Жизнь Там 5 (СИ) - Татьяна Очер

все ж не последний маг у нас в городе. Так что у Переслава, слава Богам, в Маг классе все сложилось просто замечательно. А тебя значит обижают?

— Проснись у меня уже магия, я бы и сама кого хочешь могла обидеть. Вот они и пользуются. Пока.

— Понятно. А из семей эти ребята каких? Думаю к их старшему рода надо будет сходить, пусть своих отпрысков угомонят. Хотя, будет лучше если пойдет наш стряпчий, вместе с дедом.

— А стряпчий то для чего?

— А для того, ребенок, что родовитые и да потомственные маги, лучше всего понимают, и могут очень доходчиво все разъяснить и пояснить своим чадам, когда у них карман на глазах пустеет. По глупости, да задиристости этих самых чад. Так что вот прям завтра к деду своего стряпчего и отправлю. А они уж там вместе придумают, как там и что говорить надобно.

— Спасибо, Батюшка. Побегу я уже. Хочу до ужина порталом пройти.

— Беги маленькая, — отпустил дочь лер Борзов. А сам подумал Вот все у этих магов ни как у людей. Всегда и везде мальчишки друг с другом дрались. А тут… Надо будет тестя подробно расспросить что у них там за странные правила в этой Магической Школе, если мальчики могут себе позволить обижать девочку?

У входа меня уже ждала Грета с корзинкой в которой была крынка со сливками и печенье. А так же Матушка с сеткой полной крепеньких наливных яблок.

— Ух, ты ж! — обрадовалась я яблокам. — Откуда? Не сезон же.

— Рианон Климентьевна, так каждый год же ваша семья несколько ящиков с фруктами в хранилище с магическим стазисом резервирует. Вот время очередного ящика подошло. — тихо пояснила служанка.

Снова не помнишь? — печально спросила Матушка.

Я только пожала плечами.

— Только кое-что. За то могу это узнать заново, — улыбнулась я родительнице.

— Ладно уж, — обняла и поцеловала она меня снова. — Да, спасибо тебе за подарок для Петры. Здорово вы это с Вальдом придумали. Мы сегодня когда с утра к вам забегали, да как увидели эту прелесть — все были в полном восторге! А то еще не знаю сколько бы бегали по столице в поиске этой эксклюзивной ткани. А так мы уже и у портнихи были, и фасон выбрали, и даже раскроили. Так что теперь точно к балу успеем. И на балу наша Петра будет самой модной и красивой девушкой.

— А? Мм… Кх — кх! — от неожиданности закашлялась я.

— Не беспокойся. Мы все сразу поняли, что это ваш подарок. Так что пусть тебя не смущает, что вы не преподнесли его как положено. И, Макар, говорил, о том что рисунок еще мог не просохнуть. Но мы проверили. Все прекрасно высохло.

Глава 14

Марк сидел за обеденным столом и усердно выводил ненавистные кружочки, когда напротив него уселся усталый, но довольный Данила. Перед собой аккуратно положил весь в чернильных пятнах журнал с неопознаваемыми ныне картинками, на него поставил чернильницу, а рядом какой то низенький горшок с полсотней самописок. На каждую самописку был надет желтый колпачок с цифрой на нем.

— А это зачем? — кивнул на все приготовления дедова ученика Марк.

— Последнее задание наставника, — ответил довольный Данила. — Вот сейчас заправлю самописки и на сегодня все.

— А их что еще и заправлять надо? — удивился младшенький.

— А ты как думал?

— Я думал и берешь и пишешь. Все. — хлопая ресницами удивился мальчишка.

— Да-а, — протянул Данила. — Хорошо быть внуком артефактора.

Из-за широких плеч Данилы раздались сдавленные смешки Слава:

— Даже замечательно! Не дуйся, мелкий. Я тоже в твоем возрасте считал, что все самописки пишут вечно. В кране не переводится горячая вода, а свет никогда не гаснет. И очень сильно удивился, когда узнал что все это счастье работает на кристаллах, которые необходимо систематически перезаряжать.

— Кроме самописок, те нужно заправлять чернилами. — пояснил дедов ученик.

— И как часто? — полюбопытствовал мальчишка.

— Тебе хватит раз в неделю. А вот Рианон иногда и на день самописки не хватает.

— А колпачки с цифрами зачем? — спросил Марк.

— А эти люди принесли. Вот чтобы их не перепутать у каждой свой номер.

— А почему тогда у этой 23-й номер и у этой тоже. И у тех двух.

— Потому что один человек сдал сразу четыре самописки.

— А какая их них Рианон?

— Та что без колпачка. — пояснил Данила.

— Таких целых две.

— Ага, две она всегда с собой и носит.

— Кстати о Рианон, — раздался голос Макара. — Время ужина скоро. А ее до сих пор нет. А вы, молодые люди, заканчивайте с занятиями, мне нужно накрывать на стол.

— Пять минут, — отозвался Данила.

— Ага, — подтвердил Марк. И принялся дорисовывать кружочки, от усердия аж высунув язык.

— Макар, — позвал слугу Слав: — а что у нас на ужин?

— Сейчас принесу и увидите.

Между тем Марк вывел наконец-то последний кружочек у себя в тетрадке и с чувством выполненного долга захлопнул тетрадь и отложил самописку. Все он к приему пищи готов.

Слав Боком уселся на один из стульев и сейчас с интересом наблюдал за действиями Данилы. Ученик артефактора же, уже закончивший наполнять чернилами самописки, отодвинул в сторону чернильницу и теперь аккуратно, по одной, брал самописки с журнала и протирал им самые кончики смоченной в каком-то растворе тряпицей. После этой манипуляции кончик самописки, испачканный в чернилах, становился идеально чистым. И только тогда он ставил их обратно в горшочек.

Меж тем младшенький сидя на стуле и держа в руках свои письменные принадлежности раздумывал, сейчас их отнести к себе в комнату или после ужина, когда его задумчивый взгляд упал на одиноко стоящую чернильницу. Та стояла как раз в точке выхода силы в их гостиной. А что ему говорил магистр Шторм? Тренироваться. Так? Так. И при помощи уже отточенного магического пасса чернильница легко взлетела вверх.

В это время из кухни появился Макар неся огромное блюдо с их ужином. Распространяя вокруг одуряющий запах мяса и трав. У Слава и Данилы одновременно заурчало в животах.

— Сегодня на ужин жаркое из крольчатины. — довольно провозгласил слуга водружая свою ношу на стол. И отходя к буфету чтобы взять тарелки и приборы.

— Ой! — завопил во весь голос младшенький, у которого от одуряющего аромата ужина подвело живот и сбилась концентрация. А про второе заклинание он и вовсе забыл. Совсем. Чернильница, оставленная без магической поддержки, тут же сверзилась вниз. Стукнулась дном о край блюда, отскочив от него ровнехонько опрокинула свое содержимое в жаркое, боком шмякнувшись туда