Смерть айдола (СИ) - Кощиенко Андрей Геннадьевич

Та с готовностью выхватывает листы из принесённой с собою папки.

- В связи с тем, что агентство нарушило взятые на себя обязательства, закреплённые в тексте двустороннего соглашения, мне был нанесён финансовый и моральный ущерб. Поэтому я подаю в суд с требованиями возмещения убытков и расторжения действующего контракта, заключённого между мной и агентством. Отказ от судебного разбирательства возможен в случае, если «FAN Entertainment» признает свою вину и подпишет согласие на прекращение имеющихся в данный момент договорных отношений между мной и агентством. В таком случае я откажусь от требований возмещения причинённого ущерба…

- Вот, здесь всё написано. – говорю я, взяв у ЁнЭ документы, встав и подходя к столу нового руководителя агентства. - Прошу ознакомиться. В ближайшее время мои адвокаты свяжутся с вами, чтобы узнать ваше решение.

Кладу листы на стол.

- Я сказала всё, что хотела. Отныне моя дорога и дорога «FAN Entertainment», - расходятся. Я работала с президентом СанХёном. Его здесь больше нет. Значит, и меня нут быть не должно.

Поворачиваюсь к своим сонбе.

- Я поеду с вами в Японию. – говорю им. – Обещала и не отказываюсь от своих слов. Если, конечно, руководство решит, что моё присутствие необходимо. Но на этом - всё. Будущее и планы меня не интересуют. Всего хорошего.

- ЁнЭ, за мной! – отдаю приказ, направляясь на выход.

- ЮнМи, стой! – кричит мне вслед очнувшаяся ЫнДжу. – Если ты сейчас уйдёшь, - будешь оштрафована!

Останавливаюсь и, не оборачиваясь, говорю: «В данный момент я являюсь военнослужащей Вооружённых сил Республики Кореи, мобилизованной приказом Министра обороны. Порядок, установленный Верховным судом страны, определяет прохождение воинской службы как форс-мажорное обстоятельство, из-за которого действие каких-либо трудовых или учебных договоров, заключённых военнослужащим ранее, замораживается. На всё время до окончания службы».

- Вы не можете меня оштрафовать. – объясняю я, если кто из присутствующих - тупой. – А сделаете это, - заплатите штраф за нарушение законодательства.

Не став ещё раз говорить: «Всего хорошего», выхожу из кабинета.

(несколько позже, в микроавтобусе, только что отъехавшем от здания агентства « FAN Entertainment » )

Сижу, на пальце печатку кручу. Ту, которую нашёл странным образом, когда снимал клип для «Фристайла». Забрал её у ЁнЭ, надел, и вот теперь «балуюсь». Кажется, что прикосновения к металлу порождают в организме «маленькие злобные пульсы». Так, кажется было где-то написано. Правда, в моём случае «пульсы» не злобные, а скорее – предвкушающие. Всё! Начинается новый этап! Сидение в болоте закончилось!

- Менеджер ЁнЭ. – поворачиваюсь я к несколько напряжённо выглядящей девушке. – Хочу сказать большое спасибо за то, что вы рядом со мной и поддерживаете меня. Поддержка всегда была и будет важна для людей во все времена.

ЁнЭ улыбается.

- Я же у вас работаю. – напоминает она.

- Но я же плачу не слишком много, не так ли?

- Но я и работаю не так уж много. Впрочем, я надеюсь, что скоро всё изменится.

- Точно. – киваю я. – Сегодня дан отсчёт старта новой жизни. В ней будут гастроли, награды, победы и высокий доход. А для того, чтобы отпраздновать это событие, хочу сделать тебе подарок, ЁнЭ…

Лезу в сумку и достаю из него конверт.

- Возьми, пожалуйста. – прошу я, протягивая его своему менеджеру. – Это сертификат на сумму в два с половиной миллиона вон, который можно потратить в любом отделе универмагов сети «Lotte».

- Оу! – восклицает ЁнЭ, изумлённо распахивая глаза. – Это ведь дорого, ЮнМи!

- Разве подарок не должен быть дорогим? – улыбаюсь в ответ я.

