Багровое сердце - Марк Райнер

— прошептал маг. От такого зрелища хмель моментально соскочил с него. Схватив посох, Вельбер направил его на беснующегося тяжеловоза, — убирайся прочь, нечистая сила! Вон из мира живых!

Короткая трескучая молния хлестнула бьющегося в проеме коня. Тень исчезла, и тут же новый, тяжелый удар потряс таверну. Не выдержав, с хрустом подломились сваи, и старый дом с треском и грохотом начал заваливаться на бок.

Стены пошли волнами, перекосились, выдавливая оконные рамы. Со звоном вылетели стекла. Тяжёлая дубовая стойка со скрипом и скрежетом заскользила по полу, оставляя на нем глубокие борозды.

— Все наверх! — Вельбер тяжело поднялся и вскинул пылающий посох над головой, — Арти, ты с ними! Эльбо, запри все двери на втором этаже!

— Дурак пьяный! Давай сюда! Они ж тебя на клочья растреплют, — трактирщик отчаянно метался на лестнице, разрываясь между желанием сбежать и желанием помочь.

— Эльбо!...— маг что-то закричал, но ужасный, всё разрастающийся треск и грохот заглушили его голос. Трактирщик горестно махнул рукой и бегом бросился на второй этаж.

Мертвецы, завывая, лезли в окна. Вельбер прошептал заклятие и тряхнул посохом, рисуя в воздухе сверкающую дугу. Десятки маленьких молний ударили из искрящегося белого камня. Невыносимо яркие искры осыпали нападающую нежить. Несколько мертвецов вспыхнули холодным, трескучим пламенем.

— Учитель, сюда! — Арти высунулся из-за перевернутой стойки и, схватив Вельбера за шиворот, буквально втащил его в свое убежище.

Старый дом трещал и ходил ходуном. Вельбер прочитал заклинание еще раз, и громадная голубая молния выстрелила через весь зал, вышибла треснувшую оконную раму, разбросала лезущих из тьмы мертвецов и, мечась, унеслась в лес, сжигая и валя деревья.

— Арти, почему ты ещё здесь?! Быстро, наверх! — маг сверкнул глазами.

Ученик лишь покачал головой.

— Я вас не оставлю, учитель... Вместе мы их одолеем!

Вельбер лишь горько усмехнулся и не сказал ничего. Опираясь на поваленную стойку, он с трудом встал.

Таверна разваливалась. Пол был проломлен в нескольких местах, и сквозь него, царапая доски гнилыми ногтями, лезли воющие покойники. В дверном проеме, хрипя и роняя кровавую пену, бился черный конь со светящимися мертвыми глазами.

За окном, потрескивая и роняя обожженные ветви, пылала старая ель, и густой седой дым медленно поднимался к небесам.

"Я во всем виноват" — с тяжёлым чувством подумал маг. Превозмогая усталость, он сделал шаг вперед и, выставив перед собой посох, оперся на него... — "Вельбер, что же ты наделал? Арти, Эльбо, путников этих... Всех за собой в могилу утянул и заживо зарыл..."

Он чувствовал, что силы его на исходе. Шатаясь, он сделал шаг к двери и что-то шепнул. Яркая вспышка с треском разнесла дверной проём, отбросив коня в чащу. Другая молния, чуть поменьше, ударила в пол, и вслед за этим из обожженной дыры меж половиц взметнулся яркий фонтан очищающего огня.

Голова мага кружилась. Потеряв равновесие, он привалился к обугленной стене и закрыл глаза.

"Послушание и внимательность. Ненависть ко злу. Готовность защищать других..." — почему-то подумал он: "а ведь можно было учить его магии, но уже поздно... Прости меня, Арти. И ты, Эльбо... И ты, Герберт. И ты, Мартин, тоже прости меня... Все, к кому я не успел, кому я не сказал, что зло близко, простите меня..."

Глава 5

***

Вельбер очнулся в плотной синеватой дымке, среди мечущихся прозрачных пузырьков, которые, искрясь, танцевали вокруг него, медленно поднимаясь куда-то вверх.

"Вода? Я в воде?"

Под его ногами колыхалось белёсое, зыбкое дно с мелкими, присыпанными песком камнями. Невдалеке лежала скрученная якорная цепь, обросшая водорослями. Сразу за ней Вельбер увидел черный, бездонный провал, из которого потоками лилось красное сияние.

Он неуверенно шагнул к светящемуся разлому и течение с готовностью подхватило его. Ускоряясь, оно понесло его куда-то в глубину.

Он упал в пучину горячего красного сияния, и долго летел, двигался в нём, окруженный пульсирующим, режущим глаза огненным светом. Невиданные, фантастические вспышки пылали и переливались вокруг него. На секунду он закрыл глаза, а когда открыл, света уже не было, и он никуда не падал. Вокруг него висела неподвижная толща чёрной воды. Далеко внизу переливалось таинственными искрами океанское дно.

"Это сон" — догадался Вельбер: "тягучий, странный, похожий на какое-то забытье, или предсмертное видение... Но ведь я, кажется, ещё не умер. Я живу. Я чувствую, что живу... Возможно, это просто сон, и я могу беспрепятственно проснуться".

Взглянув на океанское дно ещё раз, маг поплыл наверх.

Бездна долго не хотела отпускать его. Мутная вода то светлела, то вновь становилась непроницаемой и чёрной. Работая руками, Вельбер терпеливо плыл и наконец, сквозь безрадостную толщу сверкнуло солнце, тьма рассеялась, и вода стала нежно-голубой. Тысячи солнечных лучей пронизывали ее, наверху, рассыпаясь брызгами, перекатывались волны и все ближе и ярче становилось небо, медленно плывущее навстречу.

— Тише, Тан, ты его порежешь! — негромко произнес чей-то приятный, низкий голос.

— Ты бы под руку не лез. Я свое дело знаю, только не мешай, — отозвался другой голос, тоже низкий, но какой-то бесцветный, хрипловатый и сухой.

— Да ты с него всю кожу снял, изувер! Тан, дай я сам... — вновь сказал первый.

— Заткнись. Что я сделаю, если с него кожа вместе с одеждой слазит? Хочешь сам попробовать? Да ради бога. Только не жалуйся потом, что получилось плохо...

— Да ну тебя... Возись сам, если так хочется. Мешать не буду.

Вельбер с трудом открыл глаза. Над ним раскачивался тёмно-синий шелковый полог, разрисованный жёлтыми полумесяцами и точками искрящихся, серебристых звезд. Волшебник чуть приподнялся. Справа от него лежал Арти и рядом с ним сидел плотно сбитый мулат с черными волосами, собранными в несколько косичек. В руках у него был короткий, загнутый нож, и он аккуратными движениями распарывал обгоревшую куртку Арти.

Чародей попытался шевельнуться, и тут же обжигающая боль пронзила руку. Маг вскрикнул и, тяжело дыша, рухнул на дно повозки.

— Ого! — мулат отложил нож и склонился над Вельбером, — Стэйн! — крикнул он куда-то в сторону — позови Вельдиса. Тут один в себя пришёл!

Полог над головой у Вельбера заколыхался и из-за него высунулся маленький, сухонький старичок в тёмно-сером плаще с крупной серебряной застежкой.

— Очнулся? Очнулся? — он суетливо склонился над магом и потрогал его лоб трясущимися руками, — вот и прекрасно! Вот и славно, родной! Как ты себя чувствуешь?

— Больно... — Вельбер взглядом показал на раненую