Мэгги Фьюри - Ориэлла

— Мой принц! — возмущенно выкрикнул Язур и уже спокойнее добавил:

— Он умрет, если мы оставим его здесь!

— Приказы не обсуждаются, Язур! За нападение на меня этот негодяй заслуживает смерти. Мы оставим Анвара тут.

— Повелитель, он вне себя от горя. Нельзя винить человека за поступки, совершенные в таком состоянии.

— Если хочешь, я велю казнить его немедленно. — Харин утер кровь, показавшуюся в уголке рта, и злобно посмотрел на Анвара; юноша мрачно улыбнулся.

— Под любым предлогом, а, Харин? Что ж, наконец ты получил то, чего добивался, — но слишком поздно. Ты можешь избавиться от меня, но тебе уже никогда не получить Ориэллу! — Повернув голову, молодой человек плюнул под ноги принцу.

Лицо Харина перекосилось:

— Молчать, собака! — проревел он. — Язур, позаботься, чтобы все продукты были либо упакованы, либо уничтожены! Ты будешь умирать медленно, Анвар, а я

— наслаждаться мыслью о твоих страданиях.

— Анвар не останется здесь один! — прозвенел голос Элизара. — Я скорее вернусь на арену, чем проеду с тобой хоть одну милю!

— И я! — ощетинившаяся Нэрени встала рядом с мужем. Анвар хотел возразить, но в изумлении замолчал, услышав голос, который, казалось, раздался прямо у него в голове.

— Я тоже остаюсь. — Перед ним очутилась усатая физиономия Шиа с горящими глазами. К ней присоединился и Боан, кивая в знак молчаливой поддержки.

Харин пожал плечами.

— Очень хорошо.

— По крайней мере оставьте им лошадей и провизию, повелитель, — вмешался Язур.

— Нет! И если я услышу от тебя еще хоть одно слово да эту тему, ты умрешь рядом с ними. Воин содрогнулся.

— Я верно служил вам, — хрипло проговорил он. — Но не знал, кто вы на самом деле. Я смотрю на вас и вижу вашего отца. — Повернувшись к принцу спиной, он пошел собирать своих людей.

Пока караван готовился в путь, друзей охраняли лучники. Анвару не терпелось продолжить поиски, но Харин приказал своим людям стрелять при малейшем движении. Юноша тщетно пытался убедить своих товарищей не жертвовать собой, но Элизар и Нэрени и слышать об этом не хотели, а Боан казался оскорбленным уже самим предложением покинуть свою волшебницу. Что касается Шиа, то та, не снисходя до разговора, так злобно рыкнула на Анвара, что у того сердце в пятки ушло. Огромная кошка выглядела настолько дикой, что юноша засомневался, не пригрезился ли ему ее голос. Как только снаружи наступила ночь, отряд принца пустился в путь, пещера опустела и Анвар, не говоря ни слова, поднялся и направился к бассейну. Остальные рассыпались, чтобы еще раз обыскать все углы.

Предаваясь горьким мыслям, Анвар сидел уткнувшись носом в колени. Снаружи занималась заря, а они до сих пор не обнаружили ни малейших следов волшебницы. Сколько уже прошло времени? Анвар мысленно вернулся к тому моменту, когда они только что прибыли в эту проклятую Диаммару. Сначала они поели — их веселье во время праздника теперь казалось далеким сном — и проспали в объятиях друг друга весь день и часть следующей ночи. Потом Ориэлла отправилась купаться. «О Ориэлла! Зачем я разбудил тебя!», — в отчаянии подумал юноша. Итак, с тех пор как волшебница исчезла, прошел остаток ночи, следующий день и еще одна ночь, но все поиски оказались бесплодными. Неужели нет никакой надежды?

Кто-то коснулся его плеча, и, обернувшись, он увидел Нэрени.

— Язур оставил нам кое-какие припасы. Идем, поешь чего-нибудь, Анвар. Что толку просто так сидеть?

— Как же я могу есть? — Анвару хотелось закричать, чтобы его оставили в покое, но он понимал, что она тоже скорбит и волнуется за него.

Нэрени по-матерински погладила юношу по голове.

— Бедняжка! — пробормотала она. — Я знаю, как ты любил ее.

— Нет, не знаешь! — горько возразил он. — Я и сам не знал, пока не потерял ее!

Нэрени, вздыхая, ушла. Анвар очень переживал, что его друзья обрекли себя на верную смерть, отказавшись отправиться с Харином. О себе он не думал. Что за жестокая ирония! До самых последних дней, когда вновь обретенная магия свела их так близко, юноша не признавался себе в глубине своего чувства к Ориэлле, а теперь уже слишком поздно. Все это началось давным-давно, в ту чудесную Ночь Солнцеворота, когда они пировали вместе с Форралом. Но тогда Анвар скрывал правду даже от самого себя.

«Сердцем я понимал, что она не для меня и никогда не будет моей. Любовь к Форралу, моя собственная ненависть к Волшебному Народу, а потом возвращение Сары — все это заставило меня бежать от того простого факта, что я люблю ее. Как мог я быть настолько слеп? Самозащита, — печально подумал он. — Их с Форралом любовь была нерушима, и ее не смогла поколебать даже смерть. Я знал, что Ориэлла никогда не захочет никого другого. А теперь я никогда больше не увижу ее. Никогда не почувствую тепла ее дружбы и радости от ее присутствия. Она исчезла навсегда!»

— Нет! — голос у него в голове принадлежал Шиа. Анвар сквозь слезы посмотрел на пантеру.

— Что ты сказала?

— У тебя спутанные мысли, человек. Но ты принадлежишь к тому же роду, что и Ориэлла, и я могу говорить с тобой, если захочу. Отбрось бесполезные стенания и думай. Ориэлла моя подруга, и наши сознания связаны. Если б она умерла, я бы наверняка знала это. Но если она жива, почему я не могу дотянуться до нее?

— Великие боги, ты права! — Хрупкая надежда, как путеводный маяк вспыхнула в груди Анвара. — Она же говорила мне, что Волшебный Народ чувствует, когда умирает кто-нибудь из их рода. Так что если бы она…

— Тогда ты тоже знал бы, — закончила за него Шиа.

— Но если ты не можешь дотянуться до нее, где же она?

— Очисти свои мысли, человек. Слушай. — Шиа уселась, свернув хвост. — Когда вы вдвоем были в палатке и делали это…

— Мы не делали!

— -Да не это, дурак.

— А, ты имеешь в виду магию.

— Ну да. Это всегда вызывало у меня неприятное колкое ощущение. — Ее хвост изогнулся. — Здесь, в пещере, было то же самое.

— Так, значит, это все же не зверь? Ты думаешь, Ориэлла захвачена магией? Но я обыскал весь этот чертов пруд и ничего не почувствовал.

— Если бы Ориэлла почувствовала что-нибудь, неужели позволила бы застать себя врасплох?

— Так, значит, эта штука должна быть все еще там! — Анвар вскочил на ноги и побежал. Оказавшись у пруда, он бросился в воду. Что именно он искал? Скрытое отверстие? Он дико озирался по сторонам, стоя по пояс в воде. Вряд ли это может быть под водой — пруд обыскали из конца в конец. И тут юношу осенило. Где лучше всего поместить дверь? В стене, конечно. Его глаза мгновенно переместились к гладкой поверхности, по которой струился водопад.

— Анвар! Что ты там делаешь? — Остальные столпились на берегу, но волшебник, не обращая на них внимания, прошлепал к стене и начал ощупывать ее обеими руками.