Александра Мороз - Ветер Понимания

Так хотелось кричать от боли. Просить у богов помилования, для Таэнили. Если им так нужна чья-то жизнь, Дэра готова была с радостью отдать свою. Омэрис. Теперь Таэнили… Не слишком ли много требований? Почему ее любимые должны умирать? Почему?

— Как думаешь, она справится? — ей было до странности непривычно видеть Кариану такой взволнованной.

— У нее есть шанс, Алиаш, — пожала плечами первая кайорана, хотя тоже почему-то переживала за Дэмианару. Удачное же имя досталось девушке, ничего не скажешь! Искупающая боль, почти под стать ее собственному — Вознаграждение за боль. Они слишком похожи — это, скорее всего, плохо кончится… для девушки.

— Альса! — ворвалась она в кабинет тетки.

— Что случилось? — встревожено откликнулась кайорана, изучая новую внешность своей племянницы.

— Таэнили приказала мне стать ее тхаар'эн, — выдохнула она.

— Не-е-ет! — от ее крика задрожали стены, посыпались стекла в окнах. Потухли вмиг все свечи. Столько отчаяния было в нем. Чье горе может быть больше, чем матери теряющей своего ребенка? Только ребенка, потерявшего мать… — Ты сообщила Совету? — взяла себя в руки через несколько минут глава рода Таннет.

— Нет, — отрицательно мотнула головой Дэра. — Только тебе.

— Хорошо. Совету я сообщу сама. Жаль, что тебя так долго не было в Эйтаре…

— Да, — кивнула она, так и не решаясь сесть. — Я вряд ли смогу помочь в поисках "крысы" в нашем роду.

— Найдем! — решительно заявила она. — Найдем! А ты учи ее, — обреченно выдохнула Альса, состарившаяся за эти минуты сильнее, чем за пару последних веков.

Комок был в горле. Так страшно, отчаянно страшно. Дэре больше не хотелось видеть, как жизнерадостная малышка становится бездушной. Разве так можно? Две жизни! Забрать не только виновного, но и невинную душу. Как она понимала чувства Альсы, ей тоже хотелось выть от отчаяния, скулить от боли, разрывающей сердце. Почти так же болело сердце, когда она пришла в себя и поняла, что матери больше нет. Вновь на осколки разлетелась душа.

— Наконец-то закончили, — улыбнулась Хранящая Сумерек, стирая капельки выступившего на лбу пота. Последняя из кайоран все же выбрала знать, и ей пришлось в очередной раз стать проводником этого знания.

— Молодцы, девочки, — похвалила свой "выводок" старшая из них. Тьма в ее глазах плясала, но это был танец сожаления. К счастью, никто из ее подруг не мог этого видеть.

— Ага, молодцы. Пойдемте отдыхать что ли, — усмехнулась Райта Шайс, огневица23.

Они отправились во Дворец Сил. Хранящие настолько привыкли работать и проводить время вместе, что зачастую проводили и вечера в полном составе. Вот и сегодня, после традиционной осенней инициации, они вместе сидели в гостиной и, наслаждаясь игрой Алианы Юоли, отдыхали после трудов праведных.

— Ты хотела нам что-то сказать, Юдана? — спросила Тиалида у Хранящей Сумерки.

— Да, — невесело усмехнулась провидица. — Вы ведь все понимаете сами. Я скоро сорвусь…

— Нет! — одновременно соврали одиннадцать кайоран.

— Знаете, конечно, — Юдана смеялась. И смех этот был совершенно безумным. — Больше одной чистой сумеряница в Эйтаре не бывает. А сегодня… — ее голос все же оборвался.

— Юдана, — Хранящая от рода Таннет обняла подругу, стараясь забрать ее боль.

— Я давно знала, предчувствовала, — проговорила Хранящая Сумерки. — Уже не обидно… почти. Только страшно… немного.

— Простите! — без стука влетела в гостиную глава рода Таннет.

— Прощаем, Альса. Проходи, я давно ожидала твое появление, — ответила ей Юдана. — Расскажи, что случилось. Мне давно интересно, что может заставить тебя так нарушить этикет.

— Прошу еще раз простить меня! — поклонилась своим властительницам Альса кай Сейрита. — Моя младшая, Таэнили, сегодня просила Дэриссу кай Омэрис, мою племянницу, стать ее тхаар'эн…

— Это точно?! — воскликнула Хранящая Свет.

— К сожалению, да, — кратко ответила кайорана.

— Предательство Эйтара — это серьезно. У тебя есть подозреваемые, Альса?

— Нет, — расписываясь в своей слабости, ответила она.

— Ты не виновата. Мы тоже начнем поиски, обещаю. Но, сама понимаешь, никто, я повторяю, никто не должен знать об этом! — напутствовала ее Тиалида.

— Понимаю, — кивнула Альса.

— Иди уже домой, к дочери, — наставительно посоветовала Юдана. — Так будет лучше.

— Спасибо, — искренне поблагодарила Совет кайорана и покинула гостиную, в которую так бессовестно ворвалась.

Альса медленно брела по осеннему Лесу под тихий шорох-шепот Малахитовых кленов деревьев. Предательница?! Где искать в ее роду предательницу?! Она не знала! И это было страшно. Еще страшнее то, что одна из дочерей Эйтара, дочерей понимания, смогла решиться на то, чтобы предать свое предназначение. Магия, музыка, понимание — это их суть, основа существования. Но, как и у всех рас, у кайоран есть свой долг перед богами, перед миром. Дочерям понимания досталось хранить Магию, как дриадам — природу, а ар-эль — знания. Три расы — служителей, три расы живущих в зачарованных местах. Три расы, которым дано чуточку больше, чем другим, но и спрос с них соответствующий.

Кто мог задумать предать саму Магию? Альса терялась в догадках. Быть голословной обвинительницей ей не хотелось, а не быть… Как не потерять дочь, если все зайдет так далеко? И как назло именно на ее дитя пал слепой рок, который определяет ту, что будет карать, не ведая пощады ни себе, ни предательнице!

А если кто в роду узнает?! Это же пересуды, подозрения, обвинения и интриги. А их итак не много осталось, тех, кто понимает боль. Род Таннет сильно пострадал в войне Последнего Бога, да так за четыре столетия толком в себя и не пришел. Это сейчас в семье Эонел аж четыре кайораны, а после войны было лишь две. Она и Омэрис. Но сестра погибла, оставив вместо себя на этом свете дочь, такую непохожую и одновременно похожую на себя. В других семьях полегче с численностью, но и эти семьи большими назвать нельзя никак. Она шла и думала о том, что надо будет что-то делать со всем этим.

Дэра-Дэра! Как же мало на самом деле она знает о дочери своей сестры. Дэрисса — "Сказка ветра" или "Сказание для ветра". Обычное в общем-то для их семьи имя. Славная была девчушка, пока Омэрис не погибла. А ведь Дэра тогда еще не прошла первой инициации, а значит, должна была умереть вслед за матерью. Это было обычной практикой для кайоран, если мать погибает до первой инициации силы дочери, то гибнут обе. А тут все было не так, но почему?

Альса помнила те дни даже слишком отчетливо, что доставляло душе немало боли. Собственное бессилие, скорбь по сестре и полное непонимание происходящего. Это было самым странным. В том, почему малышка находится в коме, но жива, не могли разобраться даже кайораны рода Кинтан, да и Тарин тоже. Ни Сумерки, ни Смерть не желали прояснять ситуацию. Она тогда круглыми сутками сидела подле кровати малышки и осторожно подпитывала ее силой, на что-то надеясь. Наверное, на чудо. И чудо произошло. Практически через две недели после смерти Омэрис в Эйтар были доставлены ее вещи: оружие, несколько амулетов и парные браслеты-змейки. У кайоран нет могил, поэтому на память о себе большинство из них оставляют либо оружие, либо музыкальный инструмент. После Омэрис осталось оружие, хотя она была прекрасным талантливым бардом.