Джон Толкиен - Хоббит, или Туда и обратно (пер. М. Каменкович, С. Степанов)

Бильбо и представить себе не мог ничего подобного. Гроза застала их на узком карнизе, который обрывался в бездонную пропасть. Ночлег устроили под нависшей скалой. Хоббит натянул на голову одеяло и дрожал как осиновый лист. Раз, выглянув в щелочку при вспышке молнии, он увидел на другой стороне ущелья каменных великанов[*], которые играючи швыряли друг другу огромные обломки скал, ловили их и бросали в черную пропасть, где те с треском ломали стволы вековых деревьев и с грохотом разбивались вдребезги. Тут поднялся ветер и хлынул ливень, причем ветер все время менял направление, и нависающая скала уже не могла защитить путников от града и струй косого дождя. Вскоре они промокли до нитки, а пони, понурив головы и поджав хвосты от страха, тихонько всхрапывали. Над горами стоял зловещий хохот разыгравшихся великанов.

– Нельзя здесь больше оставаться! – подал голос Торин. – Даже если нас не сдует, не смоет и не убьет молнией, мы сильно рискуем попасть под ногу какому-нибудь великану, который нечаянно пнет кого-нибудь из нас, как футбольный мяч, и отправит погостить на луну.

– Ну, если ты знаешь местечко получше, отведи нас туда, и поскорей! – сварливо откликнулся Гэндальф, которому зрелище великаньих игр тоже, признаться, не доставляло особого удовольствия.

Дело кончилось тем, что Кили с Фили были отправлены поискать убежище ненадежнее. Так как эти двое обладали острым зрением, а кроме того, были лет на пятьдесят моложе других гномов, то подобные поручения всегда выпадали на их долю (разумеется, только в тех случаях, когда всем было совершенно ясно, что от Бильбо толку не будет).

«Кто ищет, тот всегда найдет! – примерно так напутствовал Торин молодых гномов. – Хоть что-нибудь, а обязательно найдет! Правда, не всегда то, что ищет!»

Торин оказался совершенно прав. Кили с Фили вернулись довольно быстро; передвигались они ползком, цепляясь за камни, чтобы не снесло ветром.

– Мы нашли сухую пещеру! – доложили они. – Тут совсем рядом, за поворотом. Места хватит на всех, и на пони тоже!

– А вы внимательно посмотрели? – строго спросил волшебник.

Он-то знал, что пещеры в горах редко бывают необитаемыми.

– Конечно! – дружно ответили Кили с Фили, хотя всем было ясно, что на внимательный осмотр у них просто не было времени: слишком уж быстро они вернулись, – Не такая уж она большая и глубокая!

На самом деле в том-то и заключается коварство пещер – никогда не знаешь, насколько они глубоки, и куда ведут ходы, и что тебя там ожидает. Как бы то ни было, все сочли, что Кили с Фили принесли добрые вести. Путники поднялись и стали собираться. Ветер завывал по-прежнему, и громыханье в небесах продолжалось, так что немалых трудов стоило, ведя пони в поводу, добраться до пещеры. К счастью, она и в самом деле оказалась недалеко, и вскоре, обогнув большую скалу, они оказались перед низким входом. Он был так узок, что пони, даже развьюченные и расседланные, едва протиснулись. Войдя в пещеру, путники перевели дух – приятно было сознавать, что ветер и ливень беснуются где-то там, снаружи, не говоря уже о том, что резвящиеся великаны теперь не могли причинить им никакого вреда. И все же Гэндальф не хотел рисковать попусту. Он засветил свой жезл – точно так же, как сделал это в столовой у Бильбо (о, как давно это было!), – и они тщательно обследовали все вокруг.

Пещера оказалась большой, но не слишком, и ничуть не таинственной. Тут было сухо и вполне удобно. Хватило места и для пони – опустив головы в торбы с овсом и отфыркиваясь, они смирно стояли в сторонке и явно радовались перемене обстоятельств. Оин с Глоином хотели было развести у входа костер и просушить одежду, но Гэндальф запретил им даже думать об этом. Пришлось раскладывать мокрую одежду прямо на земле и лезть в тюки за сухой; затем гномы поплотней завернулись в одеяла, вынули трубки и стали пускать колечки, а Гэндальф для забавы окрашивал их в разные цвета и заставлял выделывать всевозможные выкрутасы. Гномы загомонили и постепенно забыли о грозе. Они даже принялись обсуждать, кто как поступит со своей долей сокровищ (получив их наконец на руки, – а в том, что этот миг наступит, они на радостях нисколько не сомневались); мало-помалу их одолела дремота, и они, один за другим, заснули. Больше им не довелось увидеть ни своих пони, ни тюков и вьюков, ни припрятанного в них скарба.

События этой ночи со всей очевидностью показали, что, взяв себе в спутники хоббита Бильбо, гномы поступили мудро. Бильбо долго не мог заснуть, а когда наконец заснул, ему приснился прегадкий сон. Ему снилось, что трещина в дальней стене пещеры становится все шире и шире. От страха Бильбо окаменел и не мог ни на помощь позвать, ни даже пошевелиться; он просто лежал и смотрел. Потом ему приснилось, что земля под ним наклоняется, и вот он скользит, и падает, падает – неизвестно куда!

Он проснулся в холодном поту и обнаружил, что сон оказался явью! Трещина в дальнем конце пещеры и в самом деле раздалась, превратившись в довольно широкий проход. Бильбо едва успел заметить, как в темноте прохода мелькнул хвост последнего пони. Хоббит, естественно, завопил что было мочи. Только хоббиты умеют так вопить – для их скромных размеров, надо заметить, на удивление громко.

И тут из трещины повыскакивали гоблины, здоровенные гоблины, огромные уродливые гоблины, гоблин, можно сказать, на гоблине, – да так быстро, что вы бы и пикнуть не успели! По меньшей мере по шесть штук на каждого гнома и никак не меньше двух – на Бильбо! Они живо похватали всех, кто был в пещере, и поволокли в трещину. Всех, но только не Гэндальфа! Бильбо вопил не напрасно: волшебник мгновенно проснулся, и, когда гоблины бросились на него, в пещере сверкнула подобная молнии ослепительная вспышка. Запахло порохом, и несколько гоблинов упали замертво.

Тут же проход в стене со стуком захлопнулся, и Бильбо с гномами оказались отрезанными от пещеры! А что же Гэндальф? Ни гномы, ни гоблины не имели ни малейшего представления, что с ним сталось, а гоблинам недосуг было и выяснять. Они схватили пленников и поволокли их по проходу. Туннель уводил куда-то в глубь горы, в глубь, в темноту, где только гоблины, привыкшие жить глубоко под землей, могли что-либо разглядеть. Сеть подземных туннелей была весьма разветвленной и запутанной, но гоблины отлично знали дорогу и шли уверенно – ну совсем как вы ходите на почту. Туннель уходил все ниже и ниже, стало невыносимо душно. Гоблины особенно не церемонились с пленниками – они то и дело пребольно щипали их, а сами при этом хрипло гоготали. Хоббит совсем раскис: это было еще хуже, чем висеть вниз головой в лапах у тролля. Ему отчаянно захотелось немедленно оказаться в своей уютной хоббичьей норе – и надо заметить, захотелось далеко не в последний раз!