Андре Нортон - Ведьмы из Эсткарпа

Она проскользнула мимо него туда, где он только что стоял и следил, Как исчезает из вида гавань.

— Нам, обладающим Силой, в какой-то мере подчиняются и явления природы, хотя окончится удачно ворожба или нет, заранее Знать не дано. И моим сестрам по силам вызвать туман, который смутит не только глаза, но и ум непосвященных… на время. Но этот туман — другой.

— Неужели естественный? — настаивал Саймон, понимая, что это не так. Но он даже понять не мог, в чем причина подобной уверенности.

— Когда горшечник лепит кувшин, он кладет на колесо глину и искусные руки лепят его по-задуманному. Глина — это земля, но форму ее меняет разум… обученный разум. Так и здесь, похоже, что некто — или нечто — зачерпнуло здешней воды и воздуха и придало им нужную форму.

— Чем ответите вы, госпожа? — Корис подошел к парапету и хлопнул руками по усеянному капельками камню. — В таком киселе мы ослепнем!

Она внимательно вглядывалась в туман, как лаборант следит за ходом важного эксперимента.

— Они хотят ослепить нас, но и слепота может быть разной. Раз они воспользовались иллюзией, ею мы и ответим!

— Значит, туман против тумана? — спросил капитан.

— Заговор не отвращают им же самим. Раз они колдовали с воздухом и водой, то и я должна обратиться к тем же стихиям, но по-иному. — Ногтем большого пальца она постукивала по зубам. — Их следует ошеломить, озадачить, — повернувшись к двери она что-то пробормотала. — Надо спуститься к воде. Попросите у Магниса дерева, лучше сухих щепок. Если их нет, прихватите ножи, чтобы можно было их настругать. И кусок ткани. Принесите все к середине гавани.

Глухой звон гонгов гулко отдавался у воды, когда горсточка гвардейцев и сулкаров вышла на причал. Из охапки тонких досок ведьма выбрала самую маленькую. Неловко держа нож, она выстругала грубую лодочку с острым носом и круглой кормой. Саймон взял у нее нож и ложку, и с легкостью принялся снимать стружку. Остальные последовали его примеру — дева не возражала.

Наконец у них появился флот из десяти… двадцати… тридцати лодочек в ладонь величиной, каждая с палочкой-мачтой и привязанным к ней парусом… Ведьма опустилась на колени перед этой цепочкой, низко нагнувшись подула в крошечные паруса, тронула пальцем корму каждого обструганного кораблика.

— Ветер и вода, ветер и вода, — нараспев проговорила она, — ветру — гнать, воде — не топить, морю — нести, туману — поглотить.

Одну за другой быстро бросала она свой игрушечный флот в воду гавани. Стена тумана подошла уже вплотную, но пока он был еще не слишком густым, и Саймон успел увидеть в нем нечто удивительное. Крохотные лодочки выстроились в клин, острием обращенный к морю. И когда первая из них нырнула в туманную пелену, она была уже не игрушкой — кораблем, быстрым и прекрасным, стройнее тех кораблей, которые с гордостью показывал Осберик.

Чтобы встать, ведьма ухватилась за предложенную Саймоном руку.

— Не верь своим глазам, чужеземец. Мы, владеющие Силой, не творим, лишь обманываем чувства. Но будем надеяться, что эта иллюзия окажется столь же действенной, как туман, и отпугнет нападающих.

— Но это же не настоящие корабли! — он упрямо протестовал, не веря собственным глазам.

— Мы слишком зависим от собственных чувств. Если обмануть сразу глаза, пальцы, нос, — видение станет на время истинным. Скажи мне, Саймон, если ты собираешься атаковать эту гавань и вдруг за пологом тумана увидишь флот, которого там не должно было быть, сколько раз ты подумаешь прежде, чем ввязаться в бой. Я хочу выиграть время, иллюзия не реальность, и корабль Колдера, решивший взять один из моих корабликов на абордаж, тут же обнаружит, в чем дело. Но иногда время бесценно.

Должно быть, она оказалась права. И если враги собирались ворваться в гавань под покровом тумана, атаки в ту ночь не последовало. Тревога так и не прозвучала, но и плотная пелена над крепостью в час рассвета так и не собиралась рассеиваться.

Капитаны трех судов, стоявших в гавани, ожидали распоряжений от Осберика, а он мог призвать лишь к терпению, пока не рассеется туман. Следом за Корисом Саймон обходил стражу, на внешних постах у моря приходилось иногда браться за руки, чтобы не потеряться в тумане. Приказано было регулярно бить в гонги, теперь уже не для указания пути затерявшимся корабельщикам, а чтобы сторожевые посты не теряли друг друга из виду. И заслышав приближение смены, суровые люди на постах напряженно оборачивались и обнажали мечи, готовясь вонзить оружие в грудь приближавшемуся, если тот не успеет заранее выкрикнуть нужный пароль.

— Если так пойдет дальше, — произнес Саймон, еле увернувшись от выпада сулкара, которого они не заметили вовремя, едва избежав увечья, если не смерти, — им не придется посылать сюда воинов, мы сами истребим друг друга. Если вдруг в такой мгле кому-нибудь покажется, что на моем шлеме торчит клюв — меня тут же укоротят на целую голову.

— И я так думаю, — коротко ответил капитан, — враги тоже нас морочат, будят страх и терзают воображение. Но что же еще можем сделать мы, помимо уже сделанного?

— Наш пароль может расслышать любой человек с неплохим слухом, — выкладывал свои опасения Саймон. — Поодиночке, пост за постом, они могут захватить и всю стену.

— Мы не знаем даже, ожидать атаку сейчас или нет, — горько посетовал тот. — Иномирянин, если ты можешь распорядиться лучше, отдавай приказы, и я охотно буду повиноваться тебе. Я — воин, и пути войны знаю хорошо, по крайней мере считал так. И думал раньше, что знаю пути волхвов, — ведь Эсткарпу я служу от чистого сердца. Но с подобным я еще не встречался и могу только надеяться на лучшее.

— С таким способом битвы и я не знаком, — с готовностью согласился Саймон. — Он озадачит кого угодно. Но почему-то мне кажется, что они придут не с моря.

— Раз мы ждем их оттуда, — мгновенно поддержал его Корис. — С берега крепость неприступна. Корабельщики строят отменно. Потребуются осадные машины, а их меньше, чем за неделю, не соберешь.

— Значит, море и суша исключаются… Что же остается?

— Земля и воздух, — отвечал Корис. — Земля! Подземные проходы!!

— Но за всеми ними не уследишь, не хватит людей.

Зеленые как море глаза Кориса горели той же свирепой яростью битвы, как и тогда, при первой их встрече.

— Чтобы уследить за ними, не надо людей. Есть одна штука. Надо побыстрее показать ее Магнису. — Они побежали, на углах коридоров Корис чиркал о камни кончиком меча.

На столе стояли тазы разных размеров и форм. В основном медные. И шары, которые Корис тщательно раскладывал по одному в таз, тоже были из металла. Шар, положенный в таз над проходом, своими колебаниями выдаст любые попытки взломать дверь далеко внизу.