю. При обычных обстоятельствах он бы тебя не бросил. Но обстоятельства на этот раз оказались весьма необычные".

– И что теперь делать?

"Позови Тума. Он придёт и откроет дверь".

– Почему я?

"Повиновение посмертных слуг завязано на магии крови. Если позову я, Тум может явиться или не явиться. Если позовёшь ты, у него просто не будет выбора".

Клин вздохнул поглубже и крикнул:

– Тум! Открой дверь!

"А вот кричать было не обязательно".

– Приказываю, как умею, – огрызнулся Клин. Склонив голову, он разглядывал мои (вернее, уже свои) руки, шевеля пальцами. Видимо, никак не мог привыкнуть к перемене тела. Лицо у него при этом было очень смешное. Очень. Да уж.

А я…

Если честно, я тоже испытывала серьёзные трудности. И коли на то пошло, мне было куда тяжелее, чем Клину. Для меня изменилось всё: размеры тела, его природа, подвластные силы… даже число конечностей. До сих пор я жила в теле, лишённом хвоста, и теперь не очень представляла, что мне с означенным хвостом делать.

Про крылья я старалась вообще не вспоминать. Благо никуда лететь мне не требовалось.

Но самыми неприятными были сдвиги в магическом плане. Я более не могла называть себя некромантом. Полновесная королевская доля способностей урождённого мага, как выяснилось, напрямую сцеплена с телом. Лишись его, и твой дух останется без привычного арсенала заклятий. Конечно, каналы внешних сил никуда не делись, а изобилие доступной энергии превосходило самые дерзкие ожидания, но этим богатством ещё надо было уметь пользоваться.

А я не умела.

Хотелось бы гордо заявить: это пока, но дайте только срок… увы, бросаться заявлениями такого рода лучше задним числом, когда наметятся первые успехи. А пока в моём распоряжении оставались только низшие способности, вроде прямого волевого контроля над потоками сил, да ещё высшие способности разума: память, мышление, воображение, речь.

Надеюсь, для нового обмена телами этого хватит. А иначе…

По ту сторону двери глухо лязгнул отодвинутый засов. Вот и Тум явился. Клин бросил на меня виноватый, как мне показалось, взгляд и ушёл прочь, не проронив более ни слова. Дверь в подвал осталась открытой, но что толку? Пролезть в этот червячий лаз в драконьем теле я бы не смогла. Не стоило и пытаться. Всё, что мне оставалось – ожидание.

Улёгшись прямо на пол (то, что он твёрд и холоден, мне теперь было абсолютно безразлично), я замерла. Не затаила дыхание, не постаралась смирить сердцебиение, а отдалась именно той неподвижности, которую только и стоит называть мёртвой. Но сознание моё, в отличие от тела, было живым. И, чтобы не так скучно было ждать, я попробовала обратиться к одной редко применяемой способности. По идее, ясновидение с физической оболочкой не связано, а значит, незримо последовать за собственным бывшим телом у меня должно получиться… должно… должно…

Получилось.

Адски странно. Словно на несколько лет назад вернулся. И мир, который когда-то казался большим, потому что ты сам был маленьким, – этот мир снова вырос. Пока об этом не думаешь, всё хорошо. Но стоит подумать (или, ещё того хуже, заговорить) – и сознание начинает кружиться, подавленное нежданными переменами. Движения, пропорции, даже звуки и краски… всё изменилось. И ещё что-то изменилось, что-то глубинное, для чего у тебя просто нет слов.

Наверно, это магия. Что же ещё?

Именно из-за магии ступени лестницы дышат древностью. Фигура Тума, молча движущегося впереди, излучает нечто тёмное, пахнущее не то пылью, не то пеплом, не то обивкой гроба. Вот что значит – "посмертный слуга". Ходячий труп. Кадавр. А воздух источает сдержанную враждебность, хотя стены, верные дети стихии земли, не дают ему разойтись по-настоящему.