Алексей Фирсов - Люди и Демиурги(СИ)

Ларс под локоток вел Виллену к столу.

Ник мысленно застонал и уткнулся взглядом в тарелку. О, боже, как она шла! !

Виллена села напротив, скромно сдвинув колени. Ник смотрел на эти розовые колени и усиленно вспоминал Ризи. Выходило плохо. . .

– Мой зять не расположен сегодня найти для меня комплимент?

– Мама, вы ослепительны, впрочем, как всегда. . .

Слово «мама» подействовало великолепно и Ник, наконец, обрел душевное равновесие.

– Ларс, ты слышал?  Этот бородатый тип впервые назвал меня мамой!  Я тронута. . . Я готова заплакать. . . Ник, сынок, иди ко мне я обниму тебя!

«Прикалывается. . . »

Ник поднял взгляд и с увидел с удивлением в глазах Виллены влажный блеск.

Только обниматься с голенькой тещей он оказался морально не готов.

– Он стеснителен, госпожа. – Сказал тихо Ларс.

Виллена вздохнула, так что ее великолепные груди высоко приподнялись, а потом плавно опустились.

– Что ж, подождем, когда он соберется с духом!  Что ты заказал для меня плут?

Ларс тут же начал как фокусник жонглировать серебряными колпаками, открывая различные яства на тарелках.

Виллена выбрала пару блюд и Ларс все ловко выложил на ее тарелку. Налил золотистое вино в бокалы, преподнес госпоже, выгнув подобострастно спину.

– За удачное начало нашего путешествия и удачное его завершение! – сказала теща и выпила весь бокал залпом.

Ник прикончил свой бокал также быстро и взялся за мясо.

Завтрак или ранний обед проходил практически в молчании. Виллена не говорила. Ларс молчал из вежливости, а Ник из скромности.

Покончив с едой, Виллена взяла бокал. Быстрый Ларс немедленно его наполнил вином.

– Ты отлично проявил себя, Ник там, в подвале дома вира Итула. Если честно-не ожидала от тебя такой прыти!  Что там у вас случилось, в том мирке?

– Ларс лучше сможет рассказать.

– Скромный Ник. . .

Ладошка тещи погладила Ника по колену.

Ларса не нужно было уговаривать. Он пустился в повествование, насытив его юмором до предела. Ник вначале пренебрежительно хмыккал, а потом начал смеяться вместе с Вилленой, как будто рассказ был не о нем, а о ком то другом.

– А потом нас пришли арестовывать!

Виллена вытерла слезы из углов глаз салфеткой.

– Ларс, ты как я слышу веселился от души. Что же Ник?  Не свел знакомства с милыми девушками?

– Он был тверд как скала, госпожа. Тверд во всех смыслах!  Порой я говорил ему: «Старина, не выходи в город сегодня!  Ты в таком приподнятом настроении, что мне боязно за ткань твоих рейтузов! »

– Вот же брехливый кошара! – фыркнул Ник и поднялся с дивана.

Виллена улыбнулась.

– Скажи, Ник. . .

Щелкнул замок двери и в каюту без стука быстро вошел высокий стюард в белом френче. Он закрыл дверь на ключ и шагнул вперед, прямо к диванчику, на котором расположилась розовая Виллена.

Ник только успел сунуть руку под пиджак за револьвером, а Ларс уже выхватил свой и прикрыв телом Виллену, навел ствол на незваного гостя.

Стюард-крепкий, широкоплечий молодец с квадратной челюстью и колючими глазами косо усмехнулся.

– Полно вам. – Виллена положила руку на револьвер Ларса, принуждая его опустить оружие. – Вы не узнали Храгхога?

– Мудрено узнать. От прежнего Хрангхога остались только рост и плечи. . . – пробормотал Ник.

Виллена кивнула стюарду.

– Присядь. Ты что-то узнал?

Хрангхог сел рядом с Ларсом.

– Я их нашел. Каюта 1230 выше уровнем. Трое бритых мужчин. У них в спальне содержится молодая светловолосая женщина. Женщину провели тайно, без билета. В списках пассажиров в этой каюте ее нет. Ее не показывают прислуге. Один из мужчин постоянно остается в каюте, даже во время уборки.

– Кто они? – подобралась Виллена.

– По судовому списку-представители торгового дома «Шарин-Тан»– преподобный Гуртил и помощники.

– Торговцы обычно не плавают в первом классе. . .

Виллена потерла кончик носа указательным пальцем.

– Сегодня ночью?

– Хорошее время в час после полуночи. Бал весеннеденствия будет в самом разгаре. . . . Добудь одежду старшего матроса для Ника, а для меня одежду горничной.

– Слушаюсь, госпожа!

Хрангхог пружинисто встал и вышел из каюты также стремительно как появился.

– Он в самом деле стюард?

– Да, я устроила его сюда еще пару недель назад. Он освоился. У него универсальный ключ от кают. Его знают. Он не вызывает подозрений.

– Отличная идея, госпожа!

Ларс поправил усы.

– А чем буду заниматься я?

– Сторожить пути отхода-твоя миссия самая главная!

– Хрангхог не мог ошибится? – осторожно спросил Ник и высказал то, что его давно мучило. – Если Ризи здесь, то где же ребенок?  Я увидел ее в подземелье на пару минут и тогда еще заметил, что у нее нет больше животика.

Виллена и Ларс переглянулись.

– Мы не хотели тебя тревожить, Ник. – Виллена коснулась пальцами руки Ника. – Ризи родила мальчика еще в Даршуфе. Поздравляю, ты стал отцом.

Ник откинулся на спинку дивана.

– И где же он?

– Один из похитителей вместе с твоим сыном и моим внуком ушел через пентаграмму Хардага. Я решила, что мы должны следовать за Ризи. Это важнее.

– Важнее моего сына? !

– Моя дочь важнее, чем новорожденный! – отрезала Виллена. – Мы не могли продолжать погоню по двум направлениям одновременно!

– Мой сын мог уже погибнуть. . . Ты черствая и бессердечная. . .

Ник встал и вышел из комнаты. В груди залегла тяжесть.

«Она все решила и без меня!  Она все знает лучше!  А как же наш маленький сын?  Где он?  Что с ним? »

От сознания того, что крохотный, беззащитный человечек в чужих враждебных руках становилось страшно и тошно. . .

Бал Весеннеденствия начался в полдень на третьем ярусе первого класса.

Ник и Виллена прибыли на него опоздав на три часа. По традиции это поощрялось. Дурным тоном считалось-придти слишком рано.

Большой просторный зал с решетчатой стеклянной крышей наполняли веселящиеся пассажиры первого класса. Войдя под руку с Вилленой, Ник не смог сдержать удивленного возгласа.

До купола, по меньшей мере, метров двенадцать!  Стены зала стилизованны под полуразрушенные стены древнего замка или храма, погрузившегося в хаос джунглей: колонны, статуи красноватого камня едва проглядывают через листья и мощные стебли лиан.

В дальнем конце зала слышался плеск водяных струй и слегка истеричный, надрывный женский смех, порой он заглушал звуки музыки.

На балконах по обе стороны зала, метрах в четырех от земли старались смуглые музыканты. Дудок и тамтамов там имелось более чем достаточно.