Вообще-то сертификат мне притаранил ЧжуВон вместе с поздравлением от МуРан. Подарок от неё на день рождения. Причём поздравление было написано от руки. ЧжуВон сказал, что, зная о моих проблемах с телефоном, хальмони потратила время, чтобы самолично его написать. Как понимаю, это уточнение было сделано с целью повысить в моих глазах ценность осуществляемого дара.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Отказываться было неудобно и, поблагодарив, я его принял. Подумал, - пусть лежит, пока не доберусь до магазинов или, если что, отдам СунОк. А сейчас решил – отдам его ЁнЭ. Раз праздник, - то пусть он будет для всех. Себе я заработаю, у СунОк есть я, а кто есть у моего менеджера, неизвестно. Богачкой она не выглядит.

- Спасибо, ЮнМи. – благодарят меня, принимая конверт. – Это так неожиданно и очень приятно. Я буду очень стараться, обещаю!

- Нас ждут великие дела. – обещаю я. – Я буду рыцарем без страха и упрёка, а ты – моим верным оруженосцем.

- Рыцарь, - это мужчина. – улыбается ЁнЭ.

Видно, что она действительно довольна.

- Времена меняются. – отвечаю я. – Сейчас женщины могут быть кем угодно, и пора этим воспользоваться!

ЁнЭ уже откровенно смеётся.

«Если ей сделать короткую причёску, надеть берет, да обтягивающие штанишки…» - думаю я, смотря на неё, - «… то вполне может получиться вполне себе симпатичный паж. Для оруженосца нужно оружие, которого у меня нет»

( Офис агентства « FAN Entertainment » . В кабинете - только ЫнДжу и БонСу)

- ЮнМи – наглая девка! – безапелляционно восклицает ЫнДжу. – Как только совести хватает заявлять, что подаёт в суд?! На агентство, которое мой муж создавал всю свою жизнь! В которое он её взял, вытащив из грязной нищенской канавы где она до этого прозябала! Он столько для неё сделал! И вот – благодарность! В суд! В суд она подаёт! Нет, вы только послушайте!

Директор БонСу, которая недавно получила щелчок по носу в виде выраженного при всех недоверия в её компетенции, понимающе качает головой.

- СанХён потратил последнее здоровье, пытаясь привить ей элементарные навыки поведения в человеческом обществе! Он умер, так и не сумев этого сделать! Своими капризами и выходками она сократила его жизнь на не один десяток лет! Потом эта негодяйка взялась за моего брата! Бедняга был вынужден принимать горстями успокоительные средства, чтобы сохранить свою нервную систему! А сейчас его обвиняют в том, что он употреблял запрещённые препараты! Теперь пришла моя очередь! Я просто чувствую, как меня трясёт от злости! Но пусть Пак ЮнМи не надеется, что ей удастся со мной легко справиться! Я знаю, что она – исчадье ада и буду обращаться с ней соответственно!

- Онни, у тебя есть уже готовый план? – спрашивает БонСу. – Что мне делать? Я не ожидала, что в первый же день придётся начинать судебное разбирательство.

- Подадим на неё встречный иск! – отвечает ЫнДжу. – За нарушение условий контракта! И о признании всех написанных Агдан произведений собственностью агентства!

- А разве это не так сейчас? – удивляется БонСу, имея в виду последнюю прозвучавшую фразу.

- СанХён был слишком добр к Агдан. – недовольно объясняет ей ЫнДжу. – И понаписал в её контракте всяких странностей, которые никто не делает. «Не делает», - я имею в виду владельцев агентств. Но доброта, сама видишь, вернулась чёрной неблагодарностью. Подать в суд! Наверняка наши акции после этого упадут в цене. Акционеры будут недовольны.

- Что же делать? – несколько растерянно произносит БонСу. – Сегодня начались продажи билетов на японский тур «Короны», а в агентстве - такой скандал. Если он станет достоянием СМИ, это наверняка скажется на продажах в Японии. Может, следует договориться с ЮнМи?

- Никаких договорённостей! – решительно возражает ЫнДжу. – Отсюда я её выкину в её канаву в одних трусах, в которых она сюда пришла! Будем судиться!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Разбирательства по вопросам принадлежности авторских прав могут тянуться годами. – предупреждает БонСу. – Будет ли это выгодно агентству?

- Будет! – уверенно отвечает ЫнДжу. – Если она не согласится на мои условия, - то горько пожалеет. Потому что в Корее больше не заработает ни воны!