Добрый - Дмитрий Дмитриев

Так, один оборот вокруг своей оси. Второй. Тяжело, неудобно, но реально. Всё, девочки, жареный Сергей Анатольевич в собственном соку и с яблоком в зубах вам на ужин сегодня не улыбается. А то устроили тут фаер-шоу.

Внезапно на очередном обороте вокруг себя моя спина упёрлась в стену. Стену капитальную, могучую и нерушимую, как основы мироздания. Я это почувствовал всем, что с ней соприкоснулось, а точнее плечом и тем промежуточным местом между спиной и ногами, которое в приличном обществе называть вслух не рекомендуется. Это самоё место тут же выдало примерно следующее:

«Всё, Серёга, чувствую, как никогда. Готовься, сейчас вся жизнь замелькает перед глазами. Можешь не запоминать. На фиксирование её в мемуарах времени не останется».

Собственно, сейчас я был со своей худощавой пятой точкой согласен как никогда. Искрящееся и играющее всполохами пламя уже не текло двумя ровными реками от огненного гейзера, образованного этими двумя саламандрами-переростками. Оно обогнуло их по дуге и, оставив им два островка каменного основания пещеры, захватывало новые свободные пространства с настойчивостью морского прилива. Моё внутреннее Я, ещё не согласное повторить плачевную участь Жанны д’Арк, металось взглядом по пещере в надежде найти ту последнюю соломинку. Но увы. Данная инквизиция решила, что костёр лучше реки, и соломинки только послужат дополнительным быстросгораемым топливом.

— Эй, жар-птицы, может, хватит?! — попытался я докричаться до двух принцесс сразу. — Тут сейчас человек заживо прожарится.

Ответ на мои вопли был ровно никакой. Ни одно ухо не дёрнулось, не говоря уже о мимолётном взгляде в мою сторону.

— Я говорю, спички детям не игрушка, а огнемёты в бабских руках — мировой катаклизм локального масштаба.

Куда там! Проще было выпросить понимания у стены, которую я сейчас подпирал, и уговорить её расступиться компактной, но длинной пещеркой для моего быстрого исчезновения с огненного поля боя.

— Всё, курицы, вы меня достали. А ну, на «раз» — сидеть, на «два» — смирно, на «три» — погасить пламя! — Во мне проснулся мой ротный, лихо командовавший мной в армии. Хотя даже ему я сейчас бы дал сто очков вперёд. — Кому непонятно со стороны головы — занесём со стороны задницы. Вмиг пятиконечных звёзд на ягодицах нарисую.

— Убью! — голоса Хлои и Мары слились в едином порыве.

Их «огнедышащие» взгляды вдруг уставились в мою сторону. Огненный торнадо мгновенно перестал бушевать на одном месте и ринулся в направлении меня, набирая скорость с каждой секундой.

Наверное, на моём лице застыла гримаса вселенского, безмолвного ужаса. Да что там, наверное, точно застыла, хотя я себя и не мог видеть со стороны. Помню только, что рот мой перекосился в беззвучной гримасе. Глаза прямо выкатились из орбит и уставились, не мигая, на приближающийся огненный столб, ревущий уже в десятке сантиметром до меня.

И всё... Сознание милостиво решило не подвергать меня последнему жизненному испытанию — сгоранию в геенне огненной. Судя по всему, у моего сознания было больше человечности, чем у меня. А я ведь даже не успел его поблагодарить. Но, думаю, оно не обиделось. Ведь любой бы на моём месте не успел.

Глава 5

Глава 5

— Дура ты, Мара, чуть человека не угробила!

— Нет, вы посмотрите на неё! Это я дура? А сама-то лучше, что ли? Накинулась на Серёжу, как разъярённая фурия. Кто кричал «убью!»?

— Ты.

— И ты.

— Ну ладно, вместе кричали. А дура всё равно ты. Если бы не накинулась на меня, ничего бы и не было. С какого перепугу тебя понесло?

— А кто войну против варов развязал? Матушка твоя. Ни с того ни с сего. Всё было мирно, тихо, по-дружески, как добрые соседи. И на тебе... И главное — коварно, без объяснения причин.

— Войну... матушка... Мара, не неси бред...

— Слушай, я тебя сейчас точно прикончу, если не замолчишь. А так, просто возьму в плен и обменяю на окончание войны. Я, когда тебя на поляне увидела, аж завизжала от счастья. Надо же, такая удача! Сама в руки пришла. Вот, правда, засомневалась немного, слишком просто тебя оказалось в дурманный сон ввести. Даже сопротивления не было. Хотя силы вокруг тебя витали. Но подумала, вдруг морок сильный.

— И ты решила проверить? Побег устроить и по катакомбам погонять.

— Должна же я была убедиться.

— А братьев зачем отпустила?

— Сдались они мне. Принцесса ты. Сестёр у тебя нет. Власть наследуешь ты. А их пои, корми, на обмен транспортируй. Сами доберутся — не маленькие.

— Ты говоришь — война. А если их убьют по дороге?

— Обижаешь, варам дан приказ их не трогать и даже оберегать. А до своих доберутся — там уж они принцы. Мне их жизни не нужны, я не такая кровожадная, как некоторые. Да и взять тебя было проще одну, я же видела, что ты из последних сил. Побоялась даже, что скончаешься от усердия, и накроется весь обмен пушистым холмиком. Но нет, справилась.

— Ты говоришь, что мы вам войну объявили?