Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I

— Этот последний крысочеловек направлялся именно сюда, так что, я думаю, здесь есть выход.

Готрек покачал головой и рассмеялся глубоким, раскатистым смехом. Неуклюже перейдя на бег, он прорвался сквозь пламя и выбрался на улицу. Звуки боя возобновились.

Феликс вздохнул, проглотив проклятие.

— Горящий город, полный крысолюдей? Ну конечно, какой ещё другой путь.

Уильям Кинг

Волчьи наездники (не переведено)

Не переведено.

Натан Лонг

Честь рубаки (не переведено)

Не переведено.

Джош Рейнольдс

Бочонок "Винтерса"

— Снорри уже хочет выпить! — радостно крикнул Снорри и опустил свой молот на заострённую голову гоблина. Всхлипнув, гоблин упал на плодородную лесную почву. Зеленокожий ещё дёргался, когда Снорри перешагнул через него и вырвал топор из его приятеля. Гоблин свалился на землю, когда приколовший его к низкорослой сосне топор вышел из тела. Вытирая лезвие о штанину, Снорри огляделся.

Гоблины устроили засаду со всей хитростью прирождённых негодяев. Полных три десятка низкорослых созданий вырвались из укрытий как раз тогда, когда Снорри и его спутники начали своё восхождение на склон. В грязных балахонах, с налепленными на них листьями и ветками, гоблины явно поднаторели в нападениях на торговцев, что оказались достаточно смелыми, чтобы выбрать этот маршрут через перевал Чёрного Огня, а не Старый Гномий Тракт.

Вот только, к сожалению для зеленокожих, Снорри и его спутники были совсем не торговцы. Яркий тому пример — Волг Шталь из Аверхайма, лидер импровизированной экспедиции. Шталь, иногда называемый «Толстяк», был могучим мужчиной с ещё более могучим голосом. Облачённый в потрёпанный пластинчатый доспех, он орал похабную застольную песню, когда снёс трёх гоблинов сразу одним взмахом своего огромного меча.

— Ха-ха! Поспеши, истребитель! Победитель угощает! — взревел Шталь, его имбирного цвета бороду покрывала гоблинская кровь. Рядом с ним, трое его собратьев-рыцарей, также не отставали. Впрочем, в то время у храмовников ордена Чёрного Медведя было достаточно возможностей попрактиковаться в сражениях с гоблинами. На самом деле, за исключением шугания полуросликов, это было их излюбленным времяпрепровождением. Однако Шталь и его братья-рыцари покинули тёплые пивные Аверхайма и променяли их на холодные пики перевала Чёрного Огня не только ради славы и чести, но и по просьбе последнего члена их компании.

В нескольких футах от рыцарей, это лицо воткнуло крюк, который заменял ему левую руку, в ухо гоблина и злобным рывком сломал тощую шею твари. Он был гномом и, как и Снорри, Истребителем, хотя его гребень ещё и был невелик, а борода едва-едва отросла после ритуального бритья в храме Гримнира. Он называл себя Груди Полурукий, хотя братья Чёрного Медведя знали его под другим именем.

Некогда Груди Полурукий был Груди Винтерсом, сыном Олгепа Винтерса, мастера-пивовара и близкого друга Каспиана Родора, бывшего верховного магистра ордена Чёрного Медведя. Теперь Родор и Винтерс были мертвы, как и пивоварня. Именно поэтому они все и были здесь сегодня, сражаясь с гоблинами на заросших низкорослым кустарником склонах Чёрных гор.

Бодро насвистывая, Снорри со всех ног рванул к драке, затухающий солнечный свет отражался на трёх металлических гвоздях в его черепе, которые заменяли гребень истребителя.

— Оставь Снорри немного, толстяк! — крикнул он, набирая скорость. В последний момент истребитель метнул себя вперёд, врезавшись в ряды гоблинов подобно удару молнии, размахивающей молотом и топором.

— Не называй меня толстяком, коротышка! — прорычал Шталь, хватая гоблина и ломая ему шею. Он бросил тушу в Снорри, и та отскочила от массивных плеч истребителя. Снорри расхохотался без единого намёка на раскаяние и наступил на гоблина.

Гоблин сдавлено пискнул, а затем на склон опустилась тишина. Снорри огляделся, разочарование, словно плащ, накрыло его.

— О, они что, уже все мертвы?

— Нет. Несколько уродцев смылись, — ответил один из рыцарей, устало опускаясь на сухую корягу. Затем он снял шлем и провёл рукой по взмокшим волосам. Огромный блондин, Ангмар из Нордланда, был новичком в Ордене, хотя хмурое выражение на его лице говорило о том, что, несмотря на молодость, на его долю выпало достаточно, и мало что из выпавшего можно было назвать хорошим. — Живы, братья? — продолжил он. Два других рыцаря откликнулись один за другим. Они были необычной парой, даже среди пёстрых рядов рыцарей ордена Чёрного Медведя.

— Я пока жив, дамы Аверхайма могут быть спокойны, — ответил Фландерс Драль, красавец, с изящно подстриженными усами, воспитанник Мариенбургской школы дуэлей ради забавы и прибыли. Вооружён он был рапирой, а не полуторным мечом, и был облачён лишь в кожу и кольчугу. Рядом с ним — Грим Хоган, кислевит с лицом, напоминающим грозовые тучи, и тяжёлой булавой, покрытой кровью.

— Пфф, гоблины. Было бы о чём заботиться, — крякнул он. — Они бегут, как крысы, едва им окажут сопротивление.

— А почему бы им и не сбежать? Мы — могучие воины, разве нет? — рявкнул Груди Полурукий, стукнув крюком по обнаженной груди. Мгновение спустя он побледнел, и некоторое время провёл, пытаясь вытащить из груди кончик протеза. Снорри усмехнулся и другой истребитель уставился на него. — Ну, некоторые из нас могучие воины, — злобно добавил он. — Другие — просто дряхлые старики с ржавым черепом!

— Сейчас Снорри не чувствует себя столь же могучим, сколь его жажда, — сказал Снорри, не обращая внимания на насмешку. — Где эта твоя пивоварня, Груди Полурукий? Где бочонок «Винтерса», который ты обещал Снорри?

— Уже близко, Носокус. Просто подняться вверх по склону, — ответил Груди, проведя крюком-протезом по своему щетинистому гребню. — Там, где я оставил… — он запнулся и покраснел. — Где я последний раз видел его.

Снорри хмыкнул. Два истребителя различались, как день и ночь. Груди был молод и стремился умереть, в то время как Снорри был… Снорри.

Больше и шире, чем большинство гномов, Снорри напоминал бочонок из мускулов, которые равно покрывали шрамы-рубцы и татуировки. Его гребнем были три металлических гвоздя, некогда окрашенные, но с тех пор потускневшие, выщербившиеся и покрывшиеся ржавчиной. Груди предполагал, что последнее и было в ответе — по крайней мере, отчасти — за некоторую тугодумность Снорри. Ржавчина в голове вряд ли могла быть полезной для мозгов. Но, впрочем, то же самое можно было сказать и о гвоздях.

— Снорри думает, что мы должны найти это пиво, Груди Полурукий, — продолжил гнуть своё Снорри, похлопывая молотом о бедро, напоминающее ствол дерева. — Убийство гоблинов вызывает у Снорри жажду.