Виктор Исьемини - Все сказки мира

— Какой еще механизм? — эльф повертел в руках стрелу с уродливым наконечником.

— А вот смотри, — принялся гордо пояснять Ингви, — вот это вот половина и это половина. Между ними я вставил щепочку. Когда стрела попадает в цель — получается вот так, щепочку выбивает, половинки соединяются. Трах! И враг в ужасе бежит. По крайней мере, Тока Торгич со своим воинством…

— Поэтому ты говорил, что мой выстрел разгонит только половину врагов?

— Ну да, о разбойниках все твердят, что они неустрашимы. Вряд ли их напугает чужой божок… Была у меня, конечно, идейка… Да нет…

— Какая идейка, Ингви? — как обычно встряла любопытная Ннаонна.

— Ну, включить в заклинания на стреле еще и иллюзию их Морского царя. Что его, значит, разит молния Гили… Не выйдет — а вдруг я не так сварганю эту вторую иллюзию, не так, как они представляют… Да и вообще, не стоит… Ладно, отошли достаточно. Рунгач, ложимся в дрейф. Филька, готовься!..

Несмотря на качку, неизбежную в море, стрела раз за разом поражала мишень, причем ее траектория точно соответствовала замыслу Ингви — материальный снаряд летел под прикрытием иллюзорной «молнии». После шестой или седьмой попытки удовлетворенный Ингви уже собирался командовать возвращение, как вдруг раздался крик дозорного с мачты — на горизонте показался парус.

— Что там, Рунгач, враг? — окликнул Ингви шкипера.

— Нет, пока не знаю, но парус один. Косой парус — как у наших…

Старик велел своим морякам поднять паруса и маневрировал, пока неизвестное судно не приблизилось. Оказалось, что это купец с Ренены — одного из соседних островов. Он увидел в открытом море армаду северян и карасских ренегатов и теперь спешил убраться подальше… Причем Большой Длинный Эману в качестве убежища его не привлекал, все прекрасно знали, куда будет направлен очередной рейд разбойников… Суда сблизились и легли в дрейф. Прокричав свои новости, шкипер с Ренены велел своим не мешкая продолжить путь.

— Значит, они идут… — пробормотал Ингви, задумчиво глядя, как торопливо ставят паруса рененские моряки, — пора и нам назад… Филька, я доволен твоими выстрелами, так не подкачай уже в бою.

— Эгей, — в ответ хохотнул эльф, — Кендаг и вся его свора новообращенных орков будет поражена!

— Ладно-ладно, не зазнавайся…

Рунгач навалился на рулевое весло, разворачивая «Листу»…

На Большом Длинном Эману весть о приближении врага произвела огромное впечатление. Жители города забегали по берегу с воплями, многие принимались кататься в пыли и рвать волосы, женщины рыдали… Как будто не было долгого ожидания и подготовки к сражению. Кендагу пришлось многих своих вояк палкой приводить в чувство и возвращть в строй. Сарнак торопливо оббегал расставленные вдоль берега лодки, оснащенные заклинаниями, в последний раз проверяя, все ли в порядке. Оказалось, что с трех парусников исчезли заколдованные кусочки янтаря, несмотря на то, что суда охранялись.

Доложив об этом, Сарнак вполголоса выругался и заявил:

— Ведь должны понимать — все для их спасения… Так нет же — стащили янтарь! Легкомысленны, как эльфы и жадны, как гномы!

— Ты глянь лучше на мое «войско», — пожаловался Кендаг, — рыдают… На такое даже эльфы не способны.

Филька поглядел на друзей… и вдруг покраснел:

— Да ну вас, в самом деле…

К друзьям, стоящим на берегу, тяжелой рысцой подбежал запыхавшийся Проныра. Переводя дух и утирая обильные струи пота, толстячок прохрипел:

— Великий царь Алгано Лучич желает… видеть вас, чужеземцы… Немедлено…

— А где он нас ждет? — полюбопытствовал Ингви.

— Во дворе… своем…

— А взрывоопасный Липич с ним?

— Да, был там. И вся его стража.

— Ладно, скоро будем… Сарнак, значит ты понял? Сперва свой номер исполнит Филька, затем, когда они будут на расстоянии примерно… Хотя нет, лучше смотри сам по обстоятельствам. Скомандуешь рубить канаты — и давай быстро к нам. Кендаг… сам знаешь, жди сигнала. Все. Пойдем наверх, к царю…

— Ингви, а мне что делать? — схватила демона за рукав Ннаонна.

— Ах, верно, самое главное-то я забыл, — Ингви и впрямь забыл, что собирался найти девушке какое-нибудь поручение, чтобы она не чувствовала себя обделенной, — ты… ты будешь охранять меня от Липича. Следи за ним, а то этот псих еще чего-нибудь выкинет…

Ингви собрал свои магические приспособления, напоследок кивнул Сарнаку, остающемуся на берегу и медленно побрел в гору, сопровождаемый друзьями, Вевеном и экипажем «Листы» (само суденышко отогнали в дальний конец залива)…

Лучич, ожидавший в воротах своего замка, разве что не приплясывал на месте — нетерпеливое любопытство было прямо-таки написано на лице царя. За его спиной щетинились копья стражи, хотя тамейона нигде видно не было.

— Ну что, чужеземец, ты готов?

— А как же! Тебе, царь, — Ингви, ощутивший некое злорадство, нарочно заговорил медленно и с показной ленцой, — бояться нечего. О твоей безопасности сейчас заботятся классные колдуны и великие воины. Так что расслабься и получай удовольствие от интереснейшего спектакля.

Говорил демон весьма уверенно, поскольку уже понял (с огромным, кстати, облегчением), что пиратская флотилия движется к входу в Эманский залив… Теперь оставалось только привести в исполнение все намеченные планы — и ждать результата. На Ингви снизошло спокойствие и он от души надеялся, что оно передастся всем его воякам.

— А кстати, где тамейон? — огляделся по сторонам демон.

— Он со своими родственниками отправился на Сторожевой утес. Считает себя опозоренным после вчерашнего…

— Что за утес?

— Скала над входом в залив. По обычаю самые отважные мужчины несут там стражу, если вторгается вражеский флот, — пояснил царь, — если неприятельские корабли неосторожно подойдут к Сторожевому утесу, с него на головы врагов скинут камни.

— Да ничего не выйдет, я уже думал об этом. Пролив там слишком широк, иначе все можно было бы по-другому организовать.

— Так ведь это обычай такой, — пояснил демону Рунгач, — вот, скажем у меня на Ругане это первое дело. А здесь… Он просто сидит на вершине, зажигает костер, когда корабли врага подходят к острову, ждет, что его вызовет на поединок какой-нибудь их богатырь… Старый обычай-то… Никто не вспомнит. А тамейон обиделся, думает, что сможет там, на Сторожевом утесе отличиться… Подвиг совершит и позор смоет.

— Хорошо бы так… Ннаонна, следи все же, чтобы наш Липич здесь вдруг не объявился. А то чего доброго поумнеет и решит, что здесь тоже можно подвиги совершать…