Николай Чугунов - Звездная магия

— Я хочу домой, — некромант откинулся на спинку стула. Перед его внутренним взором снова появился родной замок, во всех подробностях — от подземных лабораторий до наблюдательных постов на шпилях, и от этого тоска стала совсем нестерпимой.

— Ты, случаем, не перепил? — капитан беспокойно глянул в лицо чародею. Увиденное его изрядно озаботило — вместо черной бездонной пропасти глаз на него глянули слезящиеся мутные очи полусумасшедшего старика.

— Может быть, — покладисто согласился некромант.

— Тогда тебе стоит поспать.

— Стоит…

Хмель мигом слетел с Киркса, оставив после себя легкую головную боль и сожаление о бездарно потраченной выпивке. Он принюхался к полупустому кубку, но не уловил ничего, кроме кислого запаха водянистой дряни, которую местные называли вином.

— Никуда не уходи, — капитан соскользнул с высокого стула, оглядываясь в поисках штурмана — насколько Киркс помнил, у того вполне могла заваляться портативная лаборатория, которую капитан втихую называл «микровытрезвитель».

— Как прикажешь.

Некромант бесчувственным телом лежал на шикарной постели, а капитан с дроидом колдовали над остатками ужина. Против ожидания, в вине ничего подозрительного не оказалось, а вот в бифштексе содержание нейролептиков было всего на десять процентов ниже летальной дозы. Киркс, узнав диагноз, побледнел.

— По-моему, нас хотели отравить. Хорошо, что у меня аппетита не было.

— Да что тут хотеть, — лаборатория издала короткий звонок. — Ваши тела скроены настолько нелепо, что обычно надо постараться оставить вас в живых, а не наоборот. Может, только Гарин скроен более-менее разумно…

Стальная рука поставила перед капитаном мензурку с искристо-синей жидкостью.

— Это что? — подозрительно поинтересовался капитан, морщась от едкого запаха.

— Антидот. Напои его, и сам выпей. По крайней мере, на ближайшую неделю у вас будет шикарный иммунитет к такого рода отравлениям. Да, и постарайтесь ничего себе не сломать.

— Чего это? — Киркс все еще не решался прикоснуться к емкости с лекарством.

— Потому, что придется терпеть — обезболивание не подействует.

Штурман не стал рассказывать о самом примитивном способе наркоза — вовсе без лекарств — Киркс и так уже цветом лица напоминал беленую стену. Аккуратно прикрыв дверь, дроид направился к винтовой лестнице, но дойти до нее не успел — основательный удар по голове расцветил все поле зрения переливающимися вспышками, и штурман отключился.

Гном задумчиво тасовал колоду — он решил научить штурмана бриджу. В логических играх компьютер все равно обыгрывал человека максимум с пятой попытки. Но в блефе штурман был откровенно слаб — и гном хотел это использовать.

Глухой металлический лязг на лестнице мигом сдул с гнома благодушное настроение. Факел злобно зашипел, погашенный мощным плевком, и по комнате пополз едкий дым. Вовремя — дверь бесшумно отворилась, бросив на пол ярко-желтый луч света. Гарин осторожно отступил за дверь и, приложив ладони ко рту, издал шумное сопение — словно бы он дрых без задних ног. Конечно, соорудить куклу на постели было бы еще достовернее, но об этом думать было уже некогда.

В комнату скользнула тощая тень. Приглядевшись, гном понял — это был один из носильщиков, что так резво таскали паланкины — видать, только этим их служба не ограничивалась. В руках парень держал шестопер, тщательно обмотанный тканью.

Дверь приоткрылась еще шире — теперь в расширившемся проеме торчали уже две любопытные головы. Парень с шестопером едва слышно буркнул что-то матерное — из-за этого в комнате стало совсем темно.

Короткий хук левой вынес обладателя верхней головы в коридор. По полу загремела масляная лампа, и яркий свет тут же сменился дымным заревом. Парень с шестопером недоуменно обернулся, подняв над головой свое оружие, но руку аккуратно перехватили, тут же сломав в трех местах. Последнего слугу Гарин догнал уже у лестницы, от души огрев трофейным шестопером.

Обезоруженный парень зашелся долгим истошным воплем — во дворе тут же отозвался горн. Гарин, сглотнув, бросил короткий взгляд на бесчувственное тело дроида и метнулся в боковой коридор, куда выходил вентиляционный канал, ведущий прямиком в подземелья.

Голова капитана просто-таки раскалывалась — но боль совершенно не походила на обычное похмелье.

— Воды…

В губы ткнулась щербатая плошка с чем-то горьким.

— Воды! — Киркс протестующе помотал головой.

— Пей, что дают, — раздался голос лингверсора. Он почему-то шел не с кисти, а откуда-то издалека. — Пока дают.

Капитан открыл глаза — он сидел в прочном кресле со встроенными кандалами, а напротив, у жарко горящего горна, стоял барон собственной персоной. На столе у стены лежал лингверсор — рядом с массой блестящих инструментов самого зловещего вида.

Массивный мужчина в халате, изрядно забрызганном темным, снова ткнул под нос капитану плошку с бурой жидкостью. На сей раз Киркс не сопротивлялся.

— Вот и славно, — Шахрияр, взяв со стола длинный изогнутый прут, сунул его в горн. Капитан зачарованно проследил за стайкой искр, взмывших к низкому закопченному потолку, и непроизвольно сглотнул. — Я вижу, мой друг, ты озадачен?

— Немедленно отпустите меня!

— Не вижу в этом никакой необходимости, — барон, вытянув ногой из-под стола грубо сколоченный табурет, уселся на него и принялся выразительно разминать пальцы. — В этом случае ты меня будешь слушать невнимательно.

— Я и так не буду.

— Будешь, — Шахрияр, ухватив щипцами прут, извлек его из горна — конец уже ощутимо покраснел. — Не так ли?

— Что тебе надо?

— Твоя летучая крепость. Я, видишь ли, осматривал ее сегодня. Вы упали с большой высоты, но остались живы. Стены летучего форта воистину несокрушимы, — барон на секунду задумался. — После нашей победы я много думал… Ваше присутствие дает мне шанс — и я намерен не упустить его.

— Какой шанс?

— Стать великим, конечно! — барон пожал плечами, словно это само собой разумелось. — Несокрушимая летающая крепость и смертоносный повелитель бурь — никто не сможет остановить меня. Но сперва… Ты будешь служить мне?

Киркс снова сглотнул. От сухого жара он весь вспотел, а пересохший язык, казалось, прилип к небу.

— Не слышу ответа, — Шахрияр лениво потянулся.

— Да, — на ум капитану пришла старинная поговорка: «коготок увяз — всей птичке пропасть».

— Отлично, — барон перевел взгляд на темную фигуру, неподвижно застывшую за креслом Киркса. — Ошейник сюда.