Владимир Аренев - Под небом голубым

Дер-Рокта переплел пальцы в замок и осторожно уложил их на колено.

— Неужели не понимаете? Лишь построивший обладает правом и способностью разрушить, — гость развел руками: — Как видите, все очень просто.

— Так ли, — усомнился человек. Этот словесный футбол начал его утомлять, но приходилось играть дальше; отказываться нельзя.

«/В конце концов, ты же хочешь вернуться. В чем вообще твоя проблема? В том, что тебе предлагают нечто, к чему ты стремился, и при этом взамен требуется выполнить небольшую работенку, — по сути, то, чего ты тоже желал. Какие вопросы? — соглашайся/».

— Допустим, я дам свое согласие. Как?

— «Как»? — переспросил Дер-Рокта.

— Как мне его уничтожить?

Гость заинтересованно посмотрел на человека:

— А вы не знаете?

— Нет.

Длинные пальцы ощупали гладкий лоб.

— Представьте, я тоже. Но кому, как не вам… Вы должны знать, — с нажимом произнес Дер-Рокта. — И вы наверняка знаете. Просто не призна„тесь в этом самому себе.

— С чего вы взяли?

— Кому, как не Строителю, знать слабые точки города?

— Я не Строитель…

— Вот что, — гость поднялся со стула и рассеянно оглядел комнатку, словно впервые заметил то место, в котором очутился, — вот что. Я дам вам времени до завтра. Подумайте. Осознайте. Завтра я приду, и мы продолжим. Всего хорошего.

Дер-Рокта кивнул человеку и вышел через дверь — отнюдь не растаял в клубах дыма, как этого подсознательно ожидал хозяин. Шаги некоторое время порождали гулкое эхо, потом отдалились настолько, что уже ничего не было слышно.

Человек покосился на свечу («Нет, не исчезла») и отправился за съестными запасами. Когда он повернулся к стульям, тот, на котором сидел гость, пропал. Школьный же трудяга сиротливо стоял у стены, словно недоумевая: забытые боги, как я здесь оказался?!

Оплывала свеча.

8. Припасы на «черный день» человек хранил в обломках труб, на которых стояли мертвые женские головы. Таким образом они, запасы, не занимали много места; к тому же по старой привычке человек опасался возможного появления мышей или, скажем, тараканов, хотя и знал, что таковые вряд ли появятся здесь в обозримом будущем. Но самое парадоксальное заключалось в том, что пользовался он этими запасами всего десять-пятнадцать раз, а приносил плоды почти после каждого посещения сада. Правда, с недавних пор

— когда трубы оказались забиты под завязку — человек решил отказаться от дальнейшего превращения комнатки в продовольственный склад. Хотя плоды и не гнили, но смесь их запахов (а здесь, наверное, было собрано несколько десятков разновидностей «даров сада») представляла собой нечто невообразимое и мало привлекательное. Такое, наверное, получилось бы, смешайся запахи лимона, копченой рыбы и конфет — по отдельности аппетитно, а вместе…

Он извлек из трубы несколько сморщенных, как голова мумифицированного ребенка, желтоватых плодов, надкусил один и стал задумчиво жевать, разглядывая свечку и деревянный стул.

Свечка догорала. Стул недоумевал.

9. Внезапно начали дрожать руки. Сперва человек даже не понял, что происходит — просто оказалось, что он не может в очередной раз откусить плод: тот ткнулся в подбородок, потом в правую щеку. Человек растерянно взглянул на собственные руки и только сейчас заметил, как те трясутся. Отложил недоеденный плод и обхватил руками плечи — думал, так получится унять дрожь. Но стало еще хуже: затряслось все тело.

«Наверное, перенервничал. Нужно бы успокоиться».

Опустился на стул, но сидеть было неудобно, и человек начал мерять комнатку шагами. Пламя свечи зачарованно следило за его движениями и поворачивало вслед ясную головку с панковской прической.

«Кто же он такой? Откуда взялся? И… — стулья. Да, вот оно, главное — стулья!

/Ну, на самом-то деле ты знаешь ответ. Он — Дер-Рокта. Тот, кто способен вернуть тебя домой. Так же, как эти стулья: выдернуть откуда-то и переместить куда-то. Заманчивая перспективка, а?/ Весьма.

Но контракты с такими… созданиями обычно не несут в себе ничего хорошего. И заканчиваются плачевно для противной стороны. В данном случае

— для меня.

/Тогда оставайся и умри здесь, стань…/ Нет!!! Нет.

/Значит — соглашайся/».

Внезапно комнатка, доселе казавшаяся ему единственным более-менее уютным уголком в этом городе, стала чужой и угрожающей. Человек подхватил все еще прохладную куртку и быстрым шагом вышел наружу, чтобы пройти канализационными коридорами и выбраться в бассейне фонтана.

Здесь он присел на прохладный белый бортик и посмотрел на ночь; ночь сегодня была пустой, как разграбленная могила.

Дрожь понемногу унималась.

Человек провел вялыми пальцами по лбу, вытер вязкий пот и поднял глаза к небу. Ни звезды. И луны нет. Город освещали только тела кучек-многоглазок, да и то слабо. Обитатели закрыли свои многочисленные очи и пульсировали сейчас медленнее и плавнее; и кажется, совсем не перемещались из дома в дом. Кроме одного — этот Обитатель хоть не менял своего положения и старался пульсировать спокойнее, — глаз не закрывал, только прищуривал.

«Следишь? Следи».

Куртка почти высохла, поэтому человек надел ее на себя и застегнул на все пуговицы — холодало. Странная, искуственная ночь, лишенная звезд и луны, напоминала давнюю, сейчас уже почти забытую жизнь; в той жизни у него часто бывали подобные ночи: с черным пластмассовым небом и неоновым светом.

«Одно плохо — я не знаю своей роли. А значит…» Он врал. Он знал. Но думать об этом не хотелось, и человек стал вспоминать тот день, когда впервые очутился здесь, у фонтана.

ЧЕЛОВЕК. ВОСПОМИНАНИЯ.

10. …отыскать подсказку — пожалуйста. А вот жить в библиотеке, как позже выяснилось, все же было нельзя.

Человек, кстати, так и не понял почему. Но, если задуматься, на многие ли из своих «почему» он получил ответ?

Просто — нельзя. О чем сообщило то же самое чувство, которое привело его в библиотеку в первый раз. Оно подхватило и повлекло к далекому выходу, почти взашей вытолкало в двери и заставило бегом мчаться… куда-то.

«Что происходит?» Потом посмотрел на небо и догадался.

Светало. И значит, скоро должны были прийти новые Обитатели.

«Не факт. Может быть…

/Что «может быть»? Не выдумывай. Лучше поторопись. Ты ведь не знаешь, как они отнесутся к твоему присутствию/» Но где, забытые боги, где ему прятаться?! Все это время человек спал прямо на улицах и в переулках, город около недели был пуст, и только теперь…

«А может, сюда снова вернуться лю…

/Нет. На это тебе не стоит надеяться. Слишком просто…/» И все-таки догадка зачаровала человека, он резко остановился и стал прислушиваться к окружающим его звукам.