Александр Зотов - Ещё одна фентезийная игра

— Нечего было купаться в ней.

— Я что виновата, что не смогла снять ее?!

— Ладно, ладно. Итак, вот это, это и это.

Несмотря на то, что Втри не назвала приобретаемые вещи в положенной форме, а только тыкала пальцем в соответствующий пункт, торговка каким-то образом поняла ее, выразив свою благодарность и пожелав им доброго пути. И победы над тираном, повысившим налог на землю и торговлю, что и стало причиной столь высоких цен.

Сразу же после того, как надпись исчезла, купленные предметы оказались на их владельцах, несмотря на то, что они не сделали для этого ни единого движения. К великому сожалению Втри, крайне обрадованной подобным сервисом, деньги исчезли столь же молниеносно, оставив ей всего лишь одну монетку.

Шус-варвар, уставший ждать, пока его меркантильные спутники, в коих не было ни капли огня настоящего воина, покончат с делами, отправился вершить правосудие над ближайшим деревом, в котором уже успел проделать солидную дырку, несмотря на то, что меч не слишком хорошо приспособлен для лесоповала.

— Шус, если ты до сих пор хочешь вершить месть, то тебе туда — окликнула его Втри, показывая пальцем на лестницу, ведущую вниз. Рядом стоял камень с надписью " вход в подземелье".

Шус-варвар несколько раз перевел взгляд с разгневавшего его дерева на мрачное подземелье, от которого так и веяло разнообразными чудовищами, с трудом пересилив себя и нанеся дереву последний удар, отправился в подземелье, сбив стоявшей на его пути чайник с джином.

Подземелье, как и пещера, полностью оправдывала свое название. Его с чистой совестью можно было повесить на стену в рамочке, как эталон: сырые стены, чадящие факелы, полутьма и толпы разнообразных врагов. Последних Шус, идущий впереди, превращал в горы трупов, даже не замедляя шаг. Втри и Кетрин даже успели заскучать. Все, что им оставалось, это считать изрубленных Шусом в мелкие кусочки врагов и болтать об учебе, хотя обстановка, в общем-то, не располагала.

Вскоре они добрались до зала, столь же мрачного, как и коридор, но намного более просторного. В нем, как и в коридоре, находились полчища врагов, сгрудившихся вокруг великана с алебардой, среди которых, вопреки ожиданиям Втри, не было ни одного существа, которое можно было квалифицировать как монстра, исключительно люди, что, в общем-то не могло удивлять, учитывая, что и врагом был злой волшебник.

"Хотя, кто нас, злых волшебников, знает…" — размышляла Втри, пока Шус-варвар с исступлением рубил и колотил по древку алебарды, которым прикрывался несчастный великан, уже поставленный на одно колено, не обращая никакого внимания на окружающие его толпы недобитых врагов.

Втри уже начала подумывать: "а не помочь ли Шусу?", однако тот все же справился в одиночку. Колебания Втри и Кетрин, которые все время так и простояли у входа в зал, были вызваны главным образом тем, что они опасались, что единственное, находящееся в этом зале чудовище, не так давно прыгавшее в кусты при любой тени опасности, зарубит своих союзников и при этом даже не моргнет.

Покончив с врагами, Шус развернулся в сторону своих спутников и, смерив их мрачным взглядом, направился в их сторону, не опуская меч, по которому стекала кровь. Втри невольно отшатнулась, опасаясь, что Шус вконец потерял рассудок и уже не отличает своих от чужих. Кетрин, примерно с такими же мыслями в голове, наоборот подалась вперед, приказав Легу достать стрелу.

— Шус, надеюсь тебя не слишком сильно ударили, ты помнишь что мы — твои…

Договорить Кетрин не успела. Раздался какой-то скрип, донесшийся сверху, заглушивший мерный барабанный бой, который сменил орган, когда они вошли в замок, после чего раздался звук раскручивающейся цепи.

Посмотрев наверх, они увидели, что из дыры в потолке на цепи опускается человек, привязанный за ноги. На его голове находилась корона, которая, вопреки силам тяготения, не желала падать, а с плеч свешивалась мантия. По всем признакам — это был король, а учитывая то, что, как правило, королями не разбрасываются, это был плененный узурпатором ЧестиЛенс. Он прекратил опускаться тогда, когда его голова оказалась на уровне головы Вонана, а мантия своими краями начала вытирать пол. Теперь сухое и длинное тело короля смахивало на сырокопченую колбасу, подвешенную к потолку, чтобы мыши и крысы не могли до нее добраться. Впрочем, последним и потолок не помеха на пути к вожделенной цели.

Втри подошла к королю, чтобы разглядеть его получше. На короле, помимо мантии, был бархатный камзол, украшенный драгоценными камнями, и старомодные штаны пузырем, вроде тех, что носил Сэйлэнар. Его лицо украшали очки без дужек, скрывающие темные глаза на сухом, вытянутом лице, чем-то напоминающим лицо директора технического корпуса, хотя Втри и не была уверена, чем именно.

Втри, которой не давала покоя корона, так и не увидела завязочек, привязывающих ее к голове короля, и уже хотела попробовать ее подергать, но остановила себя, когда уже поднесла руку к короне. Конечно, в ее сердце никогда не обитали особо благоговейные чувства по отношению к разнообразным угнетателям простого люда, а с недавних пор она и вовсе утратила их, но все-таки это был король, которого они пришли спасать.

В то время, пока Втри мучилась размышлениями, над ногами короля появился прямоугольник с надписью, которую никому, кроме Кетрин не оставалось читать.

"Благородные воины, я — Король ЧестиЛинс, благодарен вам за мое спасение. Однако ваша миссия еще не закончена. Злой колдун СейленАр держит моих слуг в верхнем зале, в который ведет дверь справа. Убейте его и спасите кор…"

Дальше Кетрин не стала читать, решив, что там, кроме бесполезных посулов несметных богатств вместе с многочисленными дочками на выданье ничего нет.

— Может, снимем его? — наконец нарушила тишину Втри.

— Зачем, пусть висит, — холодно ответила Кетрин. — В конце концов, если все это ненастоящее, то ему не больно. Ведь его попросту нет.

— А тебе не кажется, что он похож на директора Чистеленса?

— И тебе тоже? Впрочем, и имя его тоже… Может, нам его немного побить?

— Откуда у тебя такие кровожадные мысли?! Я-то думала, что ты — добропорядочная папина дочка, если и покушающая на чью-то жизнь, то только на жизнь призраков, а оказывается, ты втайне ненавидишь директора?

— Тебе бы тоже следовало. В конце концов, ты ведь тоже принадлежишь к магическому корпусу. Что же касается меня, то наверное — это семейная традиция.

— А-а… вот в чем дело.

— Между прочим, я специально подослана в университет, чтобы делать всякие пакости Чистеленсу, — тоном опытного заговорщика сообщил гном, подогнавший своего ездового эльфа к королю.