Раймонд Фейст - Король-лис

— Да, ваша милость.

Ког надел ту же рубашку, что носил вчера, набросил на плечо куртку и взял меч.

— А теперь найди себе занятие, пока Паско не вернулся. Встретимся в полдень.

— Да, ваша милость, — повторил Амафи.

Ког вышел из квартиры и сбежал по лестнице. Меч он прицепил к поясу, куртку оставил на плече. День был теплый, и шляпу он брать не стал. По дороге в Школу Мастеров он размышлял о том, какой ущерб позволено нанести члену королевской семьи, чтобы не попасть в слишком неприятную ситуацию.

Утреннее солнце, теплый ветерок с океана, воспоминания о страстной ночи с леди Натальей — все вместе привело Кога в превосходное настроение. К тому времени, как он подошел к Школе, у него появился план — как обидеть принца так, чтобы обидчика потом не повесили, и решил, что это будет даже забавно.

Неделю спустя, когда Ког вошел в тот же зал, галерея для зрителей была полна народу. С возвращением лучшего фехтовальщика посещение учебных и показательных боев стало любимым времяпрепровождением для большого количества молодых женщин столицы. Многие дочери благородных семейств и изрядное число юных жен решили вдруг делать перерыв в каждодневном обходе магазинов, чтобы потворствовать внезапно проснувшемуся интересу к фехтованию.

Вернувшись с охоты, Ког практиковался каждый день в течение недели, поджидая удобного случая поссориться с принцем Мэтью. Наконец он понял, что принц появляется в Школе через день, при этом дожидаясь, пока Ког уйдет. Молодой человек решил, что тщеславный принц не желает делить внимание посетителей зала с чемпионом. Так что в этот день Ког пришел поупражняться после обеда, а не с утра, как делал обычно.

Лучшего фехтовальщика приветствовали все находившиеся в зале, включая наставников. Дежурным мастером зала на сей раз был Василий Турков — главный наставник и судья в любом споре. Другие преподаватели работали со своими учениками во всех уголках огромного зала, а дежурный мастер наблюдал за поединками в центре.

Пол помещения был выложен паркетом замысловатого рисунка, в котором после пристального рассмотрения можно было различить сложную систему границ между отдельными участками, отведенными для упражнений. Зал окружали массивные колонны полированного дерева, поддерживающие высокий, богато декорированный потолок. Ког глянул вверх и увидел, что потолок недавно обновляли — на белом фоне выделялась позолота рельефных гирлянд и венков, окружавших световые фонари. Галереи для публики шли вдоль одной из стен между колоннами, а другая стена от пола до потолка была прорезана огромными окнами, лившийся через них солнечный свет ярко озарял весь зал.

Василий подошел пожать Когу руку.

— Вы не пришли сегодня утром, сквайр, и я подумал, что вы решили отдохнуть. — Он глянул на забитую зрителями галерею и прибавил: — Если так и будет продолжаться, придется снова ставить скамейки в зале.

Во время турниров временные сиденья устанавливали перед окнами, чтобы вместилось как можно больше желающих.

Ког улыбнулся:

— Я пришел попрактиковаться, мастер. Тот улыбнулся в ответ и кивнул:

— Сейчас найду вам партнера.

Увидев молодых людей, бродивших поблизости в надежде, что им удастся скрестить клинки с самим чемпионом, он поманил одного из них:

— Энтони, начнем с тебя!

Ког не знал, кто этот молодой человек, но тот подошел без всякого смущения. Он поклонился мастеру, затем — Когу. Мастер Турков крикнул:

— Подать рапиры! До трех касаний!

Оба молодых человека были одеты в куртки с толстой подкладкой, закрывавшие тело от шеи до паха, длинные обтягивающие штаны и сандалии на кожаной подошве. На головах у обоих были сетчатые шлемы — они давали возможность дышать и видеть все вокруг, но хорошо защищали от случайных ранений. Фехтовальщики сблизились и встали лицом друг к другу.

Мастер расположился между ними, вытянув меч. Участники также вытянули рапиры, коснулись клинка мастера и замерли в таком положении. Затем мастер убрал свой меч, и поединок начался.

Когу приходилось немало фехтовать во время своего годичного пребывания в Саладоре. Школа Клинков не могла сравниться со Школой Мастеров в том, что касается количества опытных бойцов, но были и там неплохие мастера, и Ког пользовался возможностью попрактиковаться.

Ему это было необходимо, потому что на острове Колдуна фехтовать можно было только с Калебом, а он, выполняя поручения родителей, частенько отсутствовал. Хотя он был лучшим охотником и лучником из всех, кого встречал Ког, в искусстве владения клинком ему еще надо было совершенствоваться.

Прежде Ког общался с воинами-наемниками, равнодушными к тонким приемам дуэльных поединков. Фехтование они рассматривали не как искусство, а как способ выжить, и Ког был уверен, что мастера Школы с неодобрением отнеслись бы к пинкам в пах, выбиваниям глаз или отрезанию уха во время поединка. Ког понимал, что многим молодым людям, тренировавшимся в Школе Мастеров, никогда не придется воспользоваться клинком всерьез — такова была жизнь молодого дворянина в высоких ролдемских кругах.

Молодой Энтони быстро проиграл — он хорошо усвоил основные приемы, но ему не хватало одаренности и особого чутья. Трое других юношей выбыли из поединка так же быстро, и Ког решил, что пора уходить.

Он не сразу направился в комнату для переодевания, а пошел в дальний конец зала, где стоял стол с разными закусками и напитками. В центре его высилась хрустальная ваза, наполненная водой, в которой плавали дольки лимона. Когда Ког привык к кислому вкусу, напиток даже стал ему нравиться. На подносах лежали свежие фрукты, сыры, хлеб, пирожки и копченое мясо. Для тех, кто уже закончил упражнения, были приготовлены бутылки с вином и элем. Ког принял от слуги чашу с лимонной водой и, прихватив с блюда ломтик яблока, стал оглядывать комнату.

Рядом с Когом оказался слуга, один из тех, что заботились о постоянном обновлении блюд, дабы стол постоянно выглядел свежим. Молодой человек стал раздумывать о том, сколько все это может стоить и насколько дорого содержать такой зал. Любой человек благородного происхождения волен был пользоваться залом Школы для того, чтобы бесплатно упражняться в искусстве фехтования. Люди простого происхождения, но достаточно состоятельные, вынуждены были платить за пользование залом немаленькую сумму, но многие шли на это — по государственным соображениям. Иначе все расходы по содержанию этого дорогостоящего предприятия лежали бы на королевской казне.

Ког мельком подумал о том, что неплохо было бы узнать размер королевской казны. Он вспомнил, что когда-то, читая жизнеописание крондорского торговца Руперта Эйвери, предположил, что, наверное, в целях саморекламы человек преувеличил суммы, которыми оперировал. Сидя в одиночестве в скромной хижине на острове Колдуна, Коготь Серебристого Ястреба решил, что суммы явно раздуты, чтобы преувеличить влияние, которое, по заявлению автора, Руперт оказал на историю Крондора. Но сейчас, размышляя о том, что королевский дворец очень велик и содержание одного только двора должно стоить немалых денег, не говоря уже о флоте, Ког понял, как наивны были его тогдашние рассуждения. Откуда-то из памяти всплыла фраза: «Как хорошо быть королем» — и Ког, хоть и не мог вспомнить, кто из его наставников это сказал, решил, что согласен с изречением.