Шамраев Юрьевич - Белый туман

— Это всё? — Да, потом я просто вырубился. — Это хорошо. — Хорошо, что вырубился, или хорошо, что именно эти слова произнес дракон? — И то и другое хорошо. — Объясни, — потребовал я. — Вот сначала сходи туда, где все равны, а потом я тебе все объясню…

Потом Фея пренебрегая этикетом сама помогла мне одеться, а я продолжал любоваться ею. — Почему ты так странно смотришь на меня? — Я просто тобой любуюсь, и что бы избавить её от смущения, я поинтересовался, — Так ты расскажешь мне в чем дело?

— Видишь ли мой господин… — Зови меня просто Зиг, так меня зовут, звали мои домашние. — Нет, вот когда мы проведем обряд создания семьи, тогда можно будет, а пока нет. Я не понял почему нельзя, но вспомнив слова отца о том, что у женщин своя логика, которая нам зачастую непонятна, счел за благо просто промолчать… Так вот, мой господин, — продолжила Фея, — последние слова дракона очень важны. Если б он тебя проклял, то ты умер бы в течении года и никакая магия, ни что, даже Всеблагой не в силах были бы это проклятие снять. А вот насчет знаний и силы, — это хорошо, я потом, после свадьбы, тебя научу, как пользоваться этим даром.

— А что насчет кары за обиду, если я тебе её причиню? — Так оно и будет, мой господин, так что лучше не обижай меня, — и она прижалась ко мне. И тут я не выдержал, я поцеловал её крепко, крепко в губы. Это был мой первый поцелуй, но не последний…

3

Фея отодвинулась от меня, но глаза её смеялись. — Мой господин, а вы не торопитесь? Вы же ещё не объявили своего решения. — Какого решения? — не понял я. — Ну как же, вы, победив дракона стали законным королем Флоры и теперь должны решить, что делать со мной, — то ли заточить в темницу, то ли жениться. Ведь герольд ясно об этом объявил, когда оглашал условия поединка. — Да? А я этого не помню. Ну да нечего страшного. Видишь ли, я помимо всего прочего ещё являюсь и жрецом Всеблагого и могу совершать обряд создания семьи. Дай ка мне свою руку и пока Фея что то там соображала, я этак быстренько проговорил соответствующую молитву и закончил традиционной фразой: — Объявляю нас мужем и женой, по воле Всеблагого, брак заключен!

— И всё? — Всё, — с чувством глубокого удовлетворения произнес я, — теперь мы перед Богом и людьми муж и жена. — А свадьба, а мои свадебные наряды? — губы у Флоры затряслись и она вот вот могла расплакаться. — А что свадьба? — переспросил я, — как обычно не больше пяти дней, приглашения начнем рассылать сегодня же. Хотя пять дней наверное много, лучше три. А как у вас тут принято? — Что три дня? — не поняла она. — Ну свадьба будет длиться всего три дня, хотя если ты настаиваешь и гостей будет много, то пусть уж так и быть — пять. — Так свадьба все таки будет? — переспросила она. — А ты что не хочешь свадьбы? — теперь уже переспросил я. — Конечно хочу! — Ну вот и прекрасно.

— И все равно я не поняла. Разве сначала не нужно было сыграть свадьбу и только потом стать мужем и женой? — Нет конечно, — уверенно ответил я, уж что, что, а это правило я запомнил с первого раза, — сначала надо провести брачный обряд, объявить о заключении брака и лишь только потом можно играть свадьбу. По крайней мере таков обряд установленный Всеблагим и не нам его менять. — Так мы что теперь стали мужем и женой? Я взмолился про себя, — Боже, Всеблагой, неужели все женщины такие? А голос сверху мне ответил:- Хуже!.. Лишь только тех мы женщин выбираем, которые нас выбрали уже… Живите в мире и счастье дети мои…

Я оторопело потряс головой. Это кто сейчас со мной разговаривал? — Фея? А это кто сейчас со мной разговаривал? Она внимательно посмотрела на меня, даже потрогала мой лоб и её прикосновение мне понравилось. — С тобой никто сейчас не разговаривал, а ты что слышал голоса? — Да нет, только один голос, он пожелал нам счастья и сказал, что это не я беру тебя в жены, а ты выбрала меня. — В любом случае голос прав, — я сама предложила тебе взять меня в жены, но тем не менее, мне кажется, что тебе надо лечь в постель и ещё немного полежать. Пойдем я провожу тебя в нашу спальню…

Пока мы шли в другой дворец,(какие то они здесь маленькие и ажурненькие, того и глядишь рассыпятся, если ненароком задеть плечом) Фея раздавала распоряжения по приготовлению к свадьбе… Так что когда мы подошли к королевскому дворцу, все вокруг уже кипело и бурлило. На удивление, дворец внутри оказался значительно больше и надежнее. Стены, что с наружи выглядели тонкими и непрочными, на деле оказались сделанными из массивных каменных блоков, задрапированных гобеленами, коврами и прочими тряпками с цветочками и бабочками, на которые так падки женщины. Ни одной сцены охоты, или рыцарского поединка. Вдоль стен вазы, вазоны и прочая ерунда. А где доспехи, мечи, щиты?

— Дорогой, тебе нравится? Я сама украшала наш дворец. Правда красиво? Конечно красиво, у тебя прекрасный вкус, но если ты не против, я со временем немного здесь кое что подправлю. Так, чуть-чуть. Мы прошли какими то боковыми коридорами и оказались у красивой двери с резным узором. Две милые девчушки открыли её перед нами и мы оказались в огромной спальне. Вспоминая свою небольшую комнату, я поинтересовался, — Это что, парадная спальня? Надеюсь настоящая спальня не такая большая? — А другой у меня нет. На ритуале моего пробуждения и одевания присутствует как минимум человек сто пятьдесят, двести, а в особые дни и все триста. А если спальня будет меньше, то как они все здесь поместятся?

— Дорогая, ты хочешь сказать, что каждое утро мы будем просыпаться и одеваться под неусыпным взором сотен глаз? — Конечно, более того, они ещё будут одевать нас… — Стоп, стоп, а как ты это себе представляешь? Меня что будут одевать твои девчонки? — А что тут особенного, меня же они одевают? — Как бы тебе поделикатнее сказать, ты с ними одного поля ягодка, а я все таки мужчина. И как я должен реагировать, что, — тут я постарался придать своему голосу нежность и выразительность, — ласковые девичьи руки будут меня раздевать, одевать, поправлять на мне одежу… во всех местах. Только тут до неё дошло. Она остановилась и стала хлопать своими огромными глазищами.

— Вот видишь, в вашем, в целом женском королевстве, надо некоторые правила менять… — Не в вашем, а в твоем. Ты теперь полноправный король. А мужчин у нас действительно мало. — А в чем причина? — Войны… — А с кем воюем? И вообще, радость моя, просвети своего короля об устройстве королевства, соседях и всего прочего. — Тогда пойдем в твой рабочий кабинет, там говорить удобнее. И мы прошли в комнату заставленную цветами, женскими безделушками, зеркалами и прочей дребеденью, что однозначно указывало на то, что это женская комната. Она церемонно подвела меня к креслу и пыталась усадить. С опаской я поместился в нем. Оно заскрипело, закряхтело, но не развалилось.