Светлана Борисова - Эльфийский подарок

Ознакомительный фрагмент

Теперь уже настала очередь ведьмочки презрительно фыркать.  

– Терновник говоришь, Братец Кролик? Давай вниз и не забудь заготовить щипцы, будешь вытаскивать колючки из моего зада, врун несчастный!

– Ладно, твоя взяла! – засмеялся Лесной король и плавно приземлился в небольшом лесочке. – Девочки направо, мальчики налево, – он встряхнулся и из крылатого сурового воина-мага вновь превратился в остроухого мальчишку-сорванца, и ведьмочка сразу же почувствовала себя свободнее.

– О да! Походы налево любимое занятие всех мальчиков, – съязвила она и дёрнула его за ухо.

– Пошли вместе, – с готовностью согласился эльф и двинулся следом за ней.

Видя такое дело, девчонка заполошно замахала руками и под переливы серебристого смеха убежала за густую поросль невысоких, но густых кустов.

– Иди к рогатому! Иди-иди! Ты шёл в правильном направлении! – выкрикнула она на всякий случай.

– Ну вот! Налево нельзя, направо не берут.  

Выйдя из своего укрытия, ведьмочка смущённо глянула на эльфа и тут же отвернулась. Без всякого стеснения он сделал своё дело и застегнул ширинку на штанах.

– Ты всё? – спросила ведьмочка, и когда он подтвердил, что да, тогда она обернулась. Замявшись, она проговорила: – Раэтиэль, нельзя же так. Неужели было трудно зайти в лес?

– А зачем? – удивился эльф. – Разве есть какая-то разница, где именно писать? – он с недоумением хлопнул ресницами. – По-моему лес везде одинаковый, что здесь, что там.

– Ну, не знаю… слушай, прекрати издеваться надо мной! Ведь ты уже не в кошачьем обличии, потому мог бы и соблюдать правила приличия, – возмутилась ведьмочка.

– Аталиса, ты же природная ведьма. Если Улльтор с тобой знаком, значит, ты уже участвовала в сексуальных игрищах. Тогда ты точно знаешь, что мужское хозяйство у всех двуногих устроено примерно одинаково… – эльф смерил её шкодным взглядом. – Но если моё чем-то тебя смущает… нет, ты скажи, в чём дело. Может в…

– Заткнись! – выпалила девчонка.  

Даже в подступающей темноте Лесному королю было видно, что она покраснела чуть ли не до слёз. Такая реакция его удивила.

– Что-то я ничего не понимаю. Или ведьмам море по колено только тогда, когда они напьются во время шабаша? А может, ты ещё не вышла из возраста послушниц? – предположил он и нехорошо ухмыльнулся. – Но вроде бы я видел, как ты развлекалась с парнями и это были отнюдь не невинные поцелуи.

– Ну, знаешь! Это уже переходит все границы! – пролепетала девчонка и бросилась бежать.

– Постой, Аталиса, нам не туда! – закричал эльф, загибаясь от хохота. – Остановись, дура! Ещё раз напорешься на чудовищ, больше выручать не буду!

Метров через сто ведьмочка остановилась и прислонилась к стволу громадной сосны.  

– Вот гад! Так и знала, что ты шпионил за мной! – выкрикнула она и обвинительным жестом ткнула пальцем в направлении эльфа. – Ненавижу! Ты точно мой кот? Что-то я уже сомневаюсь.   

С быстротой ветра Лесной король сорвался с места. Он тенью скользнул к сосне, за которой пряталась ведьмочка, и вплотную встал за её спиной. 

– Не злись. Я же пошутил, – шепнул он, склонившись к её уху.    

– О боги! – девчонка схватилась за сердце. – Смерти моей хочешь? Больше не смей подкрадываться!

– Хорошо, больше не буду. Прости. Клянусь, с этого момента я буду эталоном приличий.

На лице девчонки появилось недоверчивое выражение.

– Не обманываешь?

– Нет! Даю слово, – пообещал эльф и взял её за руку. – Идём, к пляжу, а то скоро совсем стемнеет.

Но она неожиданно заупрямилась и подняла к нему посерьёзневшее личико.  

– Погоди, Раэтиэль! Не ожидала, что ты будешь рассуждать как тёмный крестьянин. Я хочу, чтобы ты знал, что мы жрицы Всеобщей матери, а не девицы лёгкого поведения, зарабатывающие на пропитание своим телом. Нет, молчи! Я знаю, что ты скажешь. Разница есть. Сексуальное единство на шабашах означает таинство единения с природой и это самое главное в наших обрядах. Их посредством Всеобщая мать дарит миру свою благодать, и ты это знаешь. Ведь знаешь, да?

Лесной король кивнул в знак согласия, – ведь притворство было у него в крови, и ведьмочка сразу же приободрилась.

– Конечно, сейчас уже нет того, что было раньше, но я никогда не пила во время праздников плодородия! – с горячностью воскликнула она. – Терпеть этого не могу! Когда на шабашах начинается пьяный разгул,  исчезает всякое таинство единения с природой. 

– Скажи, а ты участвовала в оргиях?

– Приходилось, – ведьмочка зябко поёжилась под немигающим взглядом, в котором читалось брезгливое любопытство, – и всё же изволь проявлять ко мне уважение как к женщине. Если тебе это не под силу, то я возвращаюсь домой.

 – Моя хорошая, клянусь Небесным отцом, я всегда уважал женщин вашего племени! – спохватился Лесной король.   

– Ты лжёшь, Раэтиэль. Я это чувствую.

– Прошу поверьте, сентау Аталиса! Лично к вам я не питаю ни малейшего презрения, – мягко проговорил эльф, а про себя насмешливо добавил: «Как будто мне есть дело до скотского поведения смертных!» Тем не менее, он сумел убедить девчонку, что она ошибается, и что он хорошо относится ко всем ведьмам на свете и к ней в частности.

Повеселевшая Аталиса спросила, что означает слово "сентау", но Лесной король заявил, что уже не знает от чего больше устал, от её болтовни или от поединка с Улльтором. Он снова обернулся мрачноватым крылатым воином и, подхватив её, взмыл в поднебесье. Спустя час они приземлились всё на том же песчаном пляже.

– Ничего не понимаю! – удивилась она, признав знакомое место, несмотря на темноту. – Вроде бы я отошла на небольшое расстояние и сразу же наткнулась на ваше сражение. Почему обратно мы добирались так долго?  

– Я же говорил, что в Междумирье расстояния непрерывно изменяются, – ответил Лесной король и в его голосе впервые прозвучали  усталые нотки. – Давай спать, моя хорошая, – добавил он и, превратившись в мальчишку-эльфа, свернулся  клубочком прямо на песке.  

Поежившись от ночной прохлады, ведьмочка присела рядом с ним и тронула его за плечо.

– Раэтиэль!.. Погоди, не засыпай. Я бы сходила за лапником, но одна боюсь.  

– Не нужно никуда идти, – сонно пробормотал эльф и щелкнул пальцами.

Откуда-то сверху посыпались еловые ветки и девчонка, как только получила шишкой по голове, тут же закрыла рот и споро взялась за дело. Когда лежак был готов, она плюхнулась на него и с блаженным видом закрыла глаза. "Сказка!.. О боги! Как же я устала".

– Ну-ка, подвинься! Ишь, разлеглась, будто она здесь одна, – проворчал эльф, перебираясь к ней.