Лиланд Модезитт - Война гармонии

— Эй, что с тобой? — спросил Мартан.

— Все в порядке, — отозвался Джастин.

Когда Джастин начал отцеплять корзину воздушного шара, из хижины на склоне вышел бородатый пастух.

— Что вы делаете на моем выгоне? — воскликнул он, сердито подняв посох.

Шагнув вперед, но разумно оставшись вне пределов досягаемости суковатого пастушьего посоха, инженер сказал:

— Меня зовут Джастин, я Серый маг с Отшельничьего. Я намерен собрать здесь устройство, с помощью которого попытаюсь сокрушить Фэрхэвен и Белых магов. Хочешь посмотреть — оставайся, а боишься — уходи. В любом случае, все это не продлится дольше дня.

Театрально пожав плечами, Джастин пропал из виду и, тут же появившись, кинул пастуху монетку, которая упала на землю.

— Возьми, там золотой. Считай это платой за порчу твоего луга.

Бородач молча подобрал монету и попятился, исподлобья поглядывая на моряка с луком и двух магов.

Джастин отцепил корзину и, насвистывая, потащил ее на вершину. Впрочем, ноты казались свинцовыми даже ему самому.

— Что еще нести? — спросил Мартан.

— Возьми, что сочтешь нужным из оружия, а Гуннар принесет еды.

— А зачем тащить все это на вершину? — спросил Гуннар.

— Да потому, что вершина наверху, — буркнул Джастин. — Это самая высокая точка на холме. Я не в лучшей форме.

Оставив корзину на вершине, он пошел назад к «Демону».

Гуннар, пожав плечами, последовал за ним.

К тому времени, когда Джастин устало уселся на землю, солнце почти добралось до зенита. От нагревательной печки труба шла к оболочке шара, и горячий воздух начал наполнять оболочку.

— Что теперь? — спросил Гуннар. Продолжая возиться с линзой, Джастин ответил:

— Поставим щит, но небольшой, только для того, чтобы обратить на себя внимание Белых. Как заметят нас, тут же уберем.

— А вдруг они не заметят? — усомнился Мартан.

— Еще как заметят, — усмехнулся Джастин. — Для того-то я и припас эти штуковины, — он кивнул в сторону лежавших на пожухлой траве вогнутого зеркала и кристаллической линзы. — Мы подадим им сигнал.

— Чего я и опасался, — проворчал Гуннар, массируя затылок. — А потом?

— Потом я подготовлю шар и оптическую систему, а вы с Мартином соорудите каменное укрытие.

— Укрытие? — подал голос Мартан. — Я прибыл сюда сражаться, а не прятаться!

— Сразишься еще, — заверил его Джастин, — но не раньше, чем я померяюсь силой с Белыми магами. Твоя задача будет заключаться в том, чтобы охранять Гуннара, пока он будет обеспечивать для меня безоблачное небо. Маг, посылающий чувства в небеса, чтобы управлять погодой, не в состоянии позаботиться о собственной безопасности.

— А кто обеспечит твою безопасность?

— Я буду парить в воздухе, в корзине воздушного шара, недосягаемый почти для любого оружия, — ответил Джастин, пожав плечами. — Но место там есть только для одного.

150

Луч света, направленный с вершины холма, вновь заиграл на стене Белой Башни.

— Из-за этого проклятого инженера у меня голова трещит, — проворчал Белтар, щурясь от слепящего света.

— К чему он и стремится, — заметил Элдирен. Голос его звучал спокойно, однако худощавый маг то и дело потирал лоб или шею, а порой его пальцы нервно поглаживали шрам над бровью.

— Но чего ради он затеял игры со светом? Свет, как известно, в основе своей хаотичен, — промолвил Белтар.

Теребя пальцами амулет — знак своего высокого сана, он подошел к окну и тут же повернул назад.

— Этот луч каким-то образом гармонизирован, — заметил Элдирен, облизав губы. — Видимо, поэтому он столь ярок.

— Ты, вроде бы, говорил, что инженер заявится в Фэрхэвен, — напомнил ему Белтар, снова подходя к окну и глядя на юг.

— Мне так казалось. И не так уж сильно я ошибся — он совсем рядом с городом. Или ты предпочел бы увидеть источник этого света там, на площади? — худощавый маг указал на восточное окно, выходившее на открытое пространство, поросшее зеленой травой.

Слепящий луч снова заиграл на стене башни, и магическое зеркало слегка загудело.

— Проклятый демон! Он собирается расколошматить все магические зеркала! Не пора ли начать Совет?

— Ты велел передать всем, что будешь ждать их к середине утра.

— Сейчас и есть середина утра.

— Не совсем, — возразил Элдирен. — Большинство еще на пути к Палате Совета. А какого решения ты хочешь от них добиться?

— Полагаю, что нам — разумеется, под прикрытием Железной Стражи и копейщиков — следует двинуться на юг и объединенными силами обрушиться на этого... инженера.

— А ты не думаешь, что он именно этого и добивается?

— А мне плевать, чего он добивается! До каких пор можно его игнорировать?

— Я мог бы игнорировать его очень долго.

— Но у меня такой возможности нет. Я, если ты не забыл, Высший Маг, а это обязывает. Совет будет ждать от меня решительных действий, и если мы не предпримем их сегодня же...

— Возможно, они захотят, чтобы ты предпринял эти действия в одиночку. От Высшего Мага, знаешь ли, требуют великих свершений.

— Но ты ведь понимаешь, что Черный, способный сотворить... такое, более чем способен потягаться с любым из Белых.

Элдирен слегка улыбнулся, отчего его физиономия приобрела сардоническое выражение.

— И нечего улыбаться, — буркнул Белтар. — Я, по крайней мере, признаю это и собираюсь действовать исходя из реальной оценки сил. А ты, как я понимаю, до сих пор утверждаешь, будто его прикончил. До чего же прытки эти дохлые инженеры!

— В лучшем случае они будут настаивать на том, чтобы ты сфокусировал в себе общую магическую энергию.

— Да знаю, знаю!

Глубоко вздохнув и взглянув с явным сожалением на опустевшую винную бутыль, Белтар облизал губы, резко встал и распорядился:

— Позови Джихана.

— Он внизу, — поднявшись со стула, Элдирен вышел на площадку и, не закрыв за собой дверь, позвал: — Джихан!

Белтар снова подошел к южному окну и на сей раз кроме вспышек света увидел нечто новое и совершенно неожиданное.

— Шар! Этот поганец надувает матерчатый шар горячим воздухом. Что он затеял?

Белтар покачал головой и, услышав приближающиеся шаги, повернулся к двери.

Двое чародеев вошли в покои Высшего Мага и остановились в ожидании.

— Джихан, сразу по окончании Совета найди маршала Килеру и вели ему собрать всех имеющихся под рукой бойцов. Всех до единого, и Железную Стражу, и копейщиков. Как только заседание завершится, мы выступим против Черных.

— Как будет угодно, — отозвался Джихан. — Надо полагать, такое решение примет Совет?