Линн Флевелинг - Луна предателя

Теро стиснул плечо Беки.

— Это мы выясним, — пообещал он. — Что случилось потом?

— Я все равно собиралась сюда вернуться, так что позволила ему меня привезти. Остальное ты знаешь.

Клиа попыталась заговорить, но сумела издать только какой-то шипящий звук. Огорченная, она выразительно посмотрела на Теро.

— Ты хорошо справилась, капитан. Теперь тебе нужно вымыться и отдохнуть, — сказал он, провожая Беку к двери.

— Что насчет Клиа? — шепотом спросила она Теро. — Удалось тебе узнать у нее, кто на нее напал?

— Нет, яд подействовал на ее память. Клиа, по-видимому, не помнит ничего, что было после отъезда на охоту.

— Жаль! Мне не нравится идея покинуть Ауренен, не увидев, как свершится правосудие.

— Не это больше всего тревожит Клиа, — ответил Теро. — И ты тоже не забывай: впереди голосование. Твой долг — сделать все что можно для успешного исхода.

Вернувшись наконец в казарму, Бека услышала радостные приветствия собравшихся там солдат.

— Похоже, тебе несладко пришлось, капитан! — воскликнул Бракнил, протягивая ей кружку рассоса.

Бека с благодарностью выпила вино, радуясь теплу, которое разлилось по ее измученному телу.

— Не хуже, чем обычно, — сказала она, отвечая улыбкой на улыбки. — Мне только не хватало вас всех, чтобы помочь разделаться с разбойниками.

Проверив, правильно ли расставлены часовые, Бека поручила командование Бракнилу и отправилась в свою комнату, чтобы привести себя в порядок. Разглаживая плащ, надетый поверх чистой туники, Бека коснулась вышитой на нем эмблемы: скрещенных сабель, поддерживающих корону.

Долг…

Бека вспомнила, как Ниал сидел у костра, глядя на нее прозрачными карими глазами, в которых читалось одно только терпение.

«Я хотел убедиться, что ты в безопасности:..»

Тихий стук прервал ее мысли.

— Войдите, — пробормотала Бека, поспешно вытирая глаза. Это оказалась Меркаль. Отдав Беке честь, женщина осторожно прикрыла за собой дверь.

Еще одна мучительная ситуация… Они не сказали друг другу и десятка слов с тех пор, как сержант призналась, что она — шпионка Фории. Не окажись они все вместе в чужой земле, Бека немедленно отправила бы Меркаль в другую часть.

— Я хотела узнать, не нужно ли тебе чего, капитан, — сказала Меркаль, явно смущенная не менее, чем сама Бека.

— Нет. — Бека повернулась к зеркалу на стене и стала поправлять цепь на груди.

Однако Меркаль все еще медлила.

— Я также подумала, что тебе может захотеться узнать: ходят слухи, что у Ниала неприятности с его кирнари. Бека взглянула на отражение Меркаль в зеркале.

— Откуда ты об этом знаешь?

— Я только несколько минут назад сменилась с дежурства. Эти вести принес Кита-и-Бранин. Неприятности возникли из-за того, что Ниал не сразу сообщил своим родичам о твоем отъезде.

— Что ты имеешь в виду? Он же натравил их на нас и привел прямо туда, где была я.

— Ну, как я понимаю, вы втроем выехали накануне ночью. Он ничего никому не говорил до следующего дня, словно хотел дать вам фору. Все стало известно от Катме.

Бека почувствовала прилив надежды.

— И ты решила мне об этом рассказать? Меркаль вытянулась перед Бекой.

— Прости меня, если я взяла на себя слишком много, капитан. Но Ниал хорошо помогал нам, и…

— И что? — рявкнула Бека.

— Ничего, капитан. — Меркаль поспешно отсалютовала и повернулась, чтобы уйти.

— Подожди. Скажи мне вот что: почему ты молчала о том, что тебе велела делать Фория?

— Так мне было приказано, капитан. Я всю жизнь выполняла приказы, и большая часть их исходила от Фории. Так и следует, раз уж ты солдат. — Меркаль умолкла, и Бека, как ни старалась, не смогла не заметить боли в глазах старшей женщины. — Сержант не может выбирать, чьи приказы выполнять, а чьи нет, капитан, — продолжала Меркаль. — Мы не можем позволить себе, подобно тебе самой или благородному Серегилу, отказывать в повиновении лиасидра или своему командующему. — Бека открыла было рот, чтобы возразить, но Меркаль опередила ее. — Клиа была слишком больна, чтобы отдавать тебе какие-либо приказания. Бракнил об этом знает, Рилин знает тоже, хотя мы все постарались скрыть это от солдат. Ты сделала то, что сочла правильным, и я надеюсь, что все получится так, как ты хотела. Но даже в таком случае не забывай: тебе просто повезло, выбор — это роскошь, которую обычный солдат не может себе позволить. Меркаль опустила глаза, и когда она заговорила опять, голос ее звучал мягче.

— И все-таки если бы я могла изменить прошлое, я бы это сделала. Мне никогда в голову не приходило, что я могу навредить тебе или принцессе Клиа. После того как благородный Алек поймал меня, я много думала. Фория переменилась с тех пор, как я служила под ее началом; а может быть, просто я достигла возраста, когда на вещи смотришь иначе… — Голос Меркаль стих. — Когда мы вернемся домой, капитан, я уйду из турмы. Это я и пришла сказать тебе, а еще попросить: дай Ниалу шанс оправдаться, прежде чем ты его прогонишь. — Женщина едва заметно улыбнулась Беке. — Мне не положено об этом говорить, капитан, но я все-таки скажу: такие мужчины не каждый день попадаются женщинам.

— А что, если я скажу тебе: он явился ко мне с руками, обагренными кровью Алека? — бросила Бека. — Или Серегила? На нем чья-то кровь, и пока я не узнаю чья, будь добра держать свои советы при себе.

— Прости меня. Я не знала. — Меркаль еще раз отдала честь и вышла, оставив Беку в затруднительном положении, из которого девушка не знала, как выйти.

Глава 51. Сарикали

Любой, кто путешествовал через горы, непременно имел при , себе все необходимое на случай драконьего укуса. Риагил постоянно менял на руке Серегила примочку из влажной глины с целебными травами и приказал своим воинам приготовить для него отвар из коры ивы и побегав горной лианы. Несмотря на все это, рука Серегила скоро распухла до локтя и стала напоминать огромную посиневшую сосиску. Каждый сустав болел, перед глазами плясали темные пятна, но все же Серегил, вцепившись здоровой рукой в луку седла, продолжал путь и только позволил Алеку вести свою лошадь в поводу.

К вечеру отряд добрался до лесистых предгорий — территории клана Акхенди — и расположился на поляне на ночлег. Трава здесь была мягкой, воздух благоуханным, но Серегила всю ночь мучили лихорадочные сны, и утром он проснулся настолько обессиленный, что не мог подняться без посторонней помощи.

— Ты бы съел чего-нибудь, — посоветовал Алек, принесший Серегилу очередную порцию целебного отвара.

Серегил покачал головой, но согласился выпить чаю, обильно сдобренного крепким вином, которое Алек раздобыл у солдат. С помощью друга он кое-как влез на лошадь и ждал, когда раздастся приказ трогаться в путь.