Эльдар Сафин - Кровавые сны владык

Проезжая через лагерь, Айра чуть ли не впервые оценивала его истинные размеры и поражалась, насколько он велик.

Когда-то она считала, что Орда — это куча кровожадных кочевников, варваров и орков, но после добровольной жертвы ее уверенность поколебали происходившие с ней события и люди, с которыми она общалась.

Теперь же Айра видела, что даже малая часть Орды, остановившаяся ненадолго на одном месте, превращается в настоящий город, в котором есть все, что угодно — от цирюльников до оружейников, от продажных женщин до лавок с едой и аракой.

В громадной черной юрте ее ждали, сидя на подушках, скрестив ноги, шестеро пожилых кочевников в теплых халатах.

Айра вошла внутрь и сразу же попала под пронизывающие, острые взгляды. Захотелось спрятаться, но она только гордо вскинула голову — ничего, и не с такими имела дело.

— Правда ли, что хан Дайрут взял тебя как жену? — грубо поинтересовался полный старик с крючковатым носом и длинной желтовато-седой бородкой.

— Правда, — ответила Айра и смело посмотрела ему в глаза.

— Правда ли, что до этого ни один из мужчин не брал тебя? — поинтересовался другой старик, ехидно усмехаясь.

— Правда, — твердо сказала бывшая королева Дораса.

— Правда ли, что ты чувствуешь внутри себя жизнь? — спросил третий, самый молодой из присутствующих, на вид ему было не больше сорока, и выглядел он не так мерзко, как остальные.

— Правда.

Дальше вопросы посыпались один за другим — Айра отвечала, не задумываясь, а когда не могла сообразить, как вывернуться в данном случае, ей тут же подсказывал Голос.

Мгновение сменяло мгновение, девушка вспотела, у нее пересохло в горле, и если бы не поддерживающие ее наручи, она обязательно упала в обморок от духоты и душевного напряжения. Посланцы урултая относились к ней, как к куску мяса, который надо осмотреть со всех сторон и решить — брать ли его на суп или же сделать из него плов.

А может быть — кинуть псам или вообще сжечь, чтобы не плодить болезни.

Наконец допрос подошел к концу — старики довольно кивали, перекидываясь тихими фразами, смысл которых она не могла уловить.

— Ты поедешь с нами, — заявил тот, что говорил первым.

— Я останусь здесь, — ответила Айра и вызвала этим ошеломление у посланцев урултая — их физиономии вытянулись, глаза блеснули.

— Ты строптивая девчонка, — прошипел первый. — Тебя никто не спрашивает!

«Хан Дайрут приказал мне слушать его верных друзей — Ритана, Коренмая и Имура, и не верить никому другому», — подсказал Голос.

— Хан Дайрут приказал мне быть с его верными друзьями — Ританом, Коренмаем и Имуром, — повторила Айра. — И опасаться всех остальных, потому что я должна выносить и родить его сына в безопасности.

Старики несколько мгновений сидели молча, затем начали быстро и тихо переговариваться. Один из них, самый молодой, небрежно махнул Айре — мол, иди прочь, и она, не прощаясь и не кланяясь, развернулась и вышла.

«Надо было проявить уважение, — Голос казался недовольным. — Если ты затеешь ссориться с урултаем, Ритан с друзьями не встанут на твою сторону. Уважение к старикам в степи прививают в них с раннего детства, особенно к таким старикам, знатным и мудрым».

«Если мне станет совсем плохо, я сбегу в Дорас, где меня любят и ждут, — ответила Айра. — Мне не нравится здесь. Когда ты говорил, что нужно что-то сделать ради Дораса, я делала, а теперь, когда ты говоришь, что нужно что-то делать ради всего мира, мне это не интересно».

«Если весь мир погибнет, Дорас не останется в стороне».

Как только Айра вышла из юрты, внутрь тут же скользнули Ритан и Коренмай. Имур пошел рядом с девушкой, на ходу отдавая приказы нукерам.

— Они могут забрать меня против моей воли? — спросила Айра кочевника.

— Ты — женщина, и твоя воля ничего не значит для стариков, — ответил Имур. — Когда мой отец умер, оставив после себя двух жен и семерых детей, наш род отдал нас всех старому козлу, который издевался над новыми женами и надругался над моей старшей сестрой, а нас заставлял работать с утра до ночи. И мы ничего не могли сделать, потому что так решили старейшины.

— Ты сбежал оттуда? — спросила Айра.

— Мне было двенадцать, — кочевник усмехнулся. — Хан Разужа как раз тогда заставил варваров подчиниться ему, и намечалась большая война против людоедов. Я убил Казая — так звали отчима — и оказался в тумене Вадыя, где не было никого из моего рода. К этому времени мой старший брат вырос и смог убедить всех, что он может прокормить двух женщин и их детей.

Из этого рассказа Айра поняла, что ее мнение, как и мнение соратников хана, ничего не значит для урултая — стариков можно запугать, можно купить, но для этого надо быть настоящей силой, какой был хан Разужа и какой показал себя хан Дайрут.

Весь день Айра провела в шатре — ее умыли, переодели, волосы расчесали и уложили, на нее нацепили множество украшений и тяжелые одежды, в которых даже сидеть было неудобно, а ходить и подавно.

Служанки по ее просьбе рассказывали ей историю Дайрута — как он появился в тумене Вадыя, как прослыл героем, возглавил Рыжих Псов, затем убил темника, встав на его место, а потом поссорился с ханом Разужей и оказался более удачливым, чем его отец.

— Вы правда считали его красивым? — спросила Айра, которую в их рассказе больше всего удивило именно это.

— Красота мужчины в его удаче, — ответила черноглазая и шустрая Расуль. — К тому же Дайрут никогда не издевался над нами, не хватал за грудь и зад, не напивался. Нас подарили ему вместе с сотней других слуг и служанок, и ему никогда не было дела до того, чем мы занимаемся, если у него все как надо.

— Он был лучшим хозяином, какого только можно представить, — согласилась более степенная Алгаш. — Им все восхищались, его любили и ненавидели, и на нас смотрели не как на служанок какого-нибудь родовитого человека, а как на тех, кто помогает любимцу богов. Жалко, что он умер, и хорошо, что он успел заронить в вас свое семя. Может быть, его сын станет еще более славным и удачливым.

Расуль на мгновение задумалась, а потом сказала:

— А если родится девочка…

Тут же Алгаш ударила ее по губам.

— Родится сын, — сказала она жестко. — Иначе урултай подарит нас всех более удачливым военачальникам.

Айра вспомнила о том, что Ритан вывез нескольких беременных девушек в безопасное место — он не собирался рассчитывать на случай.

Вечером к ней пришли все трое бывших друзей Дайрута.

И первым заговорил Коренмай, к чьему изуродованному лицу Айра постепенно привыкала и теперь уже воспринимала его как неглупого и осторожного военачальника, а не как монстра, который еще и разумен.