George Martin - Танец с драконами

Мелисандра почувствовала тепло в ложбинке на шее, когда её рубин откликнулся на близость своего раба.

– Ты снял костяной доспех, – заметила она.

– Бряцание едва не свело меня с ума.

– Кости защищают тебя, – напомнила Мелисандра. – Чёрные братья тебя не любят. Деван сказал, что не далее как вчера ты поругался с кем-то из них за ужином.

– Немного. Я ел суп с бобами и беконом, пока Боуэн Марш рассуждал о высоких материях. Старый Гранат подумал, что я шпионю за ним и заявил, что не потерпит убийц на их совещаниях. Я ответил, раз это так, то им не стоит совещаться у очага. Боуэн покраснел и поперхнулся, но дальше дело не зашло.

Одичалый сел на подоконник и вытащил кинжал из ножен.

– Если какая-то ворона захочет всадить мне клинок между ребер, пока я ужинаю, то пусть только попробует. Стряпня Хобба будет вкуснее, если её приправить капелькой крови.

Мелисандра не обратила внимания на обнажённую сталь. Если бы одичалый хотел причинить ей вред, она бы увидела это в пламени. Видеть опасность, угрожающую ей самой, – это первое, чему она научилась, ещё будучи наполовину ребёнком – маленькой рабыней, на всю жизнь связанной с великим красным храмом.

– Тебя должны беспокоить их глаза, а не ножи, – предупредила она.

– Чары, да.

На чёрном железном браслете на его запястье запульсировал рубин. Одичалый стукнул по камню кончиком лезвия. Сталь отозвалась тихим щелчком.

– Я чувствую его, когда сплю. Коже тепло – даже сквозь железо. Нежно, как поцелуй женщины. Твой поцелуй. Но иногда в моих снах он загорается, и твои губы превращаются в зубы. Каждый день я задумываюсь о том, как было бы просто его снять, но не решаюсь. Неужели я должен и проклятые кости носить?

– Заклинание соткано из тени и внушения. Люди видят то, что ожидают увидеть. Кости – это часть тебя. «Не ошиблась ли я, спасая его?»

– Если чары разрушатся, тебя убьют.

Гремучая Рубашка начал вычищать грязь из-под ногтей кончиком кинжала.

– Я пел песни, сражался в битвах, пил летнее вино, пользовал жену дорнийца. Человек должен умирать, как он жил. Для меня – это с оружием в руке.

«Он мечтает умереть? Неужели его коснулся враг? Смерть – его вотчина, мёртвые – его солдаты».

– Для твоего оружия очень скоро найдётся работа. Враг приближается, настоящий враг. Еще до вечера разведчики лорда Сноу с невидящими и кровоточащими глазами.

Одичалый прищурился. Серые глаза превратились в карие. Мелисандра видела, как с каждым мерцанием рубина меняется их цвет.

– Вырванные глаза – примета Плакальщика. Лучшая ворона, как он любит повторять, – слепая ворона. Иногда мне кажется, что он хотел бы избавиться и от собственных глаз, так сильно они слезятся и чешутся. Сноу считает, что вольный народ пойдёт за Тормундом, потому что сам бы так поступил. Ему нравится Тормунд, и старому мошеннику он тоже пришелся по душе. Но если это окажется Плакальщик… то не будет ничего хорошего. И для него, и для нас.

Мелисандра мрачно кивнула, будто приняла его слова близко к сердцу, но этот Плакальщик ничего не значил. Никто из вольного народа ничего не значил. Они потерянные, обреченные люди, которым суждено сгинуть с лица земли, так же как исчезли Дети Леса. Но он не хотел бы это услышать, а она не могла рисковать потерять его, только не сейчас.

– Как хорошо ты знаешь север?

Он убрал лезвие.

– Так же как любой налётчик. Некоторые места лучше, другие хуже. Север большой. А что?

– Девочка, – сказала она. – Девочка в сером на умирающей лошади. Сестра Джона Сноу.

Кто ещё это мог быть? Она ехала к нему за защитой, это Мелисандра видела ясно.

– Я видела её в пламени, но лишь раз. Мы должны завоевать доверие лорда-командующего, а единственный способ – это спасти ее.

– Хочешь сказать, я должен её спасти? Костяной Лорд? – он рассмеялся. – Никто никогда не доверял Гремучей Рубашке, разве что идиоты. А Сноу не такой. Если его сестра нуждается в спасении, он отправит своих ворон. Я бы так и сделал.

– Он не такой, как ты. Он принёс свои обеты и намерен им следовать. Ночной Дозор не принимает чью-либо сторону. Но ты – не дозорный. Ты можешь делать то, чего он не может.

– Если твой упрямый лорд-командующий позволит. Твой огонь показал тебе, где найти эту девочку?

– Я видела воду. Глубокую, синюю и спокойную, с тонкой корочкой льда. Она тянулась и тянулась бесконечно.

– Длинное Озеро. Что ещё ты видела вокруг этой девочки?

– Холмы. Поля. Деревья. Один раз оленя. Камни. Она держится далеко от поселений. И когда есть возможность, едет через маленькие ручейки, чтобы сбить преследователей со следа.

Он нахмурился.

– Это всё усложняет. Ты говоришь, она ехала на север. Озеро было на востоке от нее или на западе?

Мелисандра прикрыла глаза, вспоминая.

– На западе.

– Тогда она идет не по Королевскому тракту. Умная девочка. В той стороне меньше соглядатаев и проще укрыться. И несколько убежищ, которыми я сам время от времени пользовался…

Звук боевого рога заставил его прерваться и вскочить на ноги. Мелисандра знала, что по всему Чёрному Замку повисла такая же внезапная тишина, и все мужчины и мальчики повернулись к Стене, прислушиваясь и ожидая. Один долгий сигнал рога означал возвращение разведчиков, но два…

«Настал этот день, – подумала красная жрица, – теперь лорду Сноу придётся меня выслушать».

Издав долгий заунывный звук, рог умолк, тишина, казалось, растянулась на часы. Наконец одичалый разрушил затянувшееся молчание.

– Лишь один. Разведчики.

– Мёртвые разведчики. – Мелисандра тоже поднялась. – Ступай, надень свои кости и жди. Я вернусь.

– Я пойду с тобой.

– Не будь дураком. Когда они это увидят, один вид любого одичалого распалит их гнев. Оставайся здесь, пока они не остынут.

Деван поднимался по ступеням Королевской Башни навстречу Мелисандре. Она спускалась в сопровождении двух стражников, оставленных ей Станнисом. Мальчик нёс на подносе позабытый ею завтрак.

– Я ждал, пока Хобб вытащит свежие буханки из печи, миледи. Хлеб ещё горячий.

– Оставь завтрак в моих покоях. –Одичалый несомненно его съест. – Я нужна лорду Сноу за Стеной.

«Он пока не знает об этом, но скоро…»

Снаружи начинался лёгкий снежок. К тому времени, как Мелисандра с эскортом подошла к воротам, там уже собралась толпа ворон, но они расступились перед красной жрицей. Впереди под толщей льда уже шёл лорд-командующий в компании Боуэна Марша и двадцати копейщиков. Вдобавок Сноу послал на Стену дюжину лучников на случай, если враг скрывается в соседнем лесу. Стражники на воротах не были людьми королевы, но всё-таки дали пройти Мелисандре.