Светлана Борисова - Колыбельная для вампиров

«Кстати о «киборгах», только из далекого прошлого, а не из будущего, — я перевела взгляд на Ника. — Еще неизвестно с кем из них больше не повезло бы бедному человечеству, — подумала я и погрустнела. — Н-да. Наплевать на остальных, а вот мне конкретно не повезло. Жить с этим гадом в одном доме, то еще удовольствие! — Ник метнул в меня негодующий взгляд, и я немедленно показала ему язык. Нечего ползать по чужим мыслям без спросу! Он не выдержал и, опустив глаза, засмеялся. «То-то же! Не все коту масленица. Только поселись у нас, мало не покажется!»

Больше не обращая на меня внимания, Ник пытливо посмотрел на отца, но тот сделал вид, что не замечает его взгляда. Я победно хмыкнула. «Так тебе и надо, мистер Совершенство!» Рени налила кофе в любимую чашку Мика и, подойдя к нему, наклонилась поцеловать, и тут произошло нечто странное. Почему-то она замерла на мгновение, и на её лице промелькнула необычная смесь удивления и ярости, но тут же пропала, а у меня возникло сильнейшее желание протереть глаза. Может, показалось? Как обычно Рени нежно поцеловала Мика, и поставила перед ним чашку с кофе.

— Мой ангел, почему ты не хочешь признать мальчика членом нашей семьи? — опустившись на место, спросила Рени слегка шипящим голосом. У моей вампирской матушки не та натура, чтобы пасовать перед трудностями.

Всё-таки мне не показалось. Рени явно нервничала, сплетая и расплетая тонкие пальцы рук. В её случае это служило крайней степенью расстройства, да и во взгляде, устремлённом на отца, сверкали нешуточные искорки гнева. Ник хотел что-то возразить, но Рени его перебила, не дав высказаться.

— Подожди, милый, не вмешивайся. Сейчас мы уладим кое-какие семейные дела, и ты ответишь, согласен ли поселиться у нас на правах близкого родственника или нет. Хорошо? — властно сказала она и, обращаясь к отцу, добавила с непонятной яростью: — В чем проблема, дорогой? Между прочим, по крови мальчик приходится тебе родным сыном. Такое среди вампиров встречается не часто и другие на всё идут, чтобы заиметь хотя бы отдаленных кровных родственников. Почему Ник, имея родной дом и близких людей, должен обретаться в одиночестве?

В голосе Рени слышалось раздражение, которое никак не вязалось с поднятой темой. Я с недоумением посмотрела на отца. Н-да, плохо дело! Внешне Мика держался невозмутимо, но по некоторым нюансам чувствовалось, что он виноват. Чёрт! Я расстроилась, предчувствуя бурю. «Н-да, что-то Мика совсем не в форме!» Никак не реагируя на слова Рени, он пригубил кофе, и взялся просматривать прессу. Атмосфера за столом совсем накалилась. Наконец, отец не выдержал.

— Кошка, ты соображаешь, что несёшь? Я же младше Старейшего по возрасту, — сдержанно проговорил он, бросив неприязненный взгляд на Ника.

Сделал вид, что ничего не видит, тот положил себе на тарелку салат, зато Рени немедленно перешла в наступление.

— Глупости! По-любому, ты биологическая копия его отца, поэтому нечего увиливать от ответственности!

— Ничем не подтверждённое утверждение сомнительной личности.

— Да? А в зеркало ты давно заглядывал?

— Это не доказательство.

— Не будь смешным! Ты прекрасно знаешь, что всё рассказанное мальчиком, чистая правда.

— Предположим, но это ничего не меняет, — спокойно отозвался отец и снова потянулся к ноуту, но тут уж не выдержал Ник. На его лице промелькнуло сильнейшее раздражение.

— Согласен, — буркнул он, оторвавшись от еды, и на этот раз не дал Рени себя перебить. — Подождите, миледи! Я очень ценю Ваше участие, но так дело не пойдёт. Видите ли, меня тоже не прельщает мысль признать над собой главенство того, кто слабей меня в некоторых отношениях… ну и младше.

«О, кажется, наш мистер Совершенство дрогнул, на глазах теряя хвалёное самообладание. Так держать!» — затаив дыхание, возликовала я, но упершаяся рогом Рени была непоколебима.

— Вдвойне глупости! Уж от тебя, милый, я такого не ожидала. Предположим, с одним из родителей ребёнка случилось несчастье, и в результате он стал слабее овечки. Неужели в этом случае он потеряет право быть отцом?

— Но клон — другой человек!

— А я не овечка Долли, — попутно заметил обидевшийся отец, не отрываясь от чтения новостей. Знаем мы его фокусы, он может одновременно слушать собеседников и попутно поглощать другую информацию. Бросив на него негодующий взгляд, Рени взялась за дальнейшую обработку Ника.

— Почему ты так решил? — мягко спросила она. — Ник, пойми, ведь Мика твой биологический отец, ближе его у тебя никого нет.

— Так-то биологически, а по всему остальному мы чужие люди!

— В семье зачастую родители и дети чужие друг другу, но от этого они не перестают быть близкими родственниками!.. — парировала Рени.

Они препирались до тех пор, пока обескураженный Ник не воскликнул:

— Крейд! Ну, я не знаю!

— Вот потому не спорь!

— Хорошо, миледи. Спорить с Вами себе дороже.

— Правильно. И прекрати мне выкать.

Чувствуя, что победа осталась за ней, Рени обвела мужчин торжествующим взглядом. В ответ Ник скрытно улыбнулся, а отец тяжко вздохнул, не поднимая головы. Я хлопала глазами, не зная, что думать в данной ситуации. Тем временем моя вампирская матушка занялась правовой утряской вопроса увеличения нашей семьи.

— Скажи, Ник, наверняка у вас имелись подобные прецеденты. Что-то мне подсказывает, что клоны высокопоставленных эреев вряд ли были бесправными.

— Признание прав клона всегда сопровождалось крайне сложной юридической процедурой, — ответил он и, сомнением посмотрев на отца, добавил: — На самом деле подобного прецедента в нашем обществе никогда не возникало. При наличии прямого наследника клонирование не разрешалось. Вот потому это не дает Михаэлю права на главенство в правящем доме Лета и он, по-любому, останется моим вассалом.

— Замечательно! Надеюсь, с подобными глупостями вы справитесь самостоятельно и сами решите кто из вас главный с позиций средневековых приоритетов. Не так ли, мои дорогие? Главное, что суть дела от этого не меняется. Верно? — Рени вскочила на ноги и чмокнула Ника в щёку. — Ну, что мой мальчик, мы договорились? Когда переезжаешь?

— Ну, даже не знаю, — с сомнением протянул Ник. — Кстати, ещё не сказал своего слова глава дома.

Ошарашенный ее напором, он посмотрел на бесстрастное лицо Мика. На лице отца, поймавшего его беспомощный взгляд, появилось сочувственное выражение. «Так! И здесь пробоины в крепости! Кажется, в ход пошла мужская солидарность», — приуныла я, да и Рени по-прежнему не унималась.

— Ник, прекрати упираться! Знаешь, что я тебе скажу?! Кто из молодежи не воображает, что они сильнее и умнее своих родителей? Поэтому нечего из-за дурацких амбиций отказываться от родственников!