Ирина Сыромятникова - 01_Меч Лун

Отец произнес бы прочувствованную речь, а Кристоф молча скрипел бы зубами от зависти. Вся эта недостойная поспешность была оскорбительна по отношению к Мечу и памяти его владельцев. Да, на легенду мы не тянем!

Несколько секунд я просто любовался законченностью его форм, а потом решительно протянул руку и сжал шершавую рукоять. На меня накатило ощущение Силы, но на этот раз оно было лишено привычного холода: теплые струи устремились через ладонь выше по руке, заполняя все тело и без следа стирая усталость. Где-то в глубине моего естества они находили отклик и чистая, незамутненная радость нашего единения разгоралась в сердце – Меч был рад мне и вместе мы могли все!

Очарование нарушил Крабат.

– Ну, замер! – недовольно пробурчал он. – Ты что, колдовства раньше не видел?

Я игнорировал его ворчание и неохотно вложил клинок в ножны. Умеет же этот тип испортить настроение! Но он был прав – пора за дело. Обратный путь начнется вот от сюда, а где закончится – сейчас и не угадаешь.

Теперь, ощутив мощь Меча, я поверил, что у меня есть шансы даже против демона.

Но предстояла борьба с неизвестным противником, вслепую, а как известно, даже самых могучих воинов можно победить, если бить из-за угла. От осознания всей опасности предприятия у меня заныло в животе и по коже забегали мурашки. Но на встречу ужасу поднималось чувство пьянящего восторга. Риск и сражения – вот дело для настоящего рыцаря! Я девятнадцать лет сидел в этом замке сиднем, лишь по слухам зная о бескрайнем мире за границами Сантарры. Теперь этому пришел конец!

Не важно, что я бы предпочел другой способ проявить себя. Я с детства слушал сказки о воинах нашего рода, владельцах Меча Лун. Как знать, может и обо мне кто-нибудь расскажет. Теперь героем буду я!

Свежие кони легко оставляли позади милю за милей, я останавливался только для того, чтобы пересесть из седла в седло. К полудню Горелое промелькнуло мимо и под копытами коней нескончаемой лентой растянулся Западный тракт. Но к вечеру пришлось сбавить темп, а в сумерках вообще поехать рысью – в темноте лошади могли повредить ноги. Солнце село и откуда-то выполз отвратительный туман, липкий, зеленоватый, гасящий звуки. Внезапно кони заволновались, мне пришлось спешиться и повиснуть на уздечках.

– Оставь их! – призрак материализовался в тумане пятном пустоты. – Дальше они бесполезны.

Я крепко привязал лошадей к дереву.

– Уже близко. – Крабат взволновано мерцал. – Иди тихо и не забудь Меч.

– Что происходит? – я пробирался сквозь туман, освещенный только светом луны и звезд.

– Их обложили. Там горит огонь, это пока сдерживает нападающих, но я бессилен буду помочь. – Мысленный голос отдавался в моей голове. – Одно скажу, если ты не одолеешь этих – с демоном связываться не имеет смысла. Почувствуй свое оружие, к Мечу надо привыкнуть.

Я обнажил Меч и неслышно заскользил вперед, вспоминая уроки мастера Горича.

– С чем я буду иметь дело?

В голосе Крабата проскользнуло отвращение.

– Нечки. Страж отгородился от них огнем, но ночь длинна, у осажденных не хватит топлива.

Впереди забрезжил свет костра и призрак удалился. В туманном мареве мне предстала странная картина: десяток небольших костров составляли огненный круг, охватывающий большое дерево, к тяжелым нижним ветвям которого были привязаны перепуганные кони, в пределах круга толпились люди, кто-то уже лежал на земле. В одном из стоящих я, к облегчению, узнал Дюрока. Те, кто ходил вокруг огня, тоже походили на людей, в неверном свете я успел разглядеть бессмысленные лица, уловить неестественность движений. Их было около двух десятков. Не хило для первого раза! Правда, вооружены они были слабо: топоры, ножи, косы, даже дубины, лишь у двоих я разглядел подобие мечей, но это не делало положение осажденных проще – умерших нельзя убить еще раз, для обычного оружия нечки неуязвимы. Огонь – единственное средство, но нежити знали это и держались на безопасном расстоянии, терпеливые, как сама смерть.

Итак, паника не уместна. Бойцы из них хреновы, мне надо было собрать их вместе, не дать развернуться и напасть одновременно. Я издал воинственный вопль и побежал вперед, интенсивно размахивая Мечом. Нечки купились и пошли на меня скопом, подняв свое хилое оружие и даже не пытаясь обойти с флангов.

От костра раздались отчаянные крики, кто-то перемахнул через огни и рванул ко мне. Должно быть Страж, мать его! Я не стал ждать, когда он испортит мне диспозицию. Нечки были почти рядом, они начали подвывать и раскачиваться. Я воздел Меч, мельком заметив, что знаки на нем яростно сверкают и обрушил его на ближайшую нежить.

Меч прошел сквозь полоть, как сквозь масло и половина туловища твари отлетела, внутри было какое-то зеленое желе, оно начало съеживаться и тлеть, вскоре останки уже дергались в агонии, охваченные пламенем. Присматриваться у меня не было ни времени, ни желания – следовало действовать, пока они не очухались. Я врубился в ряды неприятеля, оставляя за собой огненный след. Нечки дико вопили и размахивали своим оружием, им не хватало скорости и сообразительности, иначе бы мне несдобровать. Я нападал, уклонялся, отбивал удары, используя все трюки, усвоенные от сурового наставника.

Бой кончился на удивление быстро. Поляна была усеяна смердящими кострами. Страж, в приступе благоразумия удалившийся за костры, вышел мне на встречу. Я отер Меч сначала травой, потом полой плаща и вложил в ножны. Все было до безобразия просто.

– Никто не ушел?

Он отрицательно покачал головой.

– У них ума не хватило.

– Отправь кого-нибудь по дороге, у меня там лошади оставлены.

Страж кивнул и пошел к гвардейцам, я направился следом. Двое из лежавших были накрыты с головой, для них моя помощь запоздала. Дюрок подошел ко мне, он был еще бледен, но уже улыбался.

– Ну, сэр, такого даже я не ожидал. Вы нас второй раз спасаете!

– Не всех.

– Нет, сэр, – Дюрок скользнул взглядом по телам. – Эти ребята погибли сразу, они первыми напоролись на ту падаль. Если бы не Страж, всем бы нам тут лежать.

Напряжение боя медленно перетекало в тупую усталость.

– Я хочу знать, что произошло.

– А вот он сам вам и расскажет, – кивнул сержант.

Вернулись Страж и гвардеец, ведя в поводу моих лошадей, те храпели и шарахались от смердящих луж, оставшихся от нежити.

– Все тихо, – доложил Страж, – но хорошо бы сменить место ночевки.

– Действуйте, я во всем полагаюсь на вас.

Страж коротко кивнул и пошел отдавать приказы, на его лице я заметил выражение, которое сначала принял за досаду, но потом сообразил, что это облегчение. Словно, нащупав ускользающий смысл в событиях, он вновь обрел равновесие и уверенность в себе. Кажется, он не будет возражать, если я потребую вернуться.