Надежда Кархалёва - Альдана Четыре новых человека

— Какой же он славный! — Алина почесала Роки за ухом, и зверёныш замурлыкал.

— Они к людям быстро привязываются, хозяев своих обожают. Вот увидите, завтра вас за своих держать будут, — Джейк вздохнул. — Надеюсь, остальные — тоже. Вы привыкнете. Фатона не самый лучший край Альданы, да и семейка наша та ещё, но выжить можно.

— Фатона — это ваша деревня? — уточнил Верников.

— Ага, а наша фамилия — Винсенты, — Джейк глянул на свои наручные часы. — А, ладно, сегодня никуда не пойду, — исподлобья он упёрся глазами в Сашу. — Вы уж простите, что так всё началось.

— Что за работа хоть? — измученно спросила Алина. Не поинтересовалась, а именно спросила, равнодушно, механически. — Чем тут вообще люди занимаются?

— А кто чем, — парень уселся под деревом, прислонившись спиной к стволу. — Да вы не стойте, устраивайтесь поудобнее, поговорим, — одну руку Джейк заложил за всклокоченную голову, второй стал выписывать жесты, сопровождающие его похожую на бурлящий горный поток речь. Студенты устроились рядом. — Есть волшебники. Те, у кого сила мощнее — им всегда найдётся прибыльная работа. Если человеку, не знающему магии, требуется что-нибудь или кого-нибудь заколдовать, снять проклятие, исцелиться от болезни, в общем, попадёт он в ситуацию, где чары очень нужны, то он ступает прямиком к колдуну, расстаётся с частью сбережений, и тот творит необходимое волшебство. Но такие таланты — в основном в Зальване, столице, и городах — центрах земель королевства. А в деревнях, как наша Фатона… Основной доход — зелья да заговоренные предметы, элементарнейшая магия. Вся работа вокруг этого и крутится. Колдуны — понятное дело, а вот простые люди… Добывают то, из чего зелья делаются. Растения там, вещества всякие… Самое опасное — когда надо забрать что-то у дикого зверя: клок шерсти, слюну, коготь, ну и тому подобное. Тех, кто этим занимается, называют собирателями. Мы с Дериком, кстати, представители сей неблагородной профессии. Потом готовые уже зелья отвозят в город и там продают. Некоторым ещё доверяют драконов.

— Зачем? — округлила глаза Алина.

— Больших драконов во дворе держать не получается, но где-то их держать надо! Вот и выделяют какую-нибудь скалу, где драконы себе гнёзда устраивают. Кто-то должен перегонять их в деревню, когда эти монстры требуются хозяевам, и обратно.

— А для чего они нужны-то, драконы? — Волкова подползла поближе к рассказчику.

— Для всего! — продолжил Джейк. — Они и как личный транспорт, и как тягловая сила, и для зелий с них можно много чего взять, самые ценные породы драконов — волшебные — колдуют, и заклинания их — разрушительной силы. У нашей семьи тоже был гигантский дракон, нам пришлось его продать.

— Почему? — поникла Алина.

Винсент хихикнул:

— Наше семейное горе. Джессика. С ней всегда были проблемы. В детстве над сестрицей издевались ровесники, слишком уж много она фантазировала. Предлагала всем сбежать из деревни и пуститься то в путешествие по Альдане в поисках артефактов, которые создавало её воображение, то в экспедицию, спасающую в лесах раненых драконов, то в поход против чудища, упомянутого в какой-нибудь легенде, то ещё что-то. Девчонка сначала пропускала насмешки мимо ушей и упорно пыталась приобщить к своим выдумкам других детей, потом вся ушла в себя, позднее издёвки стали её ранить, Джессика отрастила себе коготки и зубки… но иллюзий насчёт того, что она должна совершить что-нибудь эдакое, выдающееся, не утратила.

Вскоре Джесс стала абсолютно несносной, дралась со сверстниками, хамила старшим. Особенного магического дара у неё не обнаружилось, а заставить её работать на какого-либо волшебника было нереально. С каждым, кто брал её в помощницы, Джессика моментально начинала препираться, заявляя, что раз он тратит свой дар на такую ерунду, как зелья и заговоры, значит он ничтожество и болван. В двенадцать лет сестрица упёрлась, что хочет вступить в отряд Лесных Воительниц. Девушек из отряда учат владеть оружием, приёмам рукопашного боя, кое-какой магии. Если война — девчонки уходят в разведку или ведут партизанскую борьбу, а в мирное время торчат в своём тренировочном лагере, при намёке на малейшую опасность кидаются прочёсывать окрестности Фатоны. В общем, этот отряд охраняет нашу деревню. Мать была против того, чтобы Джессика записывалась в отряд: тренировки и разведки отнимают у его участниц львиную долю времени, девчонкам приходится бросать семью, работу… Только разве сестрица кого послушала? Стала одной из Воительниц. Боевые способности у неё оказались выдающимися: быстрая, ловкая, безжалостная, стойкая. Госпожа Ави, основательница и предводительница отряда, постоянно ставит её в пример другим девчонкам, однако же безобразное поведение Джессике с рук не сходит. Кстати, дисциплина в отряде железная, госпожа Ави просто зверь, все удивляются, как она свою любимицу Винсент за непокорный нрав ещё не прибила.

— Ну а дракон-то тут причём? — спросил Верников.

— Притом, что ненаглядная Джесс на тренировках проводит не целые сутки. За время, пока она возвращается из лагеря домой, наша образцовая Воительница успевает совершить нечто такое, после чего нам приходится возмещать кому-нибудь немаленький ущерб. Обычно она по старой привычке ввязывается в драки, которые заканчиваются погромом таверны, сломанными челюстями, ножевыми ранениями и размозженными головами. И нашего дракона мы продали, чтобы оплатить лечение очередного несчастного, попавшего под руку сестрице.

— С ума сойти… — чуть слышно прошептала Дашка. У неё, и у Алины, и у Саши отдавалась в сознании фраза Теоны: «На самом деле Джесс хорошая».

Джейк истолковал этот шёпот по-своему:

— Вас она не тронет. Вы станете нам как родственники, а на родственников Джессика с кулаками не бросается, только дерзит. Разве что… — парень не закончил, смолк.

— Что? — крикнула Дашка, для которой пытки оборванными на полуслове фразами были весьма болезненными.

Винсент явно пожалел о том, что сболтнул лишнее, но принялся мямлить, еле отдирая язык от нёба:

— Джесс… Несколько раз она до полусмерти избила Теону.

Каждый ощутил, как от горла в сердце стекает что-то липкое, затвердевает и не даёт ему сокращаться. Неужели, да как на эту небесную девушку можно хотя бы повысить голос?!

— Мы так и не выпытали, из-за чего это произошло. Теона не держала зла на сестру, не считала, что дело требует чьего-то вмешательства, поэтому и не посвятила в это никого. Джессика лишь твердила, что её отношения с Теоной нас не касаются, сколько мама её не трясла. А обычно наша рыжая бестия горячо распаляется по поводу того, почему её вывел из себя тот или иной человек. И Солнышко мы не понимаем — она любит Джессику без памяти. Любит, да так трогательно, так нежно, так переживает за неё, так грустит, когда сестрица попадает в неприятности по дури своей… Пожалуйста, ничего больше про это не спрашивайте, — Джейк сцепил пальцы. — Ни у кого. Никогда.