Андрей Назаров - Найти себя

Богиня Красоты, и ее ведь нужно было убить… Он не смог бы это сделать, ведь он ее любил… А может быть и смог, но после этого он стал бы совершенно другим.

Кстати, Удола. Может ли теперь она сейчас, получив частичку Божественной Силы своей матери как-нибудь помочь графу Зануилу и принцессе всё-таки разобраться со своими чувствами? Нужно попробовать попросить ее об этом. Или не просить? Не должны ли смертные сами разбираться в своих чувствах?

А что делать ему? Искать Хранителей? Или что-то сделать в Сатаре? Начать формировать свой культ? Сейчас, после смерти Высших Богов в Нижнем Мире разгорается нешуточная война. Империя Дан постарается завоевать Империю Новых Богов. В Море Слез уже вошел флот Империи Дан, он захватил все островные города Берега Моря Слёз, а Империя Новых Богов — всё побережье. Не исключено, что силы маркиза Натана уже могли столкнуться с войсками Империей Дан. Да, о Береге Моря Слёз уже можно забыть. Это государство исчезло из этого мира, будто его никогда и не было. Нужно ли ему поддержать одну из сторон в предстоящей войне, которая наверняка разразиться, или сделать так, чтобы ее не было? Должен и может ли он вмешиваться в дела смертных? Вопросы, Вопросы.

Аторн, даже по меркам смертного был слишком молод, чего уж говорить о богах, и никто не мог подсказать ему верного ответа, он всё должен решить сам.

А в это время где-то далеко неисчислимые орды Хаоса может быть уже собираются, чтобы напасть на Сатар. Как только они найдут сюда дорогу, битва с Хаосом неизбежна.

Руила говорила, что он должен чувствовать Хранителей Мироздания. Значит, он может найти их в одном из миров. Он может пройти через проход между мирами, найти Хранителей и задать им все нужные вопросы. Как остановить Хаос? Можно ли не допустить открытия межмирных порталов? Он может спросить, как возродить Руилу и нужно ли ее возрождать. Хотя, безусловно, если Руила возродится, это поможет ему завоевать Удолу…

Он может посещать другие миры. А эти маги? Если он их встретит, как они воспримут его? Если идти в другие миры, то, наверное, опять не следует показывать свою сущность Бога… И можно взять с собой Ликею. Она пригодится, да и что она будет делать в Мире Сатара, если он уйдет отсюда. Как ей понравился его подарок — лук Скредена! Она смогла вызвать на нем стрелы, ведь в ней была частичка Бога, частичка его, Огненного Аторна…

Аторн смотрел на текущую воду. Была поздняя осень, но было не так холодно — Звезда Сатара заметно пригревала. Хотя ему, носящему в себе первородный огонь, вряд ли когда-нибудь теперь может быть холодно.

Было не холодно, но природа готовилась к зиме. Птицы не пели, бабочки, кузнечики и прочая живность пропали. Деревья покрылись пожелтевшей листвой.

Аторн никак не мог разобраться с климатом Земли Сатара. Его брат, ныне уже покинувший этот мир, Ладхор-Созидатель так изменил его, что погода была примерно одинаковой на всем этом гигантском материке. Здесь, на Земле Сатара было одно и то же время года с небольшими различиями на севере и на юге. Но после смерти Старого Бога всё постепенно менялось, недаром в центре Земли Сатара возникла пустыня. Когда-нибудь климат придет к своему естественному состоянию. Как это повлияет на людей? Выживут ли они? Конечно, выживут! Ведь люди существовали и даже успели создать государства еще до появления Ладхора-Созидателя.

Но изменение климата наверняка повлечет за собой громадные переселения масс людей. И опять войны, войны…

После гибели Великого Лика и Богини Жизни все храмы, построенные в честь этих богов и подпитываемые их силой, рухнули. Правда, Великому Лику был посвящен всего лишь один храм, стоявший в Агреле, но и этого хватило, чтобы под его обломками закончили свою жизнь несколько сотен людей. Бывшему Высшему Жрецу Великого Лику, полубогу Суру, несмотря на то, что и он оказался под завалами Храма, удалось выжить. Всё-таки он был очень крепок. Это было хорошо, так как после вторжения воинства Хаоса в живых осталось всего лишь несколько полубогов, те, кто находился в Нижнем Мире, и пережившие сражение в Верхнем Мире. Полубоги были сильны и тоже не помешают при нападении Хаоса. Естественно, ничего не случилось и с его огненными воинами — Волками Смерти. Сейчас они опять находились внутри его. Как понял Аторн, это чем-то напоминало уход Праматери в первородный огонь, когда она еще существовала. Волки Смерти тоже как-то уходили в первородный огонь, находящийся внутри самого Аторна. Или это Аторн втягивал их в себя.

Сохранилось несколько небольших храмов Богини Жизни, которые находились в маленьких городках. Эти Храмы были столь малы, что при своей жизни Удина не обращала на них особого внимания и не подпитывала их Силой. Храмы построили люди, это их и спасло. Вот, правда, теперь они после смерти Богини Жизни стали не нужны. Смертные решали, что с ними делать. Посвятить их Богине Красоты? А может быть, Богу Ветров? Он, ведь теперь Высший Бог. Или впервые в истории Мира Сатара Низшему Богу — Скредену?

Бывшие адепты Богини Жизни теперь могли быть лишь обычными лекарями, хотя лекари всегда нужны в этой жизни, и без работы они не останутся. Не повезло нескольким десятков адептов Богини, которые совершали ритуал обращения к ней в тот момент, когда она умирала, открывая Врата Хаоса. Объединенные с ней через ритуал, они непроизвольно были втянуты в это действо, и Врата высосали из них все жизненные силы. От таких адептов остались только высохшие мумии.

Бог Ветров целыми днями носился по Миру Сатара и испытывал свою новую, высшую Божественную Силу. Ничего другое его пока не волновало. Острибу удалось создать себе из жгутов воздуха полупрозрачный могучий торс и руки, а нижняя его половина была похожа на клубящийся пар. Этим внешне он напоминал Аторну огнедуха. Только огнедух состоял из огня, а Остриб — из воздуха.

Удола, Богиня Красоты, уединилась во Дворце Богов и переживала смерть отца, а также внезапную встречу с матерью и ее полусмерть. До смертных сейчас у нее не было никакого дела.

Аторн смотрел на воду. «Сатар или Хранители, Сатар или Хранители…», — одна и та же мысль не выходила из его головы.

Аторн присел, зачерпнул ладонями воду и стал смотреть, как она постепенно вытекает через его пальцы обратно в реку.

Да, время подумать еще было. Но он понимал, что это время может незаметно истечь и исчезнуть, как исчезает, убегая из его рук, вода.

По пыльной дороге шел человек. Сейчас его мало бы кто узнал, хотя совсем недавно он был хорошо знаком могущественнейшим людям Империи Дан. И эти могущественные люди его слушали. Это был бывший пророк. А может быть, и не бывший. Кто знает?