Джон Ворнхолт - Королева троллей

— Так вот каким образом Слюнявый вернулся в Костоплюй так быстро! — понял Чомп. — Он поднялся по этой лестнице. А что тебе еще известно?

Эльф покачал головой и обворожительно улыбнулся Смехотворе:

— Я знаю лишь, что мы не собирались нападать на вашего друга. Просто он напугал нас. Мы такого натерпелись в этих подземельях! На каждом шагу приходилось сражаться с разными жуткими тварями.

— Правда? — усмехнулся Чомп. — А по-моему, ходить здесь приятно, будто прогуливаешься по Грибным Лугам! Но не волнуйтесь — больше вам не придется сражаться, потому что вы пойдете назад прямо сейчас. Собирайте всех своих и быстро возвращайтесь в Костлявый Лес.

Дуэйн грациозно поклонился, затем еще раз взглянул на Смехотвору.

— А это оставь нам, — сказала та, выхватив у него сумку с лекарствами.

Он согласно кивнул и, быстро пожав ее руку, не оборачиваясь, поспешил вниз по ступеням.

— Пропустите его! — приказал Чомп.

Они со Смехотворой взглянули на Филбума. Тот мирно спал. Тогда Чомп подошел к провалу и крикнул:

— Комар! Вылезайте все — нужно сбросить в яму трупы врагов. И мне совсем не хочется, чтобы огры оставили свой пост и занимались тут уборкой.

— Как по-твоему — можно верить словам эльфа? — поинтересовалась Смехотвора.

— А по-твоему? — засомневался Чомп. — Мне все-таки кажется, что нужно предупредить весь Костоплюй.

— Некогда, мы и так тут слишком задержались, — возразила она.

— Ладно, — пробурчал огр. — Я тебе припомню эти слова, когда к нам заявятся пятьсот лучников.

Смехотвора промолчала, не зная, что еще сказать. Эльфы вооружены отравленными стрелами и не стесняются пускать их в ход. Мало того, отважились сунуться в Костоплюй. Скорее всего, их подвигнул к этому визит Стигиуса Рекса, Слюнявого и Ролло.

Она услышала какие-то странные звуки, донесшиеся снизу. Они долетали как будто издалека, но стены громко отражали завывания и стоны. Стало ясно: это эльфы оплакивают своих погибших. Огры и тролли остались на месте, молча глядя им вслед.

— Эй, принц Тростник! — крикнул Ролло, прижавшись к сетке, покрывавшей окна хижины, окруженной лучниками. — Что вы собираетесь со мной сделать?

— Это зависит от того, что натворит твоя подружка Клипер, — холодно ответил рыжебородый эльф. — Во всем Костлявом Лесу о ней ни слуху, ни духу. Если она не причинит никому вреда, то мы, возможно, и сохраним тебе жизнь.

— Может быть, она улетела в Костоплюй? — предположил Ролло.

— С чего бы? — поморщился Тростник.

— Откуда мне знать? — Тролль растерянно пожал плечами. — Но если вы меня выпустите, я это выясню.

Эльф коротко усмехнулся:

— В самом деле? По-моему, ты собираешься присоединиться к ней, а вовсе не вернуть ее к нам. Думаешь, теперь мы тебе поверим?

— Вы мне и так никогда не верили, — ответил тролль, повесив голову. — А я лишь хотел, чтобы Клипер вернулась домой.

— Значит, твой проклятый нож обратил ее ко злу, — сказал принц. — Но, если честно, на какое-то время мы тебе поверили. Скажи-ка, ты пустился на все это из-за еды?

— У нас ее хватает, — огрызнулся Ролло. — Может быть, не такой хорошей, как у вас, но я бы не прилетел сюда ради кормежки.

— То-то и плохо, — сказал Тростник. — Я не знаю, зачем ты сюда явился, но знаю, что не уйдешь отсюда, пока я все не выясню. — Он махнул рукой остальным эльфам: — Добавьте сетей и удвойте охрану! А если пленник сбежит, вы окажетесь на его месте!

— Будет исполнено! — ответили воины мрачно.

— Когда он попросит есть, дайте ему только червяков и коры, а не нашей прекрасной еды.

Охранники ответили точно так же, а Ролло опустился на пол. Он явился сюда, чтобы сделать доброе дело — наладить связь между Костоплюем и Костлявым Лесом. А вместо этого получилось как-то не хорошо…

— Клипер! — шепотом позвал он. — Возвращайся назад! Возвращайся в свое тело, чтобы черные силы не могли завладеть им…

Он опустил голову, думая о том, поможет ли эта мольба.

Клипер сидела на пеньке и посмеивалась, наблюдая за тем, как Стигиус Рекс жонглирует тремя огненными шарами. За спиной у него лежала тысяча гномов и огров, а также бесчисленное количество троллей. Они дрожали, прижавшись к земле, видя, как чародей разрушает их деревню. Языки пламени лизали ночное небо, в воздухе стоял запах горелой шерсти. Фея ради забавы прочла заклинание, заставив нескольких гномов чихать.

— Ну, что вы будете делать дальше? — спросил Стигиус Рекс, подбрасывая шар вверх. Тот взорвался снопом искр, и холодный воздух вдруг наполнился жаром. — Снова последуете за этим глупым троллем? Или за мной, своим господином?

— За тобой! За тобой! — раздалось в ответ. — Слава Стигиусу Рексу! Да здравствует Стигиус Рекс!

— Вот так-то лучше, — волшебник бросил два оставшихся шара через плечо, и новые взрывы снова привели всех в трепет.

— Череп! — позвал Стигиус Рекс, приближаясь к старому огру, которому половину головы заменял металлический котелок. — У нас еще остались враги? Кто-нибудь осмелится пойти против нас?

Тот поклонился, достав носом до земли.

— Остался еще один отряд. Чомп, Долгоноска, кучка гномов и троллей. Они отправились спасать Ролло.

— Да уж, его придется спасать, — подтвердила Клипер.

Огры и гномы глядели на нее с еще большим страхом, чем на волшебника. Стигиус Рекс потер подбородок:

— Значит, у него еще остались союзники? Пожалуй, нужно расправиться с ними прежде, чем я возьмусь за эту страну железной рукой. Череп, вы со своими воинами клялись мне в верности. Теперь я вернулся! Костоплюй снова мой!

— Так точно, господин, — старый огр вновь поклонился до земли.

— Заставьте этих троллей снова работать! — приказал Стигиус Рекс. — Пусть здесь все будет по-старому.

С этими словами он махнул рукой фее, и они поднялись в воздух.

«Как удивительно, — подумала Клипер, — но старый колдун и воскресшая фея смогли покорить столько народу — и всего лишь с помощью нескольких огненных шаров и чихательных чар. Какие они все-таки трусы! Кажется, быть злой феей гораздо веселее, чем доброй».

— Впереди что-то светится, — сказал Комар, шагавший с двумя другими гномами впереди отряда и прощупывавший путь шестом. Следом шли Смехотвора и Чомп. Теперь уже никто не попадал в ловушки.

Смехотвора вгляделась в темноту. Каменные стены разогрелись. Из трещин поднимался пар, как будто река раскаленной лавы была совсем близко. Путникам казалось, что они чувствуют дыхание исполинского зверя, живущего в центре земли. Спускаться во мрак становилось все страшнее.