Сергей Чичин - Гнев генерала Панка

— Не гунди. Гномы, значит, дюже жадные?

— Спрашиваешь. Однажды стибрил у гнома пузырёк какой-то, так гном со стражей за мной двое суток гонялся, поесть некогда было, молчу уж — поспать или там, пардон, нужду справить… Я в горы от греха, так и гном за мной, да так резво прыгал по валунищам — меня завидки взяли. Пузырёк-то был так себе, на полглоточка, к тому же пустой, кажется… а гном не унимался — золотые горы за него сулил, а не то на палю [2] за злодеяния… Отстал, только когда я тот пузырёк в сердцах о камни хлопнул. И то небось не отстал бы, да помер вдруг, не иначе как от жадности, и недосуг ему стало.

— А с какой тогда радости гномы каждому гоблину полную справу закупают? Даже если броня дешёвая, меч сырого железа, а конь — кляча заморенная, это ж тоже денег стоит! Хотя, конечно, гномы горазды добывать всякое разное оптом по бросовым ценам, я всегда говорил, что для победы нужен гоблин-генерал и гном-каптенармус, а прочее приложится, но не вижу, как даже гном уложится менее чем в полста золотых на одно рыло нашего брата, а уж рыл оных, поверь, в Хундертауэре было видимо-невидимо!

— Ну, а ежели вышибать иным путем, к примеру, твоим любимым, в атаку стальными рядами, — дешевле, что ли, обошлось бы? Да кабы поднялась буча, думаю, хундертауэрский главный — как бишь его? лорд? — связался бы как-нибудь и с самой Маркой, а уж её смести — ни золота у гномов, ни мечей в Дримланде не наберётся.

— Да зачем гоблинов вообще вышибать? Чтоб посуду не били? Так ведь всё одно бьём, только теперь уже по всему миру.

Чумп насупился.

— Я тебе, анарал, не гном — их поступки изъяснять. Мало ли, какая кому вожжа под хвост. Может, воздух в сих краях очень для гномского здоровья пользительный.

— Гномы Хундертауэр подмяли под седалище своего Гулга. Кто-то, на эльфа похожий, — ага, ага, теперь дошло? — булаву Гого отыскал, едва не заполучил… Что-то ещё с ней твои кобольды сотворят?.. Дальше что? Цитадель?

Чумп явно был озадачен.

— Это вряд ли, анарал, а вот… Драугбурз?

И впрямь, есть ещё этот форпост гоблинов далеко за Железными Горами, в самом сердце Земли Вечного Холода. Хоть он и давно необитаем, но хранит немало страшных тайн, за овладение которыми дорого бы дали эльфы и гномы…

Генерал решительно пришпорил коня, и Чумп не отстал.

Уже зажглись в почерневшем небе бледные северные звезды, когда гоблины добрались до своей цели. Собственно, не совсем до цели: у дороги высился не постоялый двор, а крепко срубленная крепость-острог, по сравнению с Хундертауэром игрушечная, но генерал оценил высоту стен, морёный дуб, из которого они были сложены, многочисленные бойницы, лес, вырубленный на добрую сотню шагов во все стороны от стен. С малой дружиной тут можно оборону держать, пока провиант не кончится, и не возьмет никто — а впрочем, кому надо?

— Там, небось, и заночевать можно, — заявил генерал с облегчением. — Пошевеливайся!

— А-а… Мало тебе в Хундертауэре навешали, анарал?

— Мало не мало, а отказать в гостеприимстве не могут!

В этом он был прав, но Чумп уже обдумывал, как бы самому, не очень нервируя хозяев укрепления, отказаться от их гостеприимства. Его намётанный глаз высмотрел бойницах что-то сероватое, скруглённое, до боли смахивавшее на железные шлемы, а также нечто злое и острое. Панк, наблюдательный как дохлая муха, щурился на эмблему, приколоченную к окованным железом воротам острога. Вроде эмблема была на ромбической основе, что значит — не гоблинская, но и не гномья никаким концом, а там — кто его знает.

— И-йех, анарал, влипнем мы с тобой сейчас, как гзурины в Волшебном Лесу, — сумрачно предсказал Чумп, хлопнул но топору, но тут же спохватился и спешно отдёрнул руку. — Как пить дать, истыкают стрелами, коли хоть что не так отчубучим. А за мной это водится, да и ты, как я погляжу, малый не без вывертов.

Генерал не внял предупреждению.

— А ведь онтская эмблема-то, пожалуй, — отозвался он рассеянно. — Был паренёк при моём штабе, когда на Страну Храмов, что ли, поход затевали, да не дошли, стало быть, по причине несносных погодных кондиций. Айсом звали. Здоровая была репа, в таких латах, что клевцом и то едва ли вскроешь. Так вот герб у него был похожий, только вот змей — у Айса он, точно помню, без крыльев был…

— Это дракон, — вяло пояснил Чумп, глянув на герб.

— Хрен тебе в сумку, сухопутный. Видал дракона хоть раз?

— Видал. Всё равно. Это стилизованный дракон.

— Какой-какой? Ври, да не завирайся! Не бывает таких драконов. Змея с крылами, и всё тут. А еще у Айса чашка была на гербе, я как раз хотел себе такую для эля добыть, всё просил щит — срисовать её, проклятую. Да он чего-то заартачился, фамильную честь помянул, до дуэли, веришь ли, дошло… Здесь чашек нету, разве вон та финдулина?

— Рог изобилия. Если ты не звезду имеешь в виду.

— Не имею я никакую звезду ни в каком виду. А что до ИЗБИЛИЯ — так мы… по крайней мере, я с онтами не ссорился.

— А дуэль с Айсом? Или помирились?

— Да я готов был, зла не держал, только зарубил его сгоряча к этой его онтской матери, а так бы непременно замирились… Отличный боец был, чуть ухо мне не отхряпал, и конницей руководил талантливо… драконов вот только, как ты, вечно с Роками путал…

Чумп поёжился и, как мог, выпрямился в седле, надеясь сойти за приличного странника. По мере приближения к острогу он всё лучше различал гладкие шишаки и высокие плечи дальнобойных луков, отчётливо различил неспешный скрежет арбалетного ворота. А потом дрогнули ворота, тяжёлая дощатая створка, окованная тремя толстыми полосами сырого железа, со скрипом откатилась, и на тракт неспешно вышли трое онтов.

— У-ух, перемать, — сипло выдохнул Панк — пробрало даже и его.

— Во-во, — поддержал Чумп. — Раз видел таких на драккаре, что вокруг Дэбоша пиратством промышлял, и больше надеялся не узреть… На всякий случай прощай, анарал.

Двое онтов остановились на дороге, растопырив длинные мускулистые руки толщиной с брёвна. Были они высотой футов по семь, облачены в кольчуги двойной вязки, что спускались до колен и синевато искрились в полутьме — признак минимум холмовой ковки, такая броня плетётся на заказ и стоит куда дороже, чем голова её нынешнего владельца. У обоих на поясе — благо рост позволяет — громадные двуручные мечи, излюбленное оружие знаменитых на все Северные Земли берсеркеров. Из-под рогатых шлемов лучшей стали бездумно смотрят тусклые водянистые глаза. У этих из всех атрибутов разумного существа — одни рефлексы, а вот третий…

Он прошёл вперёд. Был он чуть выше генерала и даже пошире его в плечах. Не первой молодости, но и в пожилой возраст ещё не вошел. Шлем на нём был с забралом, правда поднятым, а поверх кольчуги — ещё и пластинчатый доспех, все сочленения тщательно прокованы и подогнаны, генерал сразу мечтательно подумал о чекане, тяжёлом боевом молоте с острейшим клювом, больше ничем эту красотищу не проломить. За спиной — синий плащ, а вместо меча — здоровенная обоюдоострая секира. Чумп мысленно сравнил её со своим топором и завистливо засопел